Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
140 печ. страниц
2019 год
16+

Глава II
Первая мировая война: боевое крещение

Война, о которой предупреждал чиновников австрийский инженер Бурштын, началась 28 июля 1914 года. Миллионы солдат вышли на поля Европы, и у них не было никакой защиты от снарядов, шрапнели и пуль.

Инженер вспоминал, что бойцы погибали, даже не успев приблизиться к противнику. Однако генералы уверяли, что ситуация под контролем.

Уже через пять месяцев, к Рождеству 1914 года, стороны конфликта понесли настолько серьёзные потери, что оставшиеся в живых солдаты начали рыть окопы по обе стороны фронта. Только в них они были защищены от огня противника и при этом сами могли стрелять по врагу. Система траншей и других фортификационных укреплений, протянувшаяся от Северного моря до швейцарской границы, была создана в течение нескольких недель.

К началу 1915 года война зашла в кровавый тупик. Чтобы преодолеть его, обе стороны обратились к новому оружию. Немецкая армия первой использовала ядовитый газ. Британские инженеры рыли туннели под немецкими окопами и заполняли их взрывчаткой.

Тем временем во Франции Жан-Батист Эжен Этьен возродил идею Гюнтера Бурштына о бронированной боевой машине. Он возглавлял лучшее артиллерийское подразделение Франции. Орудия француза стреляли очень метко, но только с близкого расстояния. Тогда генерал решил, что орудия необходимо подводить настолько близко, чтобы иметь возможность стрелять по окопам противника. Но пушки были тяжелы и постоянно застревали в земле. Этьен захотел «завернуть» их в броню, оснастить гусеницами и двигателем. Но, как и довоенную идею Бурштына, концепцию француза отвергли.

Однако уже вскоре он узнал, что французская компания Schneider ведёт разработку танка. На основе имевшихся у фирмы наработок удалось создать танк Schneider CA1. От большой пушки пришлось отказаться – машина и без неё получилась слишком тяжёлой. Этьен внёс изменения в целевые показатели танка. По задумке, он должен был прорываться через массивные препятствия из колючей проволоки. Наработки он показал своему руководству. И тогда французские военные заказали 400 таких машин.

Модель французского пехотного танка времён Первой мировой войны Schneider CA1


Британцы тоже включились в танковую гонку. С начала 1915 года британские инженеры тайно работали над гусеничным транспортным средством, способным прорываться через немецкие траншеи. Но в отличие от французского варианта его целью был не столько прорыв, сколько «вспахивание» колючей проволоки. Подобно Бурштыну и Менделееву, британские дизайнеры черпали вдохновение у военно-морского флота. Бронированную гусеничную машину назвали Little Willie – «Маленький Вилли». Многие эксперты считают этого «малыша» первым в истории работоспособным прототипом танка.

Для сохранения секретности новые машины производились и транспортировались под видом «резервуаров для воды» (англ. tank), впоследствии это название стало общепринятым.

Чтобы сделать «Маленького Вилли» ещё мощнее, его удлинили и снабдили пушками. Новую модель назвали Mother – «Мать». Танкам предстояло доезжать до немецких траншей и подавлять сопротивление в них. Чтобы выяснить, какие типы орудий лучше всего подходят для этого, британская армия стала испытывать два типа машин. Одни были вооружены пулемётами, другие – пушками.


Экспериментальный танк “LINCOLN MACHINE” № 1 / “LITTLE WILLIE”, 1915 год


Появилась новая проблема – внутри танка солдаты оказались отрезаны от мира. Условия были крайне тяжёлые: когда двигатель работал на всю мощность, запах, жара и шум были почти невыносимы. Чтобы посылать сообщения, танки снабдили одним из наиболее надёжных армейских видов связи того времени – почтовыми голубями. В случае необходимости танкистам предлагалось написать сообщение, привязать его к лапке голубя, после чего выпустить птицу из танка и надеяться, что она найдёт адресата.

В июне 1916 года Этьен приехал в Великобританию, чтобы лично посмотреть на английские танки. Машины произвели на него впечатление, однако их габариты и низкая скорость озадачили генерала – танки показались ему слишком лёгкой мишенью для артиллерии.

Этьен настаивал на том, чтобы Великобритания и Франция объединили свои усилия и выбрали одну модель для совместного производства. Но военная промышленность обеих стран уже приступила к постройке сотен танков, и отмена действующих контрактов привела бы к большим штрафам и финансовым потерям. Англичане были вынуждены отказаться от поступившего предложения.

Этьен вернулся во Францию. По возвращении он увидел первые Schneider CA1. Можно было начинать готовить солдат для войны на своих танках.


Танк «Сен-Шамон» первой серии на учениях, 1917 год


Вскоре он узнал, что французская армия запустила в производство вторую модель танка – Saint Chamond («Сен-Шамон»). Эта махина с 6-миллиметровой бронёй опиралась на раннюю идею Этьена: мобильную версию французской 75-миллиметровой пушки. Но, как понял сам изобретатель, для такого большого орудия требуется слишком много места в передней части танка. Из-за этого Saint Chamond оказался вытянут на два с половиной метра. А это делало невозможным пересечение траншей. Несмотря на это, командование французской армии приказало построить 400 таких танков в дополнение к 400 уже заказанным Schneider CA1.

В августе 1916 года первые английские танки Mark I тайно перебросили на фронт в районе Соммы. Их первое появление должно было стать неприятным сюрпризом для немцев.

Война шла уже два года, и Великобритания хотела решить её исход здесь. Английские танки должны были пробить путь для остальной части армии и продвинуться на территорию Германии. 15 сентября 1916 года они впервые в мире появились на поле боя.

Наступление велось на полосе шириной около 10 километров. На исходные позиции перед боем танки вышли ровными рядами, как наполеоновские гвардейцы. До линии фронта удалось дойти лишь 32 из 49 машин – остальные сломались. На этом неудачи первых танкистов не закончились.

Командир одной из машин Бэзил Хенрикс вспоминал, что первым по врагу выстрелил его экипаж. После этого немцы принялись обстреливать танк. В результате несколько танкистов погибли, так как защита некоторых частей корпуса была слишком слабой. Вскоре был ранен и сам командир, после чего его танк вышел из боя.


Британский лейтенант времён Первой Мировой Бэзил Хенрикс, командир танка


По словам Хенрикса, в ходе боя командир одного из танков сошёл с ума и выстрелил в двигатель, чтобы тот работал быстрее. Командир другой машины застрелился, потерпев неудачу.

По данным историков, пока немцы пулемётными очередями косили наступающих британских пехотинцев, пять танков завязли в болоте, ещё у девяти отказали двигатели. В итоге до немецких позиций добрались лишь 18 машин. Им удалось не только приблизиться к противнику, но и продвинуться в глубь его обороны на пять километров. Так или иначе, вернуться на свои позиции смогли лишь десять «стальных монстров».

Многие эксперты склоняются к мысли, что успеха англичанам удалось добиться вовсе не благодаря мощи своих танков и мастерству экипажей, а за счёт психологического воздействия на врага, никогда раньше не видевшего двигающихся и стреляющих железных монстров.

Мало того, впечатлены этим танковым выступлением были не только немцы, но и сами англичане. Британский поэт Зигфрид Сассун, ставший очевидцем битвы, посвятит той психологической атаке стихотворение. Вот строки из него в русском переводе В. Л. Топорова (Английская поэзия в русских переводах. XX век. М., 1984):

 
Массивный, серо-дымчатый мираж –
Таков в крови рассвета горный кряж.
Опасно иссечён скалистый склон,
Куда попал на карте карандаш,
Куда за танком танк, носами в ров,
Прямой наводкой бьют, создав заслон.
Оружьем всех мастей нагружена,
На проволоку, в орудийный рев,
Пехота прёт вперёд. Отражена
На лицах лишь растерянность. Беги
На смерть, спеши на смерть, на смерть ползи…
Грохочет пульс, скрежещет сталь, в грязи
Надежда тонет… Боже, помоги!
 

Есть мнение, что в той самой атаке при Сомме, правда, не в качестве танкиста, а в качестве пехотинца, побывал знаменитый лингвист, создатель трилогии романа «Властелин колец» Джон Рональд Руэл Толкин, не меньше впечатлённый увиденными железными машинами. По данным исследователей его творчества, в первоначальном варианте текста, не вошедшем в эпопею про Средиземье, Толкин описывал механических драконов, образы которых могли быть навеяны танками, атакующими позиции немцев в сражении при Сомме.

Британские газеты сделали танки достоянием общественности. И, несмотря на огромные потери, писали о непревзойдённой победе англичан и их боевых машин. Именно так танки стали инструментом английской пропаганды уже после первого использования. Бизнесмены сразу же ухватились за такую возможность и стали производить сумки в виде танков, чайники в виде танков, портсигары-танки и игрушечные танки для детей.

Однако считается, что первые танки были куда опаснее для их экипажей, чем для врагов. Броня в 5 миллиметров могла защитить танкиста разве что от пули. В случае возгорания танка экипаж моментально сгорал заживо. Двигатель от обычного трактора, установленный на 28-тонную махину, не позволял в случае необходимости скрыться даже от обычного пехотинца с гранатой. А закинуть эту гранату можно было прямо в люки, служившие танкистам единственными приборами наблюдения.

Кроме того, мало кто упоминал, что десятки британских танков остались на поле боя при Сомме. Боевые машины были захвачены немецкими солдатами, после чего немецкое верховное командование решило построить собственные танки.

Всего через два с небольшим месяца после первой танковой атаки была создана специальная комиссия, в которую вошли представители военного ведомства и руководители основных немецких автозаводов – Opel, Daimler, Benz и других. По её решению разработку немецкого танка возглавил Йозеф Фольмер, один из самых успешных инженеров-автомобилестроителей Германии. На протяжении почти 20 лет он разрабатывал автомобили для крупнейших компаний. Инженеру сообщили, что нужно будет построить не менее 100 танков.

Установите
приложение, чтобы
продолжить читать
эту книгу
260 000 книг
и 50 000 аудиокниг