Глава 2

– Игореша, ты чего это со столбами целуешься? – засмеялся Сашка, с интересом косясь на бывшего одноклассника. – Невесту себе нашел, что ли?

– Задумался, – недовольно пробурчал тот, потирая лоб и хмуро глядя на неожиданно возникшее на пути препятствие.

Ну вот, опять! Игорь глухо выругался. Опять он замечтался о странном и перестал видеть окружающую реальность, стукаясь лбом обо все встречные столбы, односельчане на него уже пальцами показывают, как на идиота. Опять ему грезятся странные живые корабли, драконы, куцехвостые ящеры, двуногие коты и огромные шерстистые пауки. Опять он что-то странное делает, с кем-то говорит, причем не голосом, а каким-то непонятным способом. Что происходит, черт возьми?! И чем дальше, тем это состояние прогрессирует. Обратиться у психиатру, что ли? Нет, для начала надо посоветоваться с наставниками. Придется бросать все и уходить в тайгу, трудно сказать, куда духи занесли деда Максима с дедом Никанором, они с помощью тайных троп за день способны и тысячу километров на посохи намотать. Волхвы, чтоб им!

Особенно плохо Игорю стало после прочтения книг лет двадцать назад умершего автора про некий орден Оорн и его Командора, Илора рон Дора. Первые четыре книги этого цикла он обнаружил в поселковой библиотеке и буквально провалился в них. Почему-то написание имен в книге сразу показалось парню неправильным. Мало того, при первом прочтении у Игоря встали дыбом волосы – он четко помнил, как писал эти книги! Это как?! Это что?! Это же безумие какое-то! Откуда у него чужие воспоминания? Впрочем, если вспомнить происходившие с ним еще с детства чудеса, то это еще не самое удивительное.

Дальше – хуже, начали приходить воспоминания жизни Командора, что вообще ни в одни ворота не лезло. И многое в книге оказалось описано неправильно, искаженно, порой так и хотелось выкрикнуть: «Не так все происходило, совсем не так!». И что с этим делать парень не знал, ему было сильно не по себе. Похоже, надо уходить в тайгу сегодня же, благо экзамены сданы, аттестат на руках, а как и где живет сирота никому не интересно. Нет, люди в Байките жили хорошие, часто зазывали одинокого парнишку в гости, но у каждого имелись своя семья и свои заботы, а Игорь старался никого не напрягать, жил в избушке далеко за селом, а на вопросы отвечал, что у него все хорошо. Вот люди и не навязывались.

Самое паршивое, что после того, как наставники оставили воспитанника в Байките, сказав, что закончить школу обязательно нужно, поговорить ему стало практически не с кем. Местные жители имели очень ограниченный кругозор, с ними можно было говорить о хозяйстве и охоте, местных сплетнях и слухах, не более. А воспитанник лесных волхвов интересовался совсем другим. К счастью, местная библиотека оказалась довольно богатой, хватало чего почитать. Да и в интернете многое можно было найти.

Судьба Игоря сложилась очень странно, если разобраться. Родился парень на Украине, в небольшом селе Миновка Днепропетровской области, где и проживал до года. Но затем на дом его родителей напали какие-то странные люди в серых балахонах, всех взрослых, включая бабушку с дедушкой и больную тетю, убили кривыми ножами. После этого незнакомцы собрались принести ребенка жертву в каком-то жутковатом ритуале. Двое старших расчертили сложный чертеж, поместили малыша в его центр, но больше ничего сделать не успели – словно из ниоткуда возникли два благообразных старика в камуфляжной форме и легко одолели агрессоров, буквально смешав их с землей.

Как ни странно, Игорь, невзирая на малый возраст, все это прекрасно помнил и испытывал к спасителям немалую благодарность. Через некоторое время они вывезли мальчика в сибирские леса, очень далеко от населенных мест, где начали жестоко тренировать и учить всяким странным штукам. Старики оказались лесными волхвами, которые, как объяснили ученику, ждали его рождения несколько десятков лет. В прошлое его рождение они опоздали, не нашли вовремя, не обучили, а взрослого обучать бесполезно, зато сейчас успели. И не позволят неким серым его использовать. Кто такие серые не объяснили.

В мире и стране тем временем происходило нечто странное. Россия неожиданно снова стала империей, а демократические страны промолчали, не став ей гадить, как обязательно поступили бы ранее. На престол взошел не Романов, а некий Александр Воронов, его кандидатура вызвала горячее одобрение у наставников Игоря. Они также говорили о каких-то Повелителе и Госпоже, делающих все правильно, но на вопросы ученика о них не отвечали, бурча, что ему пока рано, не дорос еще.

– Слышь, сходил бы ты в больничку, – озабочено сказал Сашка, пощупав лоб бывшего одноклассника. – Температуры вроде нет, а со столбами целуешься. Чего-то тут не то…

– С духами предков общаюсь, – пошутил Игорь. – Я же шаман!

– Что ты шаман, то мне ведомо, – усмехнулся наполовину эвенк. – Батя говорил, что неслабый ты, да и учишься у правильных старых шаманов.

– Вот же… – скривился парень, не подозревавший, что о его наставниках кто-то в Байките знает. – Блин…

– Да не боись ты, – хохотнул Сашка. – Больше никто из класса понятия не имеет, кто ты такой, думают, просто нелюдимый бирюк. Разве что Нинка что-то подозревает, но она никому не скажет, ты ж ее знаешь, из нее слова клещами тянуть надо. Мой батя в курсе, поскольку с твоими дедами чего-то крутит, они ему какие-то корни из тайги таскают.

– Мне они точно ничего не говорили, скрытные, заразы, – пробурчал Игорь, сделав в памяти отметку поговорить со старыми волхвами еще и об этом, все равно завтра с утра пойдет в тайгу, искать их.

– О, сматываемся, Иванова идет!

Оглянувшись, ребята поспешили скрыться с глаз их одноклассницы Наташи, от которой разбегались все местные парни – она твердо постановила себе выйти замуж в ближайшие два месяца и преследовала каждого представителя мужского пола хотя бы относительно подходящего возраста. Девушка была довольно симпатична, но невероятно, невыносимо глупа. От разговора с ней сводило челюсти. Все, что интересовало Наташу, это хозяйство, дети и замужество. Поэтому она не понимала, почему парни от нее буквально шарахаются, и очень на это обижалась.

Избежать встречи, к счастью, удалось, бывшие одноклассники успели свернуть на улицу Увачана и спрятались в магазине «Хозтовары». Жаждущая замужества девица прошла мимо и свернула к «Березке». Ребята поспешили наружу и побежали по той же улице на север, связываться с Наташкой им совсем не хотелось – прилипнет, как банный лист.

– Ладно, пойду я, – вздохнул Игорь, ему еще предстояло больше часа топать по улице Чистякова до Таежного, автобуса ждать слишком долго, а потом оттуда еще два километра по лесу до своей избушки. Благо хоть весна, уже относительно тепло, не придется мерзнуть. – Завтра в тайгу на охоту пойду, скажи бате, пускай передаст всем, что меня искать не надо.

– Погодь, а ты чего, так тут и останешься? – удивился Сашка. – Поступать никуда не будешь?

– Буду. В Братск или Красноярск, на инженера хочу. Если, конечно, поступлю на бюджет, денег на платное обучение нет.

– А у кого тут они есть? Я вообще в Иркутск поеду, в политех сунусь.

Распрощавшись с приятелем, Игорь поспешил домой. Он подозревал, что поступление может и не выгореть, надо сначала с дедами посоветоваться, может, у них на ученика какие-то свои планы имеются. Для похода в тайгу дома, к счастью, все есть. В магазин заходить не хотелось, да и не продавали там ничего интересного, завоза давно не было, а фрукты и сладости, даже если вдруг привезут, мгновенно разбирают. Остальное же имелось дома в погребе в большом количестве. Если снова придется зимовать в избушке, надо будет меду набрать у лесных пчел, без сладкого все же скучно. А бортничать Игорь хорошо умел, деды обучили. Как и охотиться. Еще, как вернется, надо будет порыбачить в Большом Байкитике, река хоть и небольшая, в отличие от Подкаменной Тунгуски, на которой стоял Байкит, но рыбная.

Как ни досадно, но без приключений дойти до дома не удалось. Уже на самом выходе из поселка его перехватила старуха Уилдыкэн, сморщенная эвенка, которая непонятно чем занималась и на что жила вместе со своим мужем, стариком Кимаргуном, бывшим охотником. Она поклонилась и выдохнула:

– Помоги, шаман! Дед мой с крыши упал, поломался… Лежит, стонет…

– А скорую вызывала? – спросил недовольный тем, что и эта знает о его сути, Игорь.

– Да чего они там могут, энти врачи… – скривилась Уилдыкэн. – Звонила, сказали, чтоб везла деда в больницу сама – скорая сломана. А он не хотит! И не ходит. Бурчит, что дома помирать будет… Помоги, шаман…

– Пошли, – тяжело вздохнул парень, которого учили никогда не отказывать в помощи, если о ней просят. – Как придем, сразу воды накипяти ведра два.

– Накипячу! – кивнула обрадованная старуха.

До добротного деревянного дома на самом краю села дошли быстро. Войдя, Игорь сразу направился в комнату, где на широкой лавке лежал и покряхтывал Кимаргун. Парень направился к нему и принялся водить над телом руками, считывая информацию. Надо же, какой крепкий старик! Сверзился с крыши и даже ребер не сломал, только сильно ушибся, да ногу вывихнул. Но это дело поправимое, надо только травки кое-какие заварить, да заговор один хитрый наложить. Ну и ногу вправить.

Со вздохом, понимая, что окончательно засветился, Игорь достал из рюкзака шаманский бубен, с которым не расставался лет с двенадцати, и принялся напевать, постукивая в него и вслушиваясь в эфир, чтобы не упустить злых духов. Старуха тем временем вскипятила воду в ведрах, потом спустилась в погреб и притащила целую охапку разных сушеных трав, словно знала, какие именно понадобятся молодому шаману. Она чувствовала удовлетворение, видя растерянный взгляд мужа. Ведь тот не верил, что этот русский парнишка – справный шаман, а она нутром это чуяла! Шибало от него шаманским духом, как от ее деда когда-то. И не ошиблась, оказалась права. Вон как он с бубном ловко управляется! Да и Кимаргун больше не кряхтит, задышал легко.

Отловив зловредного духа, провоцирующего неудачи, Игорь спровадил его в астрал – надо же, кто-то проклял безобидных стариков. За что, интересно? Ведь справедливо проклял, иначе не легло бы проклятие, слетело.

– С кем поссорилась? – обернулся он к Уилдыкэн. – Кто зла пожелал?

– С невесткой… – опустила взгляд та.

– Мирись! – велел парень. – Неправа ты была, иначе ничего бы не случилось. Пойди, да повинись. Не то снова беда будет.

– Повинюсь… – вздохнула старуха, которой очень не хотелось этого делать. – А с дедом чего?

– Сейчас травы заварю, ты, гляжу, принесла нужные, потом компресс сделаю и ногу вправлю. Пусть полежит пару деньков, чтобы вставал разве что в туалет, да и то помойное ведро ему рядом с лавкой поставишь. И пои его сборами трав лесных с брусникой и морошкой, какие травы, я покажу. Корми жидким, супами там али щами без хлеба. Мяса два дня не давай. Но коли худо станет, звони в скорую или вези в больницу. Меня не будет, в тайгу на охоту ухожу, сколько там пробуду – не знаю.

– Поняла, все сделаю! – закивала Уилдыкэн. – Низкий поклон тебе, шаман! Прими в благодарность от чистого сердца.

Она достала откуда-то здоровенный шмат копченой кабанятины, которую Кимаргун умел коптить, как никто, получалась она у старика сочная и нежная, и протянула Игорю. Он взял, поскольку так было принято.

Примерно через час парень наконец-то добрался до своей избушки, быстро поел и засел за компьютер – на крыше года три назад установили тарелку спутниковой антенны, поэтому интернет был. Хотелось посмотреть новости, в мире опять происходило что-то непонятное. Казалось, кто-то всемогущий буквально вытравил все несущие хоть какой-то отрицательный посыл произведения из сети. Онлайн-помойки, на которых раньше извращенцы публиковали свои измышления, бесследно исчезли, как впрочем и сами извращенцы. Возможно они, кем-то сильно напуганные, сидели по домам, но Игорь подозревал, что нет, их либо уничтожили, либо куда-то спровадили. Мало того, нигде не было многих известных в прошлом фильмов.

– Кому же это понадобилось? – прошептал парень, откинувшись на спинку стула. – Это все не просто, далеко не просто так. Идет планомерное изменение общественного бессознательного, причем хорошо продуманное.

Он снова поймал себя на том, что мыслит отнюдь не как молодой человек, подобное мышление присуще, скорее, убеленному сединами старцу. Это давно не удивляло, привык к своим странностям. Очень похоже, что пробиваются воспоминания из прошлой жизни. Хотя как тогда объяснить видения фантастических миров и дальнего космоса?

Еще удивляло, что недавние противники – Россия, Китай, Индия и западные страны – неожиданно начали действовать в едином тандеме, напрочь отбросив все прежние разногласия. Возникало даже ощущение, что появилось единое мировое правительство, добивающееся каких-то своих целей. Вопрос только: каковы эти цели? И не приведет ли их достижение к гибели цивилизации?

Казалось бы, к чему все эти размышления восемнадцатилетнему парнишке, живущему в глухой тайге? Но Игорь иначе не мог, он даже наставникам не сумел объяснить своей заинтересованности политикой – лесным волхвам на нее всегда было плевать с высокого потолка. Но они явно что-то знали о происходящем, особенно если вспомнить многочисленные оговорки о Повелителе и Госпоже. Знать бы еще кто это такие и что им нужно. Вот только выдавить из дедов данную информацию так и не вышло, скользкие сволочи уходили от вопросов воспитанника, причем так, что он и возразить не мог.

Тяжело вздохнув, Игорь выключил компьютер и пошел наколоть дров, в избушке становилось прохладно, ночами весной в тайге было еще холодновато, следовало протопить. Да и поесть приготовить, надо пожарить все имеющееся мясо и взять с собой, оно не доживет до его возвращения. Да и доставшуюся от старухи Уилдыкэн копченую кабанятину стоит прихватить, дед Никанор большой охотник до этого деликатеса. А для деда Максима он припас конфеты, которые чудом удалось купить во время очередного завоза, тот обожал сладости и мог поглощать их в любых количествах под ворчание друга о том, что при таком усердии у него вскоре кое-что слипнется.

Спал Игорь без сновидений, а едва успело рассвести, как он собрался, запер избушку и ушел в тайгу. Быстро осмотревшись волховским зрением, парень нашел ближайшую тайную тропу и скользнул по ней, сразу оказавшись километрах в пятидесяти от Байкита. Еще несколько перемещений, и Игорь добрался до старого капища, где наставники обычно проводили все ритуалы. Искать их он собирался тоже при помощи ритуала.

Обыскав окрестности, парень понял, что Максим с Никанором давно не появлялись на капище. И где их черти носят, интересно? Он начал не спеша готовиться к ритуалу, который не стоило проводить раньше, чем стемнеет. Расчертив схему, отловил пару зайцев, чтобы залить канавки их кровью, когда придет время. Придется также добавить своей.

Едва стемнело, как обнаженный по пояс, разрисованный ритуальными узорами Игорь встал посреди схемы, попросил прощения у зайцев за то, что лишает их жизни, усыпил ментальным посылом, перерезал обеспамятевшим животным глотки и залил их кровью канавки, после чего порезал себе запястье и добавил своей. Произнес слово активации и забил в бубен, призывая духов-помощников. Заклятия словно сами собой лились изо рта. Кровь в канавках воспламенилась призрачным пламенем, над головой загудел ураганный ветер, начавший раскачивать кроны окружающих поляну капища деревьев. С неба на происходящее посмотрел кто-то огромный.

Вокруг завыли волки, ощутившие, что происходит что-то необычное, и сбежавшиеся к капищу, подошли также два тигра, которым, казалось, было неоткуда здесь взяться. Но взялись. Впрочем, молодого волхва это не интересовало, он раскинул поисковую сеть над всем Красноярским краем, но дедов не обнаружил. Вздохнув, поскольку из-за этого будет страшно болеть голова, Игорь расширил зону поиска и очень удивился, найдя Максима с Никанором в окрестностях Нерюнгри. И что им там понадобилось?

Вслушавшись в мир, парень внезапно понял, что наставники в беде, на них кто-то напал, кто-то очень сильный, и они сейчас лежат связанные и беспомощные в каком-то погребе. Это кто же такой крутой, что справился с двумя лесными волхвами в расцвете сил? На такое способны разве что Воины Пути, но им с волхвами делить нечего. А кто тогда мог? Придется выяснить. Но глупо рисковать и лезть на рожон он на станет, сначала все разведает.

Обдумав все случившееся, Игорь начал еще один ритуал, который позволит подключиться к сознанию зверей и птиц неподалеку от наставников. Это оказалось намного проще, чем поиск, от которого, как оказалось, старых волхвов попытались прикрыть, но весьма неумело, словно это делал какой-то недоучка, нахватавшийся верхов, но совершенно не понимающий сути.