СВЕТ

Рядом со мной донёсся писк какого – то прибора.

Я:

– Ааа…

Я открыл глаза и увидел больничную койку. Кардиограф и капельницы. Я пошевелился и устройство снова издало звук.

В коридоре донёсся голос.

– Слышал?! В реанимации что ли?!

Забежали два врача.

Врач:

– Шикин очнулся…

– СЕРГЕЙ ВИТАЛЬЕВИИИЧ! ШИКИН ОЧНУЛСЯЯЯЯ!

Раздался грохот. Падение железных банок и всего прочего. Забежал ещё один доктор в потрёпанном халате.

Сергей Витальевич:

– Господь всемогущий…

Он подбежал к электронике. Всё осматривал. Потом махал передо мной руками светил фонариками.

Сергей Витальевич:

– Ты слышишь меня?! Видишь?! Ау!

Я:

– Да… Да!

Сергей Витальевич:

– Очешуееееть…

Он брякнулся на стул рядом.

Я:

– Что происходит?! Где я…

Сергей Витальевич:

– Ты… Здесь… Живой… *отдыхиваясь*

Он упал на пол, судя по всему, в отключку.

Врач:

– Чё стоишь, едрёна мать?! Помоги Серёге встать! А я пошёл отца этого вызывать!!!

Врачи разбежались. Я пытался у них выспросить, что происходит. Но мне не отвечали. Спустя время, вместе с тем врачом, прилетел мой отец. За ним Антошка и Мия. В школьных формах.

Я:

– Папа?! Мия?! Ант…

Они хотела подбежать ко мне. Но меня оградил врач.

Врач:

– НЕ ПОДХОДИТЬ К НЕМУ!!! ЗДЕСЬ ЧТО – ТО НЕ ЧИСТО!!!

– Его сердце… Останавливалось около пяти раз… Электрические импульсы в мозге попросту отсутствовали и издавали лишь короткие волны!

– ЭТО УМУ НЕПОСТИЖИМО!!! ОН НЕ МОГ ВЫЖИТЬ НЕ ПРИ КАКИХ УСЛОВИЯХ! НАША МЕДИЦИНА НЕ В СИЛАХ…

Рядом с моей койкой поднялась рука.

Сергей Витальевич:

– Прекратить истерику…

Он поднялся с пола с очень растрёпанными волосами.

Сергей Витальевич:

– Ты прямо суперчеловек какой – то…

– Оооххх…

Он снова упал.

Я:

– Что со мной было?!

Отец:

– Ты пролежал в коме двадцать два дня! Врачи говорили, ты уже не проснёшься! Со дня на день мог умереть!

Я с ними всё обсудил. Меня положили в больницу на две недели. В круглосуточный стационар. После такой страшной комы. Меня навешал отец вместе с Антошкой и Мией. Знаете… Об этой трагедии узнали все. Учителя, одноклассники, тренер. Но ко мне ходили именно отец, Антон и Мия. Трое самых близких людей на этом свете… Друзья, как раз таки, хорошо познаются в беде и обиде. В беде, среди толпы знакомых, друга разглядеть очень просто, он никогда не бросит тебя. А в обиде, среди толпы знакомых, друг всеми силами будет идти на примирение, в отличие от простых знакомых. Эти две недели в больнице были для меня раем. Персональным раем… Да, меня шпиговали уколами, кормили странной едой. Но каждый день ко мне приезжал любящий отец, отличный и верный брат и любящая и понимающая девушка… Не это ли можно назвать раем? Да, может тот, кто это читает, сидит сейчас в невероятной роскоши. В бассейне на крыше дорогого коттеджа. В обнимку с красоткой и кушает ананасы и прочие дорогие фрукты… И думает, что он увидел райского? В своей тяжёлой ситуации… Горе и радость познаются в сравнении. Всегда может быть лучше, и всегда может быть хуже. Мне хватало моей любимой семьи, которая готова выслушать меня и понять. Разделить со мной горе и радость…

ГЛАВА III «ТОЧКА НЕВОЗВРАТА»
1932 год

Спустя семь лет моя жизнь обернулась так, что пути назад для меня не оказалось. Я уже взрослый, мне двадцать четыре года. Моё отношение ко всему происходящему на корню поменялось. Было несколько наплевать. Я работал всё это время грузчиком и подрабатывал на различных пилорамах. Да и кто же знал, что меня ждёт одним вечером, когда я пришёл домой. Давайте я вам расскажу…

МОЯ ОШИБКА ИЛИ БЕЗВЫХОДНАЯ СИТУАЦИЯ

Мы жили втроём на одной квартире. Я, Мия и Антон. Стоило мне войти, как в глаза бросились чемоданы, коробки и прочие вещи у входа.

Я:

– Добрый вечер! Что происходит?

Антон:

– Мы уезжаем, Вик…

Я:

– Погодите – погодите… Куда уезжаете?

Антон:

– Мочить грёбанного ублюдка…

Мия:

– Тихо! Дай я скажу…

– Вик, вашего отца убили.

Я:

– Какого…

Мия:

– Стой, подожди…

– Ублюдок Женька убил твоего отца из—за того, что он выловил его лучшего друга и посадил на нары за наркотики. Женька убил вашего отца и смотался в Северную Америку, в огромную преступную организацию. Сделал себе незаконно паспорт. Кстати, зовут его теперь JC. Ну, или Джей Карт.

Как же больно слышать такое… Моё сердце сжала тяжёлая рука. Я прошёл в квартиру прямо в ботинках и брякнулся на диван. Ну, а что мне делать?

Антон:

– Смотри!

Он показал мне фотографию паспорта. Как оказалось, они тоже сделали себе американские паспорта незаконным путём.

Антон:

– Теперь я – Энтони Шикин, можешь звать меня Тони. Она – Мия Коллинс. И ты – Винсент Шикин.

Винсент Шикин… Моя фотография и это имя. Я не хотел в это ввязываться. Но меня, можно сказать, «утянули за поводок».

Я:

– Но я не хочу в это ввязываться!!!

Тони:

– Отомстить этому ублюдку ты не хочешь?!

Я:

– Хочу… Но зачем это?! Вряд ли мы его ещё увидим, он смотался в Америку! Всё… Нету Джея Карта! Который был Женькой!

Мия:

– Ты поедешь с нами! Мы уже всё обговорили с доном Лизотти! Глава крупнейшей мафии в Ливерс – Тауне! Он ответил на наше письмо!!! Он и сделал нам эти паспорта! Мы зря деньги истратили на тебя что ли?! Билеты и всё прочее…

Я:

– Почему вы меня не спросили?! Боже…

Мия:

– Может, тебя заставит с нами ехать аргумент о том, что JC, после убийства вашего отца, снял все с его счета в банке, украл свидетельство о смерти! Может, это тебя заставит ехать?!

Я закрыл лицо руками и просто начал плакать… А что ещё делать? Почему моя судьба не зависит от меня? Плакал я потому, что не хотел ехать, но и жить без Тони и Мии я не смог бы.

Мия:

– Хей… Разве я сказала что – то не то?

Я:

– Нет, всё нормально…

Тони:

– Так ты едешь?

Я:

– Да…

Мия:

– Фууух… Уговорили.

Я встал с дивана. Мия обняла меня.

Мия:

– Пойми, это нельзя оставлять просто так…

Я:

– Когда теплоход?

Тони:

– Завтра в десять утра. Сейчас можем идти спать, мы всё собрали.

Почему я не управляю своей судьбой? Почему всё так подстраивается…

Почему я не могу быть счастлив, как другие люди?

С этими мыслями я отравился на покой. И наступило то самое утро, Тони и Мия были очень радостные. Они считали, что жизнь будет прекрасна. Куча денег, крутая одежда и тот самый коттедж, о котором я говорил ранее. Мы сели в такси и поехали. Поездка в порт будто промоталась на киноплёнке. Я спал…

Уже через час мы садились в огромную, железную «рыбу». Улыбающиеся матросы и пассажиры – американцы. Их было немного, но они всё же имелись. Капитан проговорил свою фразу, и теплоход отчалил. Никогда раньше я не плавал на подобном…

Хоть мне и двадцать четыре года, а животный страх всё равно закрадывался внутрь от отдаляющегося берега. Плаванье составило восемь дней. Мия и Тони уже уснули. А я мучительно плыл и умирал от безделья.

Чувствую…

Что – то тихо жрёт меня…

Будто хочет мной владеть…

Это чувство?

А… Мысль о том, что моего любимого отца больше нет в живых. Он так много сделал для нас, и этот теперешний Джей Карт так поступил. Мысль о том, что он украл все папины документы, вызывала во мне вспышки мести. Будто сильные порывы ветра внутри. Я моргнул и понял, что проспал всё это время. Теплоход уже причаливал в тот самый Ливерс – Таун. Мы собрали вещи и вышли. Город большой и просторный. Солнце ласкает моё лицо своим теплом. Здравствуй, новая жизнь.

Я:

– Куда нам идти?

Тони:

– В здание семьи Лизотти. Нужно поймать такси.

Спустя ещё время мы всё же выловили такси. И, после поездки, с дрожью заходили в здание мафии.

Охрана:

– Стоять! Кто такие?!

Мия:

– Позовите дона Лизотти! Мы к нему!

Охрана:

– Так, а кто такие—то?!

Тони:

– Гости из России. Шикины!

Охрана:

– Понял, сейчас.

– Мистер Лизотти! К вам пришли!

К входу подошёл тот самый дон Лизотти. Его красивый пиджак и шикарная шляпа уже пускали струйки дрожи в коленях.

Фабио Лизотти:

– Ну, здравствуйте! Гости из России! Ха-ха-ха!

– Меня зовут Фабио Лизотти, и я являюсь главой семьи. Ам… Пройдёмте в наш ресторан! Там познакомимся, поговорим. Я вас познакомлю со своим консильери!

Я:

– Консильери?

Фабио Лизотти:

– Да… Консильери – это правая рука дона во всех семьях. Идёмте.

Он показал нам место, куда можно положить вещи. Затем заплатил за нас всех за обед. Мы поели такую вкусную еду, которая мне в прошлой жизни и присниться не могла. Дон рассказал за основы мафии, и что нам нужно сделать, чтобы войти в доверие и попасть в неё. Затем он пошёл нас знакомить со всеми.

Фабио Лизотти:

– Итак! Моя правая и очень надёжная рука! Консильери Луиджи Саватски!

Я:

– Приятно познакомиться, Мистер Саватски!

Луиджи Саватски:

– Взаимно, Винсент!

Мы прошли в некий оружейный отдел.

Фабио Лизотти:

– Хей! Мои темнокожие друзья! Сюда!

– Знакомьтесь, наши новые и, как оказалось, очень приятные в общении люди! Винсент, Тони, Мия!

Майк Эйвон:

– Майки Эйвон! Рад знакомству!

Моника Эйвон:

– Моника Эйвон! Взаимно!

Я:

– Вы родня?

Майк Эйвон:

– Моника – родная сестра мне!

Я:

– Хе-хе-х…

Я приобнял Тони. И мы плавно переместились в бар.

Фабио Лизотти:

– А это наш, не менее прекрасный, бармен! Филипп – де – Мартини! Он, кстати, единственный француз среди нас!

Филипп – де – Мартини:

– Bonjour! Мисс Коллинс!

Мия:

– Bonjour! Месье де Мартини!

Затем мы пришли в медицинский отдел. Там сидела рыжеволосая девушка и высокий крепкий парень.

Фабио Лизотти:

– Наши понимающие и очень добрые врачи! Лиза Ньюман и Билл Касли!

Мы также приятно познакомились.

Билл Касли:

– Да… Если выпьете лишку у месье Мартини, то заходите сюда. Быстро вылечим! Хе-хе-хе…

Потом мы пришли в отдел по ремонту бытовых вещей и оружия.

Фабио Лизотти:

– Карл! К тебе гости!

Карл Фон Шузвель:

– Ja! Einen augenblick!

Вышел мужчина в грязном рабочем обмундировании.

Карл Фон Шузвель:

– Hallo! Моё имя Карл Фон Шузвель! Но обычно, когда я чиню чьё – то оружие, меня говорят «Спасибо, Карлуша!» Хы-х…

Я:

– Рад знакомству, Карл!

Фабио Лизотти:

– Ладно… Пойдёмте за вещами, и я проведу вас в нашу гостиницу, номер вам уже выделили.

Мы пошли за нашими чемоданами и поехали в лифте на пятый этаж здания. Вышли в коридор. Вышла красивая девушка.

Фабио Лизотти:

– Паула! Нашим гостям обеспечен номер! Проведи, пожалуйста!

Паула Аоки:

– Оу… Конечно. Э… Паула Аоки. Я, если что, дежурная в гостинице. Поэтому, если у вас вдруг запахнет газом в комнате или бомба взорвётся, то обращайтесь ко мне.

Мы вошли в наш номер. Я снова в раю? Может, я, и правда, зря отказывался ехать? Мой мозг чувствовал эйфорию, но душа понимала, что меня ждёт в жизни преступной организации. Мы заселились, и дон Лизотти сказал нам, что нужно войти в доверие, немного поработав. Как раз через полтора часа мистер Саватски собирался поехать и поговорить с одним человеком насчёт долга за поставку оружия. И я должен был выступить в роли водителя.