Глава 5

Узкое окошко ванной выходило во двор и было приоткрыто. Мне почудилось, что кто-то звякнул дверцей ворот. Так скоро Рита вернулась? Или лихой человек решил воспользоваться отсутствием хозяйки? Вот забавно получится, если я вора ущучу! Стараясь не топать, я пошел к входной двери.

Нет, на вора этот мужчина не походил. Темные редковатые волосы, гладко выбритые щеки, дорогое пальто верблюжьей шерсти, блестящие темно-бордовые туфли. Вряд ли в них можно долго ходить при таком морозе. Значит, поблизости имеется машина. И держится без опаски. Интересно…

Я для него тоже оказался сюрпризом. Судя по выражению лица – неприятным. Мужчина так и замер у ворот, воззрившись на меня. Я ждал. Наконец он решил нарушить молчание.

– Ты кто такой? – спросил он, и тон его мне совсем не понравился. Так разговаривают с подчиненными не очень умные начальники.

– Могу спросить вас об этом, – я постарался ответить как можно вежливее. Зачем грубить незнакомому человеку?

– Я, кажется, тебе вопрос задал!

Незнакомец тона не поменял. Был он едва ли старше меня, но настроение я имел вполне благодушное и на «ты» пока переходить не собирался.

– В командировку приехал. А вы кто?

– Не твое собачье дело! В какую еще командировку? Что здесь делаешь?

– У знакомой остановился.

Не рассказывать же первому встречному о взаимоотношениях Риты и шефа!

– Маргарита Сергеевна твоя знакомая? – недоверчиво спросил он.

– Вот именно, Рита, – безмятежно ответил я. – Сергеевна.

Мне уже хотелось разозлить его. Кажется, это удавалось.

– И откуда же ты приехал, знакомый?

– Из Москвы.

– От Витьки, что ли? – напрягся он.

– А кто это?

– Неважно. В общем, так, знакомый… Если не хочешь неприятностей, собирай свои шмотки и перебирайся в гостиницу. Там всегда места есть.

– Надо подумать, – серьезно сказал я.

– Нечего думать! Давай, действуй. Так и быть, подброшу, у меня машина за воротами.

– Сам как-нибудь доберусь. Если, конечно, решу переехать.

– Ты еще раздумывать будешь?

Черт, неужели в первый же день драться придется?

Но незнакомец внезапно сбавил обороты.

– Ладно, некогда мне с тобой тарахтеть. Я тебя предупредил. Завтра заеду, и, если ты все еще здесь будешь, – пеняй на себя. Усек? – И не дожидаясь ответа, нырнул в калитку.

Интересное кино… Надо будет у Риты спросить, кто это у них тут такой грозный.

И, кстати, что за Витька в Москве?

Не то, чтобы меня хоть немного взволновали угрозы незнакомца в верблюжьем пальто, просто Рита мне понравилась, а когда женщина нравится, хочется узнать о ней побольше.

А Витька, наверное, беглый муж.

Так оно и оказалось. Вечером, за ужином, я прямо спросил о нем. Рита поскучнела, но не особенно.

– Да, бывший супруг. Я, когда вас увидела, решила, что от него приехали. Извините, Денис, мне не очень хотелось бы говорить об этом человеке.

Тогда я рассказал о незнакомом визитере. Тут Рита встревожилась.

– Это Григорий. Очень опасная личность. Он и с президентом на короткой ноге, и с местными бандитами.

– С бандитами? – удивился я. – Но ведь ваш президент столько раз заявлял, что покончил с ними!

– Сказать можно все, что угодно. Бандитов от этого не убавится.

– Так что Григорий? Он ваш приятель?

– Ему так хочется думать. Никаких авансов я ему не давала. Так, заходит иногда на несколько минут… Но тут что-то нечисто. Не зря Григорий появился, как только вы приехали. Вы ведь, Денис, тоже неспроста здесь?

Я сделал невинное лицо.

– Обычная командировка. Ничего секретного.

– Бросьте, бросьте, – рассмеялась Рита. – Я ведь знаю, чем дядя Сережа занимается. Они вместе с моим отцом служили, помните?

Она подняла ладонь:

– Не беспокойтесь, я не стану ничего выспрашивать. Но о Григории не забывайте. Что он вам говорил?

– Предлагал съехать от вас и перебраться в гостиницу.

Рита задумалась.

– Может быть, действительно стоит? А то начнутся неприятности. У вас. За меня бояться не нужно, пока этот урод ко мне благоволит.

Теперь пришел черед рассмеяться мне.

– Ну, я неприятностей не боюсь, и бороться с ними умею. А переезжать не хочу. Мне у вас нравится. Давайте пить чай!

Вечер прошел в приятной беседе ни о чем. Мы даже стали говорить друг другу «ты». Но и только, словно разговор о бывшем муже и Григории разрушил намеки на начинавшуюся взаимную симпатию. Что ж, время терпело. А сегодня ночью мне лучше было заняться делом, для которого и приехал.

Собственно, ничего сложного в этом нет. Для меня. Сколько раз уже проделывал. Просто кладешь на ладонь фотографию, закрываешь глаза и стараешься отрешиться от всего окружающего: от людей, их хлопот и чаяний, их радостей и болезней. Мысленно представляешь человека, изображенного на снимке, и в потоке разноцветных нитей, которые проплывают перед внутренним взором, ищешь ту, которая принадлежит именно ему. Чем она толще, тем человек ближе к тебе. Вот и определяешь направление, куда тянется нить, примерное расстояние.

Другое дело, что каждый такой сеанс забирает кучу энергии. И сегодня мне предстояло четыре раза повторить процедуру. Не шуточки…

Когда я наконец открыл глаза, чувствовал себя, словно кожура от банана, – такой же пустой и никому ненужный. Вот еще один побочный эффект – приступы депрессии, как у алкоголика после запоя. Все кажется бессмысленным, обрыдлым и самому себе представляешься каким-то ничтожным насекомым, которое любой может походя раздавить. Крайне мерзкое ощущение.

Но бороться с ним я научился уже давно. Вот если бы каждый день занимался поиском, то, вероятно, мог свихнуться от тоски и унижения. А так – ничего, держусь.

Пошатываясь, я добрел до ванны, с трудом сообразил, как включается душ, стянул промокшую от пота одежду и залез под горячие струи. Поменял воду на ледяную, опять на горячую. Вскоре полегчало. Дьявол, ну что эти журналюги пропали такой компанией? Нет, чтобы по одному!

Я вылез из-под душа, оделся в сухое и чистое. Теперь надлежало кое-что обдумать. Сигарета показалась особенно вкусной. Сидя на краю ванны, я разглядывал четыре снимка и пытался понять, за что же похитили столичных борзописцев? Слишком короткое время они находились здесь, чтобы успеть узнать что-то запретное. Загадочка. Ничего, найду московскую четверку – все выяснится…

В своей комнатке я расстелил на столе купленный предварительно план города, сориентировал его по сторонам света. Та-ак, все нити шли в одном направлении и были одинаковой толщины. Значит, похищенных не растащили по разным местам, держат вместе. И совсем недалеко от города, может быть, на южной окраине. Что у них там располагается? Ах, да, еще одна местная достопримечательность! Незаконченная пока, только строится. Очередная сумасшедшая идея президента, которая после завершения строительства может оказаться не такой уж и сумасшедшей.

Президент задумал устроить рядом со столицей этакий маленький Лас-Вегас. Отгрохать парочку шикарных казино, несколько классных отелей, в надежде, что сюда наедут, чтобы поиграть в комфорте не только «новые русские», но и богатые любители азарта со всего мира. Надо полагать, что и аэропорт строится с расчетом на это. Непосвященному человеку идея, конечно, покажется абсурдной. Кто, скажите, попрется в эти голые степи, чтобы просаживать свои миллионы? Однако, зная президента, можно было не сомневаться, что он все просчитал заранее и по-дурному не рискует.

Так что, может быть, там, в отстроенных уже коттеджах, и содержат москвичей? Что-то слишком просто получается. Если президентская гвардия всю республику перерыла, то обязательно туда заглянула. Ладно, завтра прямо с утра нужно будет навестить строительство. А там посмотрим.

И я отправился спать, тем более что, несмотря на душ, чувствовалась во всем теле унизительная слабость.

Глава 6

Утром Рита была оживленна и весела, как птичка. Что-то напевая, она готовила завтрак, шутила и расспрашивала о моих планах на день. Посоветовала сходить в буддистский храм и ни в коем случае не питаться в местных кафе. Мало ли что! Надежнее и дешевле будет к обеду вернуться домой. Она тоже постарается прибежать из училища. Я обещал. За завтраком расспросил о строительстве на окраине. Знала Рита о нем не очень много. В городе рассказывали настоящие легенды о будущем «Лас-Вегаса».

– Откуда же в вашей бедной республике деньги на такой проект? Да еще и аэропорт возводят. Это ведь большие миллионы…

– Да у нашего президента по всему миру дружки-приятели. Нефтяные шейхи, банкиры, диктаторы. Известная личность. Нашел, наверное, спонсоров и инвеститоров. Если казино будут работать, сумасшедшие деньги к нам потекут. Все окупится.

– Рита, а ты сама как к президенту относишься?

– Ты удивишься, но совсем неплохо. Я же достаточно долго здесь живу. Когда приехала, город больше на деревню походил. И сейчас кое-что есть, но сколько изменений! Причем, заметь, все в последние годы. С продуктами получше стало, у людей деньги кое-какие завелись. И это несмотря на то, что появилось много беженцев. Из Чечни, Казахстана. Здесь никого не гонят, национального вопроса практически не существует. Может быть, потому, что при Сталине местных в Сибирь переселяли. Потом Хрущев вернул. Вот все терпимо и относятся к чужакам, понимают, что у людей несчастье.

– А какой человек президент?

Рита задумалась.

– Знаешь, он очень таинственная личность. Все о себе знает, наверное, только он. И ведь был простым учителем. Правда, совсем недолго. Потом стало возможным заниматься бизнесом. Он и поднялся. Рассказывают о нем многое, но всему, конечно, верить нельзя. Людям свойственно преувеличивать или преуменьшать. Истина где-то посередине.

– Ты сама с ним встречалась? Впрочем, о чем это я? До него, наверное, и не дотянешься.

– Ну, почему? Несколько раз он у нас в школе был, интересовался. Очень приятный молодой человек, обаятельный и простой. Относительно простой, разумеется.

– Приятный, говоришь? Ох, гляди, ревновать начну!

Она кокетливо улыбнулась.

– Так сразу и ревновать? Быстро что-то.

– Да я парень вообще шустрый, – горделиво выпятил я грудь, думая панически: «Что ты несешь? Какая ревность? Замолчи, придурок!» Бывает со мной такое раздвоение, слова впереди мыслей несутся. Потом жалеть приходится.

Но Рита, кажется, не обиделась на мой треп.

– Ладно, ревнивый и шустрый, я побежала, отдыхай по плану. В обед увидимся.

И, проходя мимо, потрепала меня по волосам. От неожиданной ласки я несколько обалдел. Выходит, иногда женщине можно и откровенные глупости говорить. А ведь взрослый уже человек, мог бы эту истину давно усвоить. И вообще женщины нас любят не за ум. Вообще непонятно за что. На то они и женщины…

Мороз на улице был градусов под двадцать. Холодновато, если весь день гулять. Как бы это до строительства добраться? Не хотелось топать пешком. Я поднял руку, и серая «девятка», проезжавшая мимо, тут же остановилась. Конечно, не стоило садиться в первую попавшуюся машину, но чего мне было опасаться? Легенда надежная, ни в чем предосудительном пока не замечен. Знакомится человек с городом, осматривает достопримечательности. И Григорию пока рано угрозу свою выполнять. Может быть, я переезжать в гостиницу сегодня собираюсь!

В «девятке» сидели два парня. Оба черноволосые, скуластые, с раскосыми глазами. Не совсем близнецы, но очень похожи между собой. Впрочем, может быть, я еще не привык к внешности аборигенов, поэтому все и кажутся похожими друг на друга.

Водитель спросил, куда мне надо, назвал божескую цену. В рублях, кстати, не в долларах. Вот еще одно преимущество провинции. Здесь хоть и ходят по рукам «зеленые», но не требуется за каждую услугу расплачиваться изображениями американских президентов. Ну что же, денег у меня хватало, и мы поехали.

Оказалось, что окраина не так уж и близко. Пешком можно добраться минут за сорок. Если не очень торопиться. Когда я расплатился, один из парней лениво поинтересовался:

– Может, подождать?

Но я отказался. Неизвестно, сколько времени займет знакомство с будущим очагом игорного бизнеса, чего людей держать?

Новостройка пока не поражала своим размахом. Успели возвести здание собственно казино, одну из гостиниц в десяток этажей и несколько коттеджей для особо почетных гостей. Домики были ничего себе, на хорошем мировом уровне, хотя, как рассказала Рита, проектировали их местные архитекторы. Пока в них обосновались представительства соседних республик и государств, у которых были какие-нибудь интересы здесь. Хотя что можно было экспортировать из степного кусочка бывшего СССР? Овечью шерсть? Дешевле закупать в Австралии или Новой Зеландии. Низкорослых лошадок? Кому они нужны? Разве что на колбасу. Нет, бизнес всегда оставался для меня закрытой книгой. Подозреваю, что если бы взялся торговать, то разорился бы в первый же месяц. А президент смог заработать миллионы. Поневоле проникнешься к нему уважением. Наверное, Рита права…

Дорогу перекрывал полосатый шлагбаум с будочкой, в которой находился вооруженный автоматом охранник. Находился скорее для порядка, потому что на мою просьбу пропустить, беззаботно махнул рукой:

– Проходи! Сюда многие ходят. Сейчас вот какие-то журналисты явились с экскурсией.

Н-да, простота нравов необычайная. Впрочем, о террактах здесь почти не слышали, никто ничего не взрывает. Тихая глухая провинция, где к незнакомцам относятся по-доброму. Только приезжие журналисты отчего-то пропадают. Кстати, что это охранник говорил об экскурсии журналистов? Поинтересуемся…

Я прогуливался по улочкам среди коттеджей, изредка щелкал затвором фотоаппарата, как заправский турист, и постепенно приближался к зданию казино. Пока не придумывалось, как заглянуть внутрь этих домиков и пошурудить на всех этажах больших строений. Вряд ли так же просто, как разрешили войти на территорию, мне позволят совать нос повсюду.

Получилось очень просто. Заглядевшись на отливающие бронзой стеклянные стены казино, я вдруг ощутил пинок в зад. Что за хамство?! Резко повернувшись, чтобы наказать наглеца, я нос к носу столкнулся с… Сашкой Загайновым! Тем самым старлеем, с которым воевал и пил водку в Чечне, ругал власти и вспоминал любимых женщин. Короче, с прекрасным парнем и отличным офицером.

– Ты что же, гад, мне пендаля отвешиваешь?

– А чего же ты, лопух, коробочку разинул и никого не видишь? – резонно возразил он.

Мы обнялись.

– Какими судьбами, Диня? Как тебя сюда занесло? Ты же, кажется, в Москву перебрался?

– Обычная командировка. Так, мелочи. А ты что тут делаешь?

– О, брат, у меня история поинтереснее. Я ведь теперь журналист.

– Ну да? – не поверил я.

– Точно! Уволился из армии и пошел в газету работать. Там же, в Ставрополе. И раньше пописывал, а тут появилась возможность на хлеб пером зарабатывать.

– Получается?

– Наверное, раз не выгоняют.

– А здесь почему? Сенсаций алчешь?

– Не совсем. Помнишь, двух журналистов из оппозиционной газеты шлепнули? Большой скандал был.

– Ну, вспоминается что-то…

– После этого Союз журналистов решил поддержать местную прессу. Постановили, что каждая российская газета, присоединившаяся к акции, поможет выпустить номер местной, в которой эти журналисты работали. Вот, наша очередь пришла. Заехали бригадой, материал собираем. Кстати, познакомься. Это Валентина.

Тут я наконец обратил внимание на то, что Сашка не один. Рядом стояли полная дама в короткой дубленой курточке и мрачноватый мужчина с короткой пегой бородой. Звали его Егором, и мрачность объяснялась тем, что вчера, приехав, ребята немного перебрали, отмечая начало командировки, а сегодня еще не успели поправить здоровье. Валентина и Сашка чувствовали себя получше, но тоже не отказались бы от пива.

Конечно, с боевым товарищем очень хотелось пообщаться, но как быть с работой?

– Очень просто! – решила Валентина. – Вы ведь все равно здесь как бы на экскурсии? Ну и мы тоже. Но нас ждут и, скорее всего, накроют стол. Три человека, четыре, какая им разница? Пошли с нами. Заодно и поговорим. Расскажете о Чечне, а то Александр врет все время про свои подвиги. Выведем его на чистую воду.

Егор молча кивал, подтверждая ее слова. Ему действительно было нехорошо.

Я не заставил себя долго упрашивать. Представлялся очень удобный случай выяснить, не прячут ли тут московских журналистов. А вообще что-то многовато в республике скапливается приезжих борзописцев. К чему бы это?

Ставропольских гостей встречал директор еще не открывшегося казино. Да что там не открывшегося! Туда и соответствующей мебели пока не завезли, всех этих рулеток и столов для «Блек Джека». Но директор имелся и был он племянником знаменитого местного поэта, обласканного самим президентом. За что, вероятно, и получил такую должность.

Директор водил посетителей по залам, цветисто рассказывал о том, как все будет здорово, не хуже, чем в Монте-Карло. Кое-где возились рабочие, но подлинного трудового энтузиазма не наблюдалось. У меня на языке вертелись вопросы по этому поводу, однако не хотелось вылезать вперед. Я скромно шел сзади всех, пытаясь прикинуть, где здесь можно спрятать несколько человек так, чтобы и содержать их нетрудно было, и обнаружить невозможно. Ничего подходящего на глаза не попадалось. Здание вообще было странным, почти насквозь прозрачным и больше подходило для шахматного турнира, чем для азартных игр. Странное у них представление о казино. А может, это я плохо знаю свежие веяния в игорном бизнесе?

Потом было посещение отдельных коттеджей – тех, которые еще не были заняты иностранными представительствами. А в гостинице уже ждал обед, как и предсказывала Валентина.

Вспомнив о приглашении Риты, я нашел телефон и позвонил ей домой. Никто не отозвался. Очевидно, девушка еще не пришла из школы. Неудобно как-то получилось… Ладно, потом извинюсь. Я с Сашкой не каждый день встречаюсь. Да и гостиницу еще не обследовал.

Показав парочку уже готовых и отделанных номеров, директор пригласил к столу. Его накрыли в банкетном зале, довольно просторном, так что наша небольшая компания чувствовала себя несколько неуютно посреди пустого пространства.

Пока директор говорил длинный тост о дружбе, демократии и открытости нашего современного общества, Егор, не чинясь, налил из графина вместительную рюмку и опрокинул ее в себя. Так сказать: «И немедленно выпил». Я бы не стал его осуждать за такую бесцеремонность.

Угощали неплохо. Какой-то местный овощной суп, жареные перепелки, несколько мясных блюд, салаты, фрукты. Все запивалось хорошей водкой и армянским коньяком. Интересно, что говорит буддизм о спиртных напитках?

– Слушай, – вполголоса спросил я Сашку, – вы ведь оппозиционную газету приехали делать?

– Ну! – ответил он не очень вразумительно.

– Так чего же этот босс так разливается перед вами? Он же президентский назначенец!