Отзывы на книги автора «Халльгрим Хельгасон»

В этом сложном, запутанном, полном загадок и тайн мире существует неопределенное, мало кем изученное количество Толстых. Кто-то из них был мелкопоместным дворянином, кто-то – бравым кавалеристом, ну а кто-то даже написал одну книжку известную, «дребедень многословную», которой восторгается весь мир. И это, так сказать, только вершина айсберга, ведь и другие Толстые тоже писали прекрасные книги, да что уж там, гениальный Федор Иванович Тютчев – и тот тоже Толстой. Великие художники, роковые красавицы, губернаторы бескрайних владений, повесы-дуэлянты, даже отчасти Артемий Лебедев – все это Толстые, гордость нашей страны. Это вам не австралийские Зусаки, которых Word чуточку брезгливо и пренебрежительно красной волнистой линией подчеркивает. Это история, традиции, порядки. Покормил хромую собачку – и ты уже чуть-чуть Толстой. Наказал малолетнего нахала в споре – еще капелька Толстого. Ну а если ты аллергенной даме трахеостомию провел штопором и трубочкой из коктейля – вы поняли суть, да?

Кто бы мог подумать, что в такой маленькой, нежной и беззащитной стране как Исландия тоже есть свой примечательный род. Конечно же, я говорю про небольшой, но удивительный с точки зрения культуры (в первую очередь, литературы) род Хельгасонов. Фактически, с парой оговорок, это исландские Толстые, только без художников, красавиц и дизайнеров. Хельгасоны – это строго про литературу. Возможно, то есть, конечно же, что я такое говорю, они разбираются в вулканах, гейзерах и коровах, но их главное призвание – это современная, точная, не побоюсь этого слова, постмодернистская литература. Будете в Исландии, заходите в Рейкьявике в бар Кики Квир (извините) и громко провозглашайте тосты за Хельгасонов. Местные красавицы покажут вам все вулканы и гейзеры.

Итак, Хельгасоны. Первый из них – Халлгримур Хельгасон, автор нашумевшего романа «101 Рейкьявик», который прославил лютые исландские тусовки и исландскую же рефлексию. Халлгримур был язвителен, очень саркастичен и очень грустен. Возможно, он встречался с Бьорк в молодости, но потом она уехала в эти теплые лос-анджелесы, а Халлгримур остался дома с Эйяфьядлайёкюдлем. Потом, по этой грустной книге снял одноименный фильм друг Халлгримура – Балтасар Кормакур. И тоже, подлец такой, уехал в эти теплые голливуды снимать марков уолбергов в коммерческих фильмах. По сути, именно об этом «Рейкьявик 101» - все уехали к лучшей жизни, а ты смотришь на гейзеры и пьешь едва холодный Бреннивин.

Второго брата зовут Халльгрим, и у кого-то может возникнуть шальная и глупая мыслишка, что это более нежное и короткое наименование Халлгримура. Люди, не будьте такими наивными, не дайте себе обмануть. Это абсолютно другой человек. Халльгрима у нас перевели в 2010 году, в те светлые годы, когда одно издательство публиковало не разные странные подстрочники никому неизвестных людей, а хорошую художественную литературу. Халльгриму повезло попасть в число пионеров – его «Советы по домоводству для наемных убийц» читались взахлеб и цитировались в хороших (и не очень) домах столицы. Одних только шуток про исландский футбол там набралось бы на отдельную книгу. Халльгрим тоже был язвителен, очень саркастичен и немного грустен. Все Хельгасоны такие, что поделать.

Третьего брата зовут Хатльгрим, и у кого-то уже совершенно сформировалось ощущение, что я тут шутки шучу, и это все один человек. Ну, хотя бы два. Друзья, ну не может же уважаемый российский издатель выпустить 3 книги одного человека под тремя разными именами. Вы вообще соображаете? Конечно же, это три брата, легендарная рейкьявикская тройка Хельгасонов. Хатльгрим написал очень длинный, в меру скучный, в общем, очень неоднородный роман «Женщина при 1000 градусов». Он не очень смешной, не то чтобы саркастичен, да и язвителен то совсем слегка. Очевидно, что Хатльгриму нужно больше работать над собой, чтобы стать хотя бы как Халлгримур, не говоря уж о Халльгриме. Но, в целом, если вы чутко реагируете на скандинавскую литературу, то почему бы и нет.

Кстати, есть еще Хадльгримюр, но его пока еще не перевели. Но еще не вечер. Наверняка же есть в его жизни некий подстрочник.

А в 2017 я рекомендую выпустить антологию исландской прозы – всех Хельгасонов и кого-нибудь еще. Бьорк, например. Или Боно, он все равно гражданин мира. А Исландия – это и есть мир, гейзеры и вулканы.

Ваш кофе по-исландски
Зерновой кофе – 75 г
Вода – 1 л
Душистый перец – 1 горошина
Молотая гвоздика – 1 щепотка
Сахар – 1 ст. л
Корица – 1 палочка
Яблочный сок – 300 мл
Апельсин – 1 шт
(рецепт журнала "Барышня и кулинар")

В этом сложном, запутанном, полном загадок и тайн мире существует неопределенное, мало кем изученное количество Толстых. Кто-то из них был мелкопоместным дворянином, кто-то – бравым кавалеристом, ну а кто-то даже написал одну книжку известную, «дребедень многословную», которой восторгается весь мир. И это, так сказать, только вершина айсберга, ведь и другие Толстые тоже писали прекрасные книги, да что уж там, гениальный Федор Иванович Тютчев – и тот тоже Толстой. Великие художники, роковые красавицы, губернаторы бескрайних владений, повесы-дуэлянты, даже отчасти Артемий Лебедев – все это Толстые, гордость нашей страны. Это вам не австралийские Зусаки, которых Word чуточку брезгливо и пренебрежительно красной волнистой линией подчеркивает. Это история, традиции, порядки. Покормил хромую собачку – и ты уже чуть-чуть Толстой. Наказал малолетнего нахала в споре – еще капелька Толстого. Ну а если ты аллергенной даме трахеостомию провел штопором и трубочкой из коктейля – вы поняли суть, да?

Кто бы мог подумать, что в такой маленькой, нежной и беззащитной стране как Исландия тоже есть свой примечательный род. Конечно же, я говорю про небольшой, но удивительный с точки зрения культуры (в первую очередь, литературы) род Хельгасонов. Фактически, с парой оговорок, это исландские Толстые, только без художников, красавиц и дизайнеров. Хельгасоны – это строго про литературу. Возможно, то есть, конечно же, что я такое говорю, они разбираются в вулканах, гейзерах и коровах, но их главное призвание – это современная, точная, не побоюсь этого слова, постмодернистская литература. Будете в Исландии, заходите в Рейкьявике в бар Кики Квир (извините) и громко провозглашайте тосты за Хельгасонов. Местные красавицы покажут вам все вулканы и гейзеры.

Итак, Хельгасоны. Первый из них – Халлгримур Хельгасон, автор нашумевшего романа «101 Рейкьявик», который прославил лютые исландские тусовки и исландскую же рефлексию. Халлгримур был язвителен, очень саркастичен и очень грустен. Возможно, он встречался с Бьорк в молодости, но потом она уехала в эти теплые лос-анджелесы, а Халлгримур остался дома с Эйяфьядлайёкюдлем. Потом, по этой грустной книге снял одноименный фильм друг Халлгримура – Балтасар Кормакур. И тоже, подлец такой, уехал в эти теплые голливуды снимать марков уолбергов в коммерческих фильмах. По сути, именно об этом «Рейкьявик 101» - все уехали к лучшей жизни, а ты смотришь на гейзеры и пьешь едва холодный Бреннивин.

Второго брата зовут Халльгрим, и у кого-то может возникнуть шальная и глупая мыслишка, что это более нежное и короткое наименование Халлгримура. Люди, не будьте такими наивными, не дайте себе обмануть. Это абсолютно другой человек. Халльгрима у нас перевели в 2010 году, в те светлые годы, когда одно издательство публиковало не разные странные подстрочники никому неизвестных людей, а хорошую художественную литературу. Халльгриму повезло попасть в число пионеров – его «Советы по домоводству для наемных убийц» читались взахлеб и цитировались в хороших (и не очень) домах столицы. Одних только шуток про исландский футбол там набралось бы на отдельную книгу. Халльгрим тоже был язвителен, очень саркастичен и немного грустен. Все Хельгасоны такие, что поделать.

Третьего брата зовут Хатльгрим, и у кого-то уже совершенно сформировалось ощущение, что я тут шутки шучу, и это все один человек. Ну, хотя бы два. Друзья, ну не может же уважаемый российский издатель выпустить 3 книги одного человека под тремя разными именами. Вы вообще соображаете? Конечно же, это три брата, легендарная рейкьявикская тройка Хельгасонов. Хатльгрим написал очень длинный, в меру скучный, в общем, очень неоднородный роман «Женщина при 1000 градусов». Он не очень смешной, не то чтобы саркастичен, да и язвителен то совсем слегка. Очевидно, что Хатльгриму нужно больше работать над собой, чтобы стать хотя бы как Халлгримур, не говоря уж о Халльгриме. Но, в целом, если вы чутко реагируете на скандинавскую литературу, то почему бы и нет.

Кстати, есть еще Хадльгримюр, но его пока еще не перевели. Но еще не вечер. Наверняка же есть в его жизни некий подстрочник.

А в 2017 я рекомендую выпустить антологию исландской прозы – всех Хельгасонов и кого-нибудь еще. Бьорк, например. Или Боно, он все равно гражданин мира. А Исландия – это и есть мир, гейзеры и вулканы.

Ваш кофе по-исландски
Зерновой кофе – 75 г
Вода – 1 л
Душистый перец – 1 горошина
Молотая гвоздика – 1 щепотка
Сахар – 1 ст. л
Корица – 1 палочка
Яблочный сок – 300 мл
Апельсин – 1 шт
(рецепт журнала "Барышня и кулинар")

Этот роман я восприняла как мужскую версию «Женщины при 1000°C» - стилистика та же, но фантазии имеют иные источники. Сам же автор кажется мне настолько самобытным, что за одно это хочется заранее, авансом ставить ему 100500 баллов (или сейчас мерят в лайках?) за любую написанную книгу.

Первое впечатление от них всегда одинаковое: это необычно. Второе - это затягивающе, третье – это не всегда понятно. Четвертое - это трудночитаемо, и пятое – по послевкусию и внутреннему резонансу это просто здорово. «Автор Исландии» не был исключением: роман дикий, первобытный, хтонический, как сама вещь-в-себе-Исландия, и одновременно – семантически-загадочный, психологически насыщенный, инстинктивный. С его текстом соприкасаешься как с какой-то иной реальностью. Структура ее сродни структуре горячечного сновидения, которое запоминаешь чувствами, какими-то пробуждающимися атавизмами, даже если расшифровать до конца не можешь. Эта структура, как не крути, полностью не пускает тебя в свои смыслы, ты остаешься ей чужим, скользишь по поверхности, и вся работа по пониманию – на твоей стороне. Но все, что сможешь осилить, - твое. Неисландцу в Исландии трудно.

Мне сразу импонировал сам замысел: писатель (исландский классик) застает себя в структуре своего романа, и на его страницах все смешивается: герои, послужившие прототипами, собственная биография автора, художественный вымысел, неровные проблески угасающего старческого сознания, ревнивые отношения с собратьями по перу, время, делающее непредсказуемые сальто, неотреагированные чувства, сожаления, ожидания… Все исконно людское – от простейшей эротики до этнически окрашенной метафорики. Читается как своеобразный интеллектуальный квест, и это, конечно, - на любителя. Удивила неожиданная политизированная, советско-сталинская линия в романе, это было как ножевое ранение. Разделила авторскую увлеченность Шекспиром. Порадовалась капелькам присутствующих в нем «джойсовщины» и «кафкианства». В очередной раз увлеклась свойственным северным авторам непривычными этическими и эстетическими измерениями человеческих экзистенций и отношениями героев к жизни. Согласилась с авторской панорамой XX века. Удовольствие от Исландии с ее овцами, пустошами и висами получила в полной мере. А вот кому такое можно порекомендовать, - не знаю.

По мере чтения оценка моя прыгала от 4 до 1 и в итоге оказалась все-таки отрицательной( Потому как, несмотря на некоторые плюсы, читать мне было откровенно скучно, книгу я домучивала, догрызала этот кактус и просто отсчитывала странички до конца. Чтобы быть честной с самой собой сразу скажу о плюсах, ведь они в книге есть, просто для меня они минусы не перевесили.

Итак, плюсы:

- очень много интересной информации об Исландии; прежде я знала только столицу и вулкан) это и правда было познавательно;
- некоторые отдельные эпизоды мне прям понравились. Например, званый ужин в правительстве Исландии, где девочка, пережившая Вторую Мировую, слушает тосты «за войну», ведь многие на ней нажились и не скрывают этого.

Но собственно плюсы на этом заканчиваются, начинаются минусы. Что самое странное, многое из того, что здесь мне жутко не понравилось, в других книгах было воспринято по-другому...

Рассказ ведется от лица пожилой исландки на смертном одре. Она доживает свои дни в гараже и вспоминает свою жизнь, в которой чего только не было. Просто какая-то жуткая смесь из войны, путешествий, мужей, детей, любовников, родственников. В данном случае этот коктейль оказался для меня невкусной бурдой(

Повествование постоянно скачет, то мы 2009, а вот уже 1944, а вот 1929, а вот 1975. Обычно я люблю такой прием, мне нравится как постепенно картина складывается из разрозненных кусочков, как собирается пазл, пока в мозгу не щелкнет, но здесь этого нет, никаких тайн и загадок, никаких кусочков головоломки, просто скачки без цели и смысла. У меня было ощущение, что я и правда слушаю полуживую старуху, которая уже распрощалась с частью рассудка и памяти и отсюда такой разрозненный, обрывочный рассказ.

Дальше...

А еще такое же предположение у меня появилось от языка книги.Сама Герра (собственно наша ГГ) ни раз упоминает о том, как много она путешествовала, как много повидала, сокрушается о том, что один из любовников был явно не ее уровня — книжек не читал, в театр не ходил — но при этом изъясняется таким образом, что интеллектуалку в ней явно не заподозришь. Постоянные описания мочеиспусканий, пердежа, рыганий, блеваний итд итп меня напрягали. Я не против, когда это в тему. Например, присутствие большого количества мата в диалогах каких-нибудь наркоманов, или, когда это что-то дает сюжету, например, человек вышел в сортир и кого-то там встретил. К чему это здесь? У меня опять вариант с полусумасшедшей бабкой, которая уже не контролирует свою речь. Чтобы не быть голословной, вот пара цитат:

Она еще худо-бедно может вытянуть из-за своей грязной ледниковой пазухи кратковременный штиль, но чаще предлагает сопливую и поносную погоду, которую отрыгивает и выпукивает из своих скелетистых ущелий.

Он вошел в кабинет и заглянул в глаза королю Дании, стоявшему на шаткой опоре на столе в рамке, вместе с Франклином Д. Рузвельтом в другой рамке, а потом юркнул в небольшую уборную в кухонном коридоре и принялся, как всегда, ждать струи. В то утро она на удивление долго не появлялась – а когда появилась, то была в самом прямом смысле слова «наполеоновской», ее так прозвали в честь самого Бонапарта, потому что императору Франции часто приходилось ждать под деревом, пока тело не отдаст свою жидкость, – и весь полк ждал у него за спиной. «Грызь в животе и сушь в пузыре всегда сопровождали власть имущих», – как-то сказал мне один врач. Рядовой мочится сверкающей дугой, похожей на триумфальную арку, в то время как командир корчится над вертикальной капелью. Стресс сильных мира сего.

Не понравилась мне и сама Герра. Полный неадекват, на мой взгляд. Плюс еще и жутко озабоченная. (дальше возможны спойлеры) Лет в 12 она видит голого военнопленного и просто влюбляется в его Пенис (именно с большой буквы, ведь он прекрасен), в 14 ее насилуют и через два дня она встречает офицера СС, о котором сама говорит, что в нем не было ничего кроме красоты, но это была ее единственная любовь на всю жизнь и она тут же прыгает в его кровать (а ведь до изнасилования она была девственницей, мне одной ее поведение кажется странным?). В целом, ее отношения с мужчинами можно назвать "поход взбесившейся матки длиною в жизнь", а то что от этого бывают дети, так их ведь всегда можно на кого-нибудь скинуть. Вообще, ее логика для меня частенько оставалась непонятной. Например, забеременеть от глухонемого старика, чтобы иметь право на его наследство - это гениальный план, вы не знали?

Ну и последней каплей для меня стала Вторая Мировая война. Тема для меня очень интересная и я прям обрадовалась, когда стало понятно, что в книге она играет не последнюю роль. Но радовалась я рано. Смесь бреда и поливания грязью советских солдат.

В первую ночь они разместились в живописной крестьянской усадьбе, где владельцы не успели ничего сжечь, кроме разве что хлеба в печке. Здесь все шкафы были полны, в доме было сухо, а мебель там была, прямо как во дворце. Даже стойла для лошадей там были лучше, чем лачуги на родине. Эта чисто немецкая красивость сильно задела русских солдат. Дмитрий и его товарищи обходил комнаты со злостью, везде тыкали штыками, срывали со стен картины и пинали мебель. В кладовой их злость достигла своего апогея: Дмитрий вернулся на кухню весь белый от муки и прокричал:
«Ну и на кой ляд им было нападать на Россию? У них же и так все есть!» – и схватил двухкилограммовую буханку черного хлеба и колотил ей о стену до тех пор, пока буханка не сломалась, а сам он не расплакался; он опустился на красные плитки пола и стал звать мать, жену и дочь:
«Mamuschka, mamuschka… Dashenka, Dashenka…»
Папа остался на кухне, а они гурьбой направились в туалет. Они раньше никогда не видели ватерклозета, и один из них умудрился искупать голову в унитазе.

Я даже комментировать это не хочу. И прибавьте сюда уже ставшие традиционными в западной литературе изнасилования немок...

А вот бедный несчастный офицер СС должен вызывать у нас жалость, ведь Гитлер его обманул, он ему доверился, а тот не оправдал надежд. Заметьте это не какой-то писарь в штабе, сидящий в Берлине и возможно не знающий, что происходит на самом деле, это офицер СС!!! Знаете, когда он очнулся и понял, что "война - это плохо" (Спасибо, Кэп!)? Летом 1944, когда грязные русские свиньи гнали их обратно в Берлин. Не многовато ли образованному взрослому мужчине времени потребовалось на осознание? А его бредовая судьба на фронте? Его взяли в плен в форме офицера СС, отправили в лагерь для военнопленных, но от шока он все время молчал и поэтому имя ему присвоили в списках от фонаря и, когда советским войскам потребовалось больше людей, его приняли за эстонца и отправили в действующую армию!

Итог: Отговаривать от чтения никого не буду, все достаточно субъективно, а у книги полно восторженных рецензий, но и советовать тоже не буду. Книга оказалась настолько не моя, что я весь день сегодня к ней возвращалась и читала по чуть-чуть, только чтобы дочитать и взяться за что-нибудь другое.

После прочтения «60 кг солнечного света», сразу заказала себе новую книгу «Автор Исландии». Пока она была в пути, прочитала «Атомную базу» Лакснесса, это, конечно, не «Самостоятельные люди», но все равно дало мне представление об авторе, который станет героем новой книги Хельгасона.
Надо отметить, что, не смотря на явно прослеживающийся коммунизм в «Атомной базе», Лакснесс мне достаточно понравился. Я даже удивилась, что его печатали в советское время, т.к. у него есть «шокирующие» и запретные по нынешним временам вещи. Как это пропускала цензура, непонятно. При этом Лакснесс остер на язык, у него я многое себе отметила, загнув страницы.
В общем, стало понятно с кого берет пример Хельгасон, у которого прекрасный сложный образный язык и необычные эпитеты.
Ну и, конечно, новая книга автора тоже вся в загнутых уголках.
При этом она мне понравилась немного меньше, чем «60 кг». В «Авторе Исландии» есть провисание, где-то в середине книги, есть целые главы, в которых нечего подчеркнуть, но справедливости ради, есть в книге и глава, которую можно подчеркнуть полностью, это глава рассуждений о 20 веке, тут есть аллюзии на «Предствление о 20 веке» Питера Хёга, хотя Хёг, собственно, о 20 веке и не рассуждал, зато это за него сделал Хельгасон. Книга неторопливая, как и «60 кг», нелегкое чтиво, много за раз не осилишь, рефлексия Хельгасона не только об авторе и его творении, но и, как мне показалось, о стыде автора за Лакснесса, который хоть и отличный писатель, и Нобелевский лауреат, и гордость Исландии, но все же был приверженцем людоедских коммунистических взглядов. Можно ли ему это простить или нет, виноват ли Лакснесс или это были такие условия и тп. Да, это книга более политизирована, чем предыдущая, и не всем это придется по душе, но Хельгасон написал так, как считал правильным, а язык у него, как был прекрасным, так и остался и в этой книге тоже. Рекомендую к прочтению.

Книга современного классика исландской литературы Хатльгрима Хельгасона стала для меня главным книжным впечатлением прошедшего года. Роман, написанный более двадцати лет назад, по-прежнему воспринимается как абсолютно новаторский, и некоторые литературные приёмы, которые использует автор, вызывают восхищение.

Книга была написана по мотивам сна писателя, в котором нобелевский лауреат Халльдоур Лакснесс после смерти попадает в собственный роман «Самостоятельные люди». Поместив своего героя, Эйнара Гримсона, в похожую ситуацию, Хельгасон не только открывает перед читателем удивительный мир Исландии середины ХХ века, но и приглашает в уникальное путешествие в мир художественного текста. Вопрос о том, где проходит граница между вымыслом и реальностью, художественной правдой и её видимостью, Хельгасон ставит со всей бескомпромиссностью. Эйнар вынужден существовать со своими героями в одном пространстве, то есть буквально жить на том самом придуманном им хуторе, в том самом доме, а главное, переживать вместе с ними все беды и страдания, на которые он их обрёк. Одна из важнейших тем романа – это ответственность писателя за созданные им миры, за сказанные и не сказанные слова (Хельгасон отсылает читателя к биографии Лакснесса, восторженно писавшего о Советском Союзе в 1930-годы, но умолчавшего о сталинских репрессиях).

Но помимо всего прочего, «Автор Исландии» - это очень красивый текст, и стиль писателя с его оригинальными неологизмами и другими стилистическими особенностями, очень узнаваем.

Хельгасон, как обычно, читается у меня очень медленно, и очень долго я в книгу "вхожу", но дальше становится хорошо. И сразу же - огромное спасибо переводчику! Шикарный язык, максимальный эффект погружения.
Аннотация, конечно, немного спойлерит (хоть и выясняется основная идея довольно быстро, но ах как было бы хорошо оставаться в неведении и первые страницы тоже!) - но тем не менее. Однажды немолодой уже (сильно немолодой) человек приходит в себя на непонятном хуторе, вдали от любых следов цивилизации, и не помнит почти ничего - имя, кто он, откуда. Его находит мальчишка, сын фермера, и вот уже появляется и сам фермер и тащит нашего персонажа на закорках к себе на хутор - мало ли, может и правда с богадельни старик, не бросать же его.
И там, на хуторе, сначала потихоньку выявляются разные странности, потом потихоньку вспоминается то одно, то другое, и вот, спустя какое то время, наш главный герой наконец понимает, что произошло и почему он здесь, и где вообще это здесь. Дальше придется поспойлерить вместе с аннотацией - герой наш оказывается довольно именитым писателем, который, увы, умер - и очутился в одной из самых своих известных книг.
А дальше - в параллели - и роль наблюдателя, который может только смотреть, как разворачиваются события, и ответственность автора за то, что он делает со своими персонажами, и воспоминания о собственном, не всегда идеальном прошлом и как оно повлияло на его творчество, и попытки понять, зачем он очутился там, где очутился - ну и самое главное, очередная история Исландии (такое ощущение, что что бы ни писал Хельгасон - он всегда пишет об Исландии, а сюжет и прочее - только декорации).
А еще очередная иллюстрация иллюзии о том, как "славно жили в былые времена", особенно, если вас угораздило родиться без Y-хромосомы. И как долог был путь туда, где мы сейчас. Хотя и времена тут не особо былые - всего лишь 50-е послевоенные годы (не считая флешбеков главного героя в нашу современность).
Я никак не рискну взяться за "101 Рейкьявик", уж больно по той же аннотации несимпатично мне его содержимое, но все остальное, прочитанное у автора, пока нравится, несмотря на тяжелый вход. Может, когда-нибудь все же рискну. Или не буду портить впечатление)

Не совсем понимала, что меня ждет в книге. Догадывалась - что пожилая женщина будет вспоминать свою жизнь - возможно, очень насыщенную. И - что она будет из Исландии. По разбросу оценок можно понять - что книга либо покоряет, либо - отвращает.
Итак... В лагере love/hate я - определенно love. Книга - покорила меня с первых строк. Да - пожилая женщина, съедаемая раком, вспоминает свою жизнь. Есть в ее подаче - ироничной, даже саркастичной - что-то... завораживающее. Уже одно то, что она хранит, как семейную религию... ручную гранату - не могло меня не покорить.
Не знаю, как книга умудрилась мне понравиться. Во-первых - это дикая нелинейка. Но здесь я могу это понять и оправдать. Это - воспоминания, вспышечные, фрагментарные. Насыщенную, конечно, героиня жизнь прожила. Львиную долю, без сомнений, занимает война - но не только. Внучка первого президента Исландии (который дружил со свергнутым королем), дочка сочувствующего нацистам. Она - прошла всю войну, будучи совсем молодой девушкой, пожила в Аргентине, потом - вернулась на родину. В книге - фразы на стольких языках: датском, немецком, английском, испанском...
Да - здесь поднимается несколько тем, которые я не очень жалую. Все ужасы и безжалостность войны без прикрас. Домашнее насилие - когда героиня чувствует себя сломленной, потерянной и погребенной. И - зарождение женской сексуальности, какое-то... агрессивное, когда "из маленькой девочки вылупляется жаждущий зверь". Это - может оттолкнуть. Но...
Какие у автора восхитительные описания! Как он описывает людей, вещи, события! Такие необычные эпитеты и подмечания, что - за них хочется душу продать. Одна заметка о языках, которую я себе полностью перенесла... Или небольшая врезка о сорбском (именно так - он почти вымер уже) языке - о сербах, которые шли по Европе, случайно остановились в местечке Лужица (откровенно скажем, не самом лучшем), и... застряли там на полтора века. Я запомнила слово "Славяноокая" - просто... Запомнилась фразочка

Конечно, придется стирать белье каждый день, если так заниматься любовью, в такой жаре и духоте. Мне определенно нравится в этой стране.

А еще одно фантастическое описание - некого аргентинского фермера по прозвищу El Coco - Крокодил. На лицо ужасного - доброго внутри. Как героиня знакомила его с запахами - и он потихоньку улыбался... Иии... История белорусской женщины, чей сын (или муж - я забыла) - самый знаменитый дезертир (автор признался, что это - точно выдумал).
Конечно - лучше всего книга познакомит с Исландией и исландцами. Этой маленькой, но очень гордой нацией, которые как никто закалены суровыми условиями, умеют ценить красоту в ее минимализме и - реально таскают с собой исландские саги. Еще одна запомнившаяся мне цитата:

- У вас же нет деревьев - чем вы топите???
- Есть - только они маленькие. А топим - травой. У нас травяные плитки и травяные печи.
- ... Хочу в Исландию!

Книга - словно срез 20го века. Со всеми ужасами войны, налаживанием жизни, светскими условностями, которые прикрывают - правду жизни. Не рискну рекомендовать - но, несмотря на все неприятности - я улыбалась очень много. И не знаешь - похоже, старушка на закате жизни придумала себе биографию - уж очень буднично она рассказывает о встречах со звездами ушедшего века вроде Греты Гарбо. И очаровательная легенда от автора, что он совершал какие-то звонки, и одна дама - рассказала ему эту головокружительную историю. Легенда - которую стоило придумать. История - которую стоит прочитать. Путешествие в Исландию - которое стоит совершить. Пусть и с помощью книги.

Удивительный роман. Поначалу непонятный, непривычный. Что вообще происходит? А потом ты понимаешь (и непременно идешь искать информацию об авторе, прототипе и идее этой книги), и более 1000 страниц проживаешь внутри книги вместе с этими колоритными, суровыми простыми-непростыми людьми. Я читала долго, месяца полтора, поэтому погружение было реально долгим. 

В завязке романа наш рассказчик очнулся лежащим где-то в поле, он не помнит своего имени и как здесь оказался, но помнит, что он живет в доме престарелых, ездит на коляске и когда-то писал книги. Все вокруг какое-то очень странное, люди, которые его нашли и приютили, тоже необычные, и будто бы знакомые… 

А потом он понимает, что попал в роман, который сам же и написал. Не спойлер, это есть в аннотации. А вот дальше мне уже не хочется раскрывать сюжет. Потому что главное тут не в нем, а в том, как это написано, как прожито. Рассказчик много размышляет, по-стариковски ворчит, по-писательски оценивает все вокруг, часто отвлекается на воспоминания о своей жизни, и этот поток мыслей так естественно и живо написан, будто мы реально сидим в голове у этого человека. Будет местами больно, местами трогательно, часто холодно, обидно и страшно, и все же красиво и очень-очень сильно! 

2024 год принёс мне знакомство с тремя исландскими авторами, и, хочу сказать, это совершенно особенная литература - глубокая, метафоричная, смелая. Обязательно буду читать еще Хельгасона и его земляков.