Беременность

Когда молодая незамужняя девушка Валя, двадцати одного года от роду, забеременела, то её мать – Феодосия Дмитриевна, узнав о положении дочери, очень жёстко отреагировала на это известие. Можно только представить себе, что пережила Валентина, для которой родители были самым непререкаемым авторитетом. Особенно мать – Феодосия Дмитриевна, ради которой Валентина готова была пожертвовать всем.

А характер её мамы был такой, что лучше уж разбежаться и попытаться разбить лбом стену (по крайней мере, это может привести хоть к какому-то результату!), чем заставить Феодосию изменить её волю. Настоящий несгибаемый характер, твёрже гранита и крепче стали – принципиальный и не принимающий извинений.

Вот, как пример, случай, который подчёркивает, какой была Феодосия Дмитриевна. Валя, в детстве, бегая со своей подружкой Валькой Альковой по угольной базе, которая располагалась за забором её дома, оказалась у столовой, где обедали речники. Сразу после войны, туда приводили обедать и немецких военнопленных, работавших в Шилове в соответствии с лозунгом: «Отстроим всё, что мы разрушили!». Увидев двух маленьких чумазых девчушек в простеньких ситцевых платьицах и разбитых сандалиях, один из немцев, видимо из жалости, дал девчонкам буханку хлеба. Валя принесла хлеб домой.

– Мам, я хлеб принесла!

– Откуда? Я не говорила, что надо было хлеба купить, – удивлённо спросила Феодосия Дмитриевна.

– А это нам немцы пленные дали.

– Что!?

– Немцы там… у водной столовой, – начала неуверенно говорить Валентина.

– Выброси сейчас же!

– Мама, но это же хлеб!

– Всё равно – выкини! Вон – пойди свиньям брось, пусть едят! И никогда, Валечка, никогда не бери ничего у этих фашистов. Они из людей мыло делали, а ты у них из рук еду берёшь!

Валентина никогда не видела, чтобы мать была так категорична по отношению к хлебу. Но два раза для неё не надо было повторять. Она поняла, что брать хлеб у врага нельзя, даже если он и пленный.

– Хорошо, мам, пойду, покрошу поросятам…

Или, ещё, к примеру – Валя, будучи первоклашкой, пошла к однокласснице, которая пригласила её позаниматься уроками. А мать той девочки, обнаружила, что у неё из кошелька пропал рубль. Куда он делся – неизвестно, но обвинили, конечно же, гостью. Валентина, пришла домой вся в слезах, а Феодосия, спросила:

– Ты брала?

– Нет!

– Поклянись моей жизнью!

– Мама, клянусь, я не брала!

Феодосия Дмитриевна пошла и высказала матери одноклассницы всё, что о ней думает, сделав акцент на том, что дочь у них ничего не брала и не могла взять. Не забыв указать, что все дети Феодосии Дмитриевны никогда не заглядывались на чужое, и воров в их роду не было от века. Что там ещё было сказано, не важно. Но эта женщина попала в такую немилость, что Феодосия впоследствии на неё даже не смотрела, хотя та всегда первая здоровалась и всячески пыталась примириться.

Это непрощение она пронесла через всю жизнь. И даже на похоронах Феодосии Дмитриевны, эта женщина стояла у гроба и слёзно молила: «Феня, прости меня, грешную! Прости за тот рубль, чтобы он пропал пропадом, прости за обиду, что тебе нанесла»… А простила Феодосия её или нет – одному Богу известно.

Вот такой был характер у Валиной мамы.

Валентина поняла, что беременна, учась на втором курсе Индустриального техникума в Касимове. Какие сложности в отношениях возникли у неё с парнем по имени Василий, история умалчивает, но факт остаётся фактом – создать семью у них не получилось. И хотя он жил в Ибреди, соседней с Шиловом деревне, Валентина не сказала ему, что ждёт ребёнка. После размолвки, он навсегда канул в Лету, а Валя, бросив техникум, вернулась домой, где её ждал очень суровый приём.

Встал вопрос: что делать с ребёнком? Валентина, пыталась объяснить матери, что сама не понимает, как всё случилось, и что она была против близости, и что с его стороны была не только настойчивость, но и сила. Однако, мать категорически не принимала Валины объяснения и доводы. Оно и понятно. Такой позор перед соседями и знакомыми – дочь «в подоле принесла». На тебе, мама, подарок от любимой доченьки! Это и в наше время не особо приветствуется, а в те годы, вовсе было чуть ли не преступлением. Прощения, которого ждала Валентина, не предвиделось и единственным выходом, казалось, был аборт, чем рождение внебрачного ребёнка…

Рождение первенца

Валя страдала от сомнений и колебалась в принятии какого-либо решения. И когда житейская рациональность подтолкнула её к ещё худшему поступку, чем родить ребёнка без отца, на жизненном пути Валентины появился человек, повлиявший на её дальнейшую судьбу. Это была Феня- староверка.

А «староверкой» её звали потому, что она была из семьи староверов, которые своим появлением обязаны были трагическому событию в истории России – Расколе Русской Православной Церкви. В семнадцатом веке царь Алексей Михайлович и патриарх Никон провели церковную реформу. Она началась с незначительных изменений – перемены в сложении пальцев. При крёстном знамении пальцы стали складывать не двухперстно, а трёхперстно. Отменили также земные поклоны. Но позже реформа затронула все стороны Богослужения, включая изменения канонических правил и традиций. Со временем стало понятно, что часть русских христиан увидело в ней попытку изменения самого вероучения, которое веками излагалось на Руси.

Стали говорить, что до реформы была одна вера, а после – уже другая. Так появилось понятие «старая вера». А людей, исповедующих её, стали называть «староверы» или «старообрядцы». Принявших же реформу стали называть «нововеры», но это определение надолго не прижилось в обществе, а термин «староверы» существует и сейчас.

В Шилове жила семья таких староверов. Валина знакомая Феодосия была из этой семьи (имя её, по иронии судьбы, было такое же, как и у матери Валентины) нашла разумные слова в разговоре, которые запомнились Вале на всю жизнь. А главным и решающим аргументом Фени стал тот, что делать аборт – это самый большой грех:

– Валя, не делай этого. Будешь жалеть об этом всю жизнь. Лучше рожай Валюша. Это будет тебе ребёнок от Бога!

Именно так! Ребёнок от Бога! И это утвердило Валентину в решении рожать, дать жизнь ребёнку, несмотря ни на какие последствия. И, возможно, был какой-то символизм в том, что староверка, убедившая Валентину рожать, носила имя Феодосия, что в переводе с древнегреческого Θεοδοσία – означало «Богом данная».

Роды в шиловской больнице принимала Мария Герасимовна. Она была уже немолодой опытной акушеркой, и через её руки прошло несколько поколений шиловских детей. Стоит сказать, что и третьего ребёнка – девочку, Валентина рожала также в Шилове. И, конечно же, акушеркой была легендарная и незабвенная Мария Герасимовна…

После успешных родов, в семь тридцать утра, шестнадцатого февраля тысяча девятьсот шестьдесят первого года, на свет появился мальчик. Но с новорождённым сыном Валентины случилась беда. Через несколько дней у него началось заражение крови. Как объясняли врачи, это была стафилококковая инфекция. Руки у ребёнка распухли и образовали гнойные очаги. Это была безнадёжная ситуация, к тому же, незадолго до этого случая, с точно такими же симптомами болезни умерла новорождённая девочка. Врачи ничего не смогли поделать, пытаясь спасти ей жизнь…

Валентина, плакала, не в силах видеть страдания своего малыша, и тогда доктор предложил ей пойти на риск – немедленно провести мальчику операцию хирургом шиловской больницы. Попытаться спасти младенца и сохранить ему жизнь. Выбора не оставалось – тянуть с решением было нельзя, и Валя согласилась. Хирург провёл операцию успешно – он сделал всё что мог и, наверное, даже сверх того.

Валентина ждала в палате. Через несколько часов ей привезли прооперированного ребёнка. Из-за того, что мальчику было всего две недели от роду, операцию делали без наркоза – резали по живому, не обращая внимания на крики младенца. Когда малыша отдали матери, он плакал, но голоса у него не было – вместо звуков рыдания ребёнок просто выдыхал с шумом воздух. Голосовые связки были сорваны. Врач-хирург подошёл к Вале и сказал:

– Валечка, мы сделали всё возможное. Больше от нас ничего не зависит. Если твой сын в ближайшие двое суток не умрёт, то есть вероятность, что он сможет выжить. Всё теперь зависит от Бога. Молись за его жизнь. А там как решит Господь…

Вот так Валентина с сыном остались ждать исхода фатального испытания. И оно завершилось выздоровлением малыша. Молитвы были услышаны, и судьба предоставила новому родившемуся человечку возможность жить на этом прекрасном белом свете.