Цитаты из книг автора «Ханс Рослинг»

Вот как все устроено… Несколько лет назад мы поняли, что робототехника изменит эту отрасль. Мы построили этот небольшой завод и оснастили его самым быстрым в мире станком для изготовления таблеток, который разработали сами. Все остальные наши процессы тоже в высокой степени автоматизированы. В сравнении с нашим заводом заводы крупных компаний напоминают ремесленные мастерские. Мы заказываем сырье в Будапеште. В шесть утра по понедельникам сюда на поезде доставляют активный ингредиент хлороквин. В среду днем у нас готово к отправке годовое количество таблеток от малярии для Анголы. В четверг утром коробки с таблетками уже в порту Генуи. Закупщик ЮНИСЕФ проверяет таблетки и подписывает накладную. Оплата в тот же день поступает на счет нашей компании в цюрихском банке. – Но как вы можете продавать таблетки дешевле закупочной стоимости сырья? – Дело в том, что венгры предоставляют нам тридцатидневный кредит, а ЮНИСЕФ платит нам по истечении четырех из этих тридцати дней. Таким образом, у нас остается 26 дней, чтобы получить проценты с денег, лежащих на нашем счету.

Он до самого конца проявлял любопытство по отношению к миру, который неизменно очаровывал его.

создает ненужное напряжение и не заставляет нас опустить руки, просто потому что драматическая картина мира чересчур сгущает краски и пугает людей.

Срочность искажает нашу картину мира особенно сильно. Понимаю, я говорил подобное и об остальных драматических инстинктах, но здесь все действительно серьезно. А возможно, все инстинкты сливаются в один инстинкт срочности. Драматическая картина мира создает постоянное ощущение кризиса и напряженности. Чувство «сейчас или никогда» ведет к стрессу и апатии: «Нужны решительные меры. Нет времени анализировать ситуацию. Надо действовать». Или: «Все бесполезно. Мы ничего не можем сделать. Пора опустить руки». Как бы то ни было, мы перестаем думать, отдаемся во власть инстинктов и принимаем неверные решения.

Именно данные, которые показывали, что количество подозрений на заболевание удваивалось каждые три недели, позволили мне понять, насколько серьезна ситуация с Эболой. Именно данные, которые показывали, что количество подтвержденных случаев снижалось, убедили меня, что принимаемые меры работают.

Старайтесь вообще ни за что не винить ни отдельных людей, ни группы.

Социальное и экономическое развитие задерживается лишь в нескольких странах, где у власти стоят исключительно деструктивные люди и где полыхают конфликты.

МЫСЛЬ О МУЖЕ За ужином на банковской конференции в Гонконге меня посадили рядом с блестящей молодой финансисткой. Ей было 37 лет, и ее карьера шла в гору. Она рассказала мне о многих актуальных проблемах и тенденциях в Азии. Затем мы заговорили о личном. – Вы планируете заводить семью? – спросил я. Я не хотел показаться грубым – просто мы, шведы, сегодня любим поговорить об этом. Мой прямой вопрос ее не оскорбил. Улыбнувшись, она посмотрела мимо меня на заходящее солнце. – Я каждый день думаю о детях, – сказала она, а затем заглянула мне прямо в глаза. – Вот только мысль о замужестве мне невыносима. Я пытаюсь утешить этих женщин и убедить их, что все изменится. Недавно я читал лекцию для 400 девушек, которые учатся в Азиатском женском университете в Бангладеш. Я объяснил им, как и почему культуры постоянно меняются и каким образом выход из нищеты и предоставление женщинам доступа к образованию и контрацепции повышают количество интимных бесед и снижают число детей. Лекция получилась очень эмоциональной. Молодые женщины в ярких хиджабах улыбались во весь рот. По окончании афганские студентки захотели рассказать мне о своей стране. Они сообщили, что подобные изменения постепенно происходят и в Афганистане. – Несмотря на войну, несмотря на нищету, – сказали они мне, – многие молодые люди планируют современную жизнь. Мы афганки, мы мусульманки. И мы хотим найти таких мужей, каких вы только что описали. Мы хотим, чтобы они прислушивались к нам и планировали жизнь вместе с нами. А потом мы хотим родить по двое детей, которых сможем отправить в школу. Ценности мачизма, которые сегодня типичны для многих азиатских и африканских стран, на самом деле не являются ни азиатскими, ни африканскими. Это не мусульманские ценности. Не восточные ценности. Это патриархальные ценности, которые были типичны и для Швеции всего шестьдесят лет назад. Социальный и экономический прогресс приведет к их исчезновению, как случилось в Швеции. Они не незыблемы.

у нас слишком много эмоций и недостаточно разума, когда дело доходит до оценки ситуации в мире…

национальных костюмах со всего света знакомят их с другими культурами и прививают уважение к ним. Составители таких карт руководствуются благими намерениями, однако подобные иллюстрации могут создать иллюзию огромных различий между народами. Детям может показаться, что люди из других стран по-прежнему ведут традиционный, экзотический образ жизни. Само собой, некоторые мексиканцы и сегодня время от времени надевают огромные сомбреро, однако эти шляпы давно пользуются большей популярностью у туристов, чем у местных жителей. Давайте вместо этого показывать детям Долларовую улицу, объясняя, как живут обычные люди. Если вы учитель, отправьтесь с вашим классом «в путешествие» на сайте dollarstreet.org и дайте ученикам задание найти различия внутри стран и сходства между ними.