Глава 6.

Cлава тем временем продолжал учиться в институте и занимался массажем, осваивая новые техники. Его стали чаще приглашать на вечеринки, куда он ходил. В такой рутине проходила его студенческая жизнь.

В его жизни, которая на последних курсах института была посвящена практикам и учебе, вдруг появилась Вика. Она была на два курса младше его. Он раньше мельком встречался с ней в институте. Вокруг Вики было много ухажеров, но общалась и подпускала к себе она тех, кого считала нужным сама.

Познакомились случайно на вечеринке. Он проводил ее до дома. Она хотела этого.

Вика была царственной девушкой, хороша собой, умела и хитра. Она была из тех людей, которые сами строят свою жизнь. Она тонко понимала людей, быстро соображала, как поступать в той или иной ситуации, имела подход к людям. Вика знала, на какие струнки души человека, и особенно – мужчины, надо нажимать в управлении им. Не всегда эти струнки были светлыми, но всегда – нужными. Неизвестно, чем ей тогда приглянулся Слава или что она от него хотела, но она сама пошла на общение. При том, что ухажеров вокруг нее было много, и найти парня ей было – только свистни. В отличие от многих других девушек, с кем общался раньше Слава – Вика сразу стала влюблять его в себя. Ей мало было просто отношений. Ей хотелось, чтобы он любил ее сильно и страстно. И она знала, как правильно влюбить в себя парня, что и сделала. Вероятно, ей не всегда хватало жизненной энергии, и она получала ее через страсть мужчины, обращенной на нее, посвящаемой ей. Вика была достаточно худой девушкой – "зажигалкой", и нередко болела. Почему ее выбор пал на спокойного, тихого и простого Славу, когда рядом были яркие коммуникативные ребята – не совсем понятно. Что-то, видимо, ей нужно было от Славы, что она не могла высказать вслух. Доброе ли?

Святославу интуиция сразу дала почувствовать – «Нет» – и достаточно сильно. Он обычно и всегда слушал ее. Здесь же, он услышав голос интуиции, пошел вопреки ему. А интуиция всегда показывала ему что-то Большое и Важное, сокрытое и глубинное.

Здесь, когда Слава встретился с Викой, он впервые не послушал свой Дар, пошел по своему, по другому. «Запал?». Возможно. А может, был сильно истощен на последних курсах большим объемом учебы, практики и работы. А может ему в каких-то глубинах души захотелось ярких отношений, зажигательной жизни. Ведь он был незнаком с этой стороной жизнью – не знал, какова она. Неизвестно, что было в причинах того, что он не послушал себя, свою интуицию, и пошел на развитие отношений с Викой. Слава был простым парнем, и даже – несколько замкнутым. Он не был знаком в опыте своем со всеми тонкостями женской природы. Вика была куда сильнее, ловче и хитрее его в этих скрытых тонкостях жизни, хотя была и младше его. Возможно, у нее это было наследственно, через многие поколения предков по женской линии. Потому что для своих юных лет Вика владела очень многим в искусстве тонкого соблазнения мужчины и использования мужчин для своих, не всегда светлых, целей. Вика была открытой, коммуникабельной и яркой во всех ВНЕШНИХ своих проявлениях. Но сердце свое она не открывала никому. И не ясно, что жило в нем.

Возможно, у Славы был шанс не идти на эти отношения. Но он пошел.. Вопреки. Частый, может быть, случай в жизни мужчины. Когда что-то сильно внутри подсказывает – не надо, но человек идет. Идет вопреки. Частый случай, но мудрый ли?

Мир Славы вскоре перевернулся и ожил по-другому, с приходом в него Вики. В скором времени, Вика прочно вошла в его жизнь, стала царицей трона его души. Она учила его многому. Как одеваться, как себя вести, как вести дела. Себя, как очень дорогой подарок, она преподносила ему неспешно. Частями. Для Славы Вика всегда была непонятной, разнообразной и будоражащей. Их близость началась не сразу, а лишь тогда, когда Вика тщательно подготовила его. Она сделала так, что Слава стал очень желать ее, умело и тонко разожгла в нем такое желание. И когда огонь желания вспыхнул в нем, Вика в нужный момент преподнесла объект этих желаний – себя. Их близость.

А потом…

Глава 7.

Потом она учила, как ее надо любить. Она уверенно управляла собой и умела учить деликатно и тонко. Это было новым для Славы. Он этого не знал. Те девушки, что были в его жизни раньше, просто приходили в нее. И он оставался во всем этом самим собой. Здесь же – Святослав начинал терять себя. Вика была в его мире главной. И она была настолько тонка, что, будучи реальным лидером замыслов, выставляла им Славу. Что это ОН так хочет, а не она.

Ира, которая на короткий момент вошла в жизнь Славы чуть раньше, вошла в нее, задавшись вопросом: "А каков Слава в постели?". Веселая и живая Ира задав этот простой вопрос и как водится – получила ответ на него. Вика, в линии своего поведения, не задавала таких пассивных вопросов. Она не была исследователем по натуре, каковой была веселая, и более простая по природе, Ира.

Активный вопрос Вики, по которому она выстраивала линию своего поведения, скорее мог бы звучать так: "Каким я ХОЧУ, чтобы Слава был для меня в постели? И что для этого надо сделать?" Это уже другой по силе, направленности и энергетике вопрос. Но Вика – ловкая, зажигательная, непростая – умела, вероятно, задавать себе именно такие вопросы.

А может она и не задавала такие вопросы, а просто чувствовала и знала как нужно поступать, чтобы ее любили, испытывали страсть к ней, отдавали ей себя.

Она подводила к тому, чтобы Слава отдавал ей себя, чтобы он прикладывал к их отношениям не просто чувства, а настоящую страсть. Во всем, даже в деталях.

У них не было никогда просто близости – простой, серой и банальной. Всякий раз это был фейерверк страстей, разнообразие вариаций и телесных этюдов, исполнявшийся красиво в мельчайших деталях. Фейерверк, ловко и тонко управляемый Викой.

Слава мог в порывах нежной страсти около часа целовать и ласкать ее ножки, каждый ее пальчик, гладить их. Полагая, что он этого сильно хочет, стараясь лучше и сильнее для нее. Он нежно массировать голову Вики, играл с ее волосами, покрывал поцелуями все ее тело. Не просто так, но страстно. Так как хотелось ей, чтобы он делал это для нее.

Но и Вика могла возвести его в цари и делать ему сладострастное, стоя иногда на коленях перед ним, лаская его, моя и обмывая своей нежностью. А потом могла тут же измениться и стать другой – более отстраненной и как бы удаляя себя от Славиных страстей, тем самым разжигая их. Вика владела искусством великолепно.

Для Славы это была другая и непонятная, яркая жизнь. Такие сильные ощущения (читай, страсти) Слава до этого не испытывал никогда. Танец страсти и великолепно исполняемый телесный полонез!

Мир Вики стал теперь миром Славы. Он жил им, она жила в нем. Учеба стала ухудшаться, он реже стал ездить домой. Хотя раньше дом его – был чуть ли не святым пристанищем для него. Святослав стал делать теперь массаж другим людям уже на коммерческой основе и не так с душой, как раньше, но денег ради. Делать чаще, на постоянной основе. А деньги теперь стали нужны и не в малом количестве, чтобы делать приятное Вике. Постоянно удивлять ее, награждать ее внимание.

Он стал лучше одеваться и выглядеть. Вика постоянно подчеркивала ему, как он здорово изменяется к лучшему. Она постоянно создавала нужные декорации в его жизни, удаляя его от правды, которую заслоняла собой. Она рисовала картины, что все у него и у них – здорово.

А Слава и не глядел в другую жизнь, живя в этих декорациях и в своем страстном желании Вики и ее мира.

Интуиция уже мало давала сигналов Славе. Этот дар, который жил и работал в нем с детских пор и показывал ему Большую необходимость – теперь стал смолкать, оставляя Славу в одиночестве с самим собой.

Какая интуиция?! Там внутри, слушая себя, он уже стал слышать голос Вики, не свой. Пытаясь чувствовать себя – он чувствовал не себя, не свою интуицию, а Вику, желания Вики, страсти Вики. Дар его стал терять силу. Этот канал связи с Большим стал закрываться и ухудшаться. Слава стал хуже чувствовать мир, других людей, более ожесточился, не стал понимать как поступать правильно в Большом ключе жизни. И поступал теперь как придется или как подсказывала ему Вика.

К нему на массаж стали приходить более богатые клиенты, которые делали массаж в свое удовольствие и очень хорошо оплачивали его. Ему требовалось поддерживать этот антураж, создавая соответствующую атмосферу именно для этих людей. Подчас, меньше времени и сил оставалось у него на изучение новых техник, на раскрытие более глубинных возможностей лечебного массажа. Слава меньше внимания стал уделять действительно больным и нуждающимся людям. Их стало теперь меньше. Он больше внимания стал уделять тому, как "упаковывать" массаж в привлекательные "обертки" для богатых людей. Сила его лечебного воздействия снизилась. Будто слепота какая-то пошла у него.

Если раньше он хорошо чувствовал людей и боль и направлялся туда, где можно снять боль и привнести исцеление, то теперь Слава делал массаж по большей части вслепую, просто как хорошо поставленный навык. Он уже не обнаруживал подсказок, как будет правильней, не находил энергии, чтобы корректировать боль. Все упростилось, а он будто ослеп, постепенно раз за разом теряя свой Дар. Будто бы стал разучиваться тому, действительно ценному и важному, что так долго и усердно обретал усердной практикой и правильным использованием своего дара.

Тогда, раньше, интуиция, поддерживаемая правильной практикой, давала ему ответы, и все больше раскрывалась полезным для людей качеством. Она вносила чуткость и ясность в его правильное видение ситуаций. Теперь вся ситуация стала ухудшаться. Слава стал хуже себя чувствовать, меньше стал прислушиваться к себе. Внешние яркие впечатления от мира и взаимодействия с Викой заменили ему опыт чувствования себя, правильного самопонимания, не иллюзорной реальности, других людей. Становилось хуже. Где-то глубоко внутри ему становилось хуже. Но он жил так…

Глава 8.

Шло бы так и дальше развитие этой ситуации и не понятно, куда пришло бы, но возникло одно обстоятельство. Верно, во спасение. Славе нужно было уехать к родителям, к сестре Маше, которая болела и хотела видеть его.

Святослав собирался в отъезд без особой души, будто на автомате. С приходом Вики в его жизнь, связь с семьей родителей стала ослабевать, теряться, заменяться потребностью быть с Викой и делать для нее.

Но этот раз необходимость была сильной, его ждали дома. Он уехал на неделю. Вырвался впервые за полгода. Хотя раньше старался ездить чаще. Раньше – тянуло.

Он не стал делиться с родственниками своими переживаниями, хотел избежать разговоров. Он и раньше, стоит отдать ему честь, всегда старался сам решать свои проблемы и жизненные задачи. Он прислушивался к комментариям, но никогда не просил подсказок или решения проблем за него. Также, а может даже еще более закрыто, Слава вел себя и сейчас. Но заметил отец и сам вышел на разговор с ним. Как в детстве он спросил: «Ты прислушался к себе? Все верно?». И сделал паузу.

Отец, подметив неладное в состоянии, и косвенно, в поведении сына, сказал: «Если то, что сейчас у тебя происходит – есть доброе дело – почему ты не хочешь о нем рассказать? Почему ты выглядишь как-то не так, не светло? Верно, ситуация связана с девушкой. И, возможно, не с той, что надо?».

Святослав не отвечал. Но отец, будто все понимал без его ответов.

«Можешь не говорить, если считаешь это тайной. Но вспомни все наши с тобой способы выходить из трудностей. Наши закалки, наши пешие прогулки, наши посты. Помнишь?! Вспомни сам, наедине. И еще одно – возможно сейчас есть что-то чему ты не можешь, а должен сказать сильно «Нет». Присмотрись внимательно. Учись говорить «Нет», как не было бы трудно. Подумай сам над этим и сделай все правильно. Возможно, именно сейчас надо это сделать».

Слова отца всегда западали в душу Славы. С детства. Он и сейчас прислушался к ним, хотя ничего не сказал отцу, а только лишь вызвал его догадки.

Сейчас, слушая отца, Славе вспомнились все его детские и юношеские поступки под трудной эгидой учиться говорить «Нет». Это всегда было нелегко для него, но он – делал.