Цитаты из книг автора «Генрик Сенкевич»

никогда страх не понуждал их служить столь усердно, как это сделала благодарность.

Цирцея своим прикосновением изменяла тела людей, у меня же

но знаю одно: где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим, кончается жизнь, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом, кончается всякая власть

Я тот, кто преследовал и посылал на смерть слуг Христовых. Когда каменовали Стефана, я сторожил одежды тех, кто каменовал его; я хотел истребить истину на всей земле, где обитают люди, и, однако, именно меня предназначил Господь, чтобы я на всей земле проповедовал истину его.

но я полагал, что, допустив в сердце свое земную любовь, она отреклась от Христа… – Я трижды отрекся от него, – прервал его Петр, – однако он простил меня и наказал пасти овец своих. – …тем паче, – заключил Крисп, – что Виниций – августиан. – Христос побеждал и более твердые сердца, – возразил Петр.

именно оно украсило Лигию тем необычным, несказанным очарованием, которое в его сердце пробудило рядом с любовью почитание, рядом с вожделением преклонение и сделало Лигию самым дорогим на свете существом.

римский скептицизм, допуская неверие в богов, сохранял веру в чудеса.

что оно несет в себе нечто необычное, чего еще не бывало на свете, и чувствовал, что если бы это учение охватило весь мир, если бы привило миру свою любовь и милосердие, то, пожалуй, наступила бы эра вроде той, когда еще правил миром не Юпитер, а Сатурн.

и все же он начал приглядываться к этим простым и бедным людям – чего с ним еще никогда не бывало – и обнаруживать в них разные примечательные качества, о которых прежде и не подозревал.

Его натура никогда не знала удержу ни в гневе, ни в любви. Он говорил с жаром, как человек, уже не владеющий собою и не желающий думать о сдержанности ни в речах, ни в чувствах. Но говорил он искренне, от чистого сердца.