Отзывы на книги автора «Гюнтер Грасс»

Заключительная часть "Данцигской трилогии" далась мне крайне тяжело. Мучил я её с августа, т.е. почти полгода. По разным причинам делал долгие перерывы, читал по 5-10 страниц в день, но бросать было жалко. Всё-таки Грасс, надо отдать ему должное, писать умел и писал талантливо.

Итак, "Собачьи годы"... Перед нами "учебник" истории Германии в период 20-50 годов XX века. Тех самых "собачьих годов", уложившихся в цепочку "зарождение нацизма - торжество нацизма - преодоление нацизма". Роман, собственно, и разделён на три части как раз под эту формулу.

Первая часть - экскурс в историю Германии, города Данцига и близлежащей территории (родина Грасса). Экскурс довольно оригинальный - через сказки, предания и легенды. В сочетании с реальностью всё это даёт взрывной коктейль магического реализма в духе "Ста лет одиночества" Маркеса. Только у Маркеса про Колумбию, а у Грасса про Германию. Первая часть - история дружбы двух мальчишек: Вальтера Матерна и Эдди Амзеля. Вальтер - сын мельника, задира и драчун, склонный к актёрству. Эдди - наполовину еврей, талантливый изготовитель птичьих пугал. Детство ребят проходит на фоне зарождения и становления германского нацизма. Параллельно Грасс рассказывает историю одной собачьей династии, которой в скором времени будет суждено существенно повлиять на историю Германии.

Вторая часть - хроника жизни Германии с момента прихода к власти Гитлера и до окончания Второй мировой войны. Тоже в своеобразной форме - в виде писем с фронта Харри Либенау своей кузине Тулле Покрифке (привет новелле "Кошки-мышки"!). В письмах раскрывается история жизни нескольких данцигских семей в трагичный период немецкой истории. Особое место уделено двум немецким овчаркам - псу Харрасу (собаке семьи Либенау) и его сыну Принцу. Дело в том, что Принц был выбран общественностью Данцига в качестве подарка фюреру и в последствии стал его любимой собакой. В связи с чем по всей Германии, а в Данциге особенно взращивается культ Принца и всего с ним связанного. Доходит до того, что к концу войны Принц заменяет собой фюрера. Встречаются здесь и старые знакомые Эдди и Вальтер - ныне враги на идеологической и национальной почве.

Третья часть - история странствий Вальтера Матерна и прибившегося к нему пса Плутона по послевоенной Германии. В надежде справедливо покарать кого-нибудь из бывших знакомых нацистов Матерн бросается из одного угла страны в другой, но все они будто испарились. Перед Матерном предстают респектабельные чиновники, видные общественные деятели и просто уважаемые люди. Да и люди ли? Постепенное погружение в тонкости общественно-политико-экономического устройства послевоенной Западной Германии выводит на сцену всё больше пугал Эдди Амзеля.

Вся "Данцигская трилогия" Грасса - это попытка осмыслить и переосмыслить то, что же произошло с Германией в первой половине XX-го столетия. И в основном это делается через призму детского восприятия. Почему? Потому что, во-первых, это личный опыт Грасса - его детство пришлось на годы воцарения нацизма, а юность - на годы Второй мировой. Во-вторых, дети всегда острее воспринимают события. Особенно трагические. "Собачьи годы" роман многослойный и прорваться сквозь эти пласты зачастую непросто. Диапазон заявленных вопросов простирается от мелких житейских проблем до ценностей в масштабе всего человечества. Там есть элементы и классической германской прозы, и магического реализма, и жесткая сатира. Ценность прозы Грасса, к примеру для меня, в возможности взглянуть на одни из самых трагичных событий прошлого века глазами народа, эти события и породившего. Народа, поверившего в заманчивую перспективу владеть всем миром, жестоко ошибившегося в этом и вынужденного платить за свои ошибки. Из минусов могу отметить излишнюю насыщенность деталями и нюансами немецкой истории и мифологии, что мне, как не немцу, не всегда было понятно. Но это я уже придираюсь.

"Собачьи годы" - роман достойный и, несмотря на сложность языка и структуры повествования, рекомендуется мной к прочтению.

Почему-то взялся за трилогию со второй книги. Впрочем, как сообщают, сюжетно данцигские романы не сообщаются; так что, полагаю, это к лучшему - я не оттенил впечатления легенадарным "...барабаном". Ну да, книга мне понравилась, и меня удивило обилие скептических и вовсе отрицательных отзывов. Серый, беспристрастный сухой язык. Рассказчик, который повествует о тяжелых вещах и при этом изо всех сил стремится показаться много равнодушнее, чем он есть. История о людях, котором недолго осталось быть прежними - в городе, который сам вскорости потеряет свое имя и облик. Очевидная вещь, но Йоахима Мальке вообще так я тянет назвать персонификацией Данцига - или всего поколения тех, кто уже никогда не нырнет к своей лодчонке.

В издательстве Альпина-Проза вышла уникальная книга - одно из поздних произведений Гюнтера Грасса, которое не было опубликовано при жизни автора и было найдено в его архиве уже после его смерти. Это законченное произведение, которое изначально должно было стать одной из глав в автобиографическом романе "Луковица памяти". Однако по каким-то причинам автор не стал ее включать в роман.

"Каменная месса" посвящена исторической личности и фигуре, стоящей в Наумбургском соборе Уте Наумбургской. Увидев однажды статую Уты во время своего авторского турне, автор увлечется ею на долгие годы, она будет казаться и встречаться ему везде - на улицах города, перед соборами, в переулках. Он даже пригласит все фигуры донаторов из собора к себе на ужин (потому что может, потому что автор).

Это небольшое по своему содержанию произведение, но очень глубокое, законченное и полное смысла, еще раз демонстрирует мастерство писателя, каждое произведение которого было не спроста. Российское издание также как и немецкое сопровождается авторскими иллюстрациями. Для непосвященных в творчество автора "Каменная месса" может стать проводником в его творчество.  А обширный комментарий переводчика в книге даст ответы на многие вопросы. Мне очень понравилось наше русское издание и оно станет жемчужинкой в моей книжной коллекции.

Гюнтер Грасс был удостоен Нобелевской премии в области литературы в 1999 году. Очередная мушка из «элиты», попавшаяся в мою литературную паутину. Причем попал он совершенно случайно, через полку книжного магазина с уцененным товаром. Я ищу «своего» автора и «свою» книгу, но не делаю упор на нобелевских лауреатах. А жду, как паук, когда «свои» попадут ко мне случайным образом.

Физический костяк романа находится в кабинете дантиста, где врач исправляет неправильный прикус штудиенрату (учителю) Штарушу. А это значит – обточка зубов, шлифовка, коронки, слюноотсасыватель и прочие неприятные штуки. Духовный же костяк основан на судьбах нескольких поколений немцев, тех, кто был молод во время войны, и тех, кто родился после ее окончания, кто совсем-совсем ни в чем не виноват, кто против применения напалма во Вьетнаме и для привлечения внимания общественности к этому вопросу способен совершить жестокий поступок по отношению к животному.

Но вопросы мира во всем мире для меня слишком тяжелы, предохранители моего организма слишком чувствительны, чтобы выдержать политическое лицемерие или откровенное хамство. Я люблю другое. Человек. Его душа. Его мысли и переживания. Его страдания… Словно существа из Сумрака Лукьяненко, я питаюсь людской виной, обидой, злостью и где, как не в послевоенной Германии, можно получить оригинальный салат из этих чувств. Только здесь можно найти Ирмгарт Зайферт, которая в семнадцатилетнем возрасте учит подростков стрелять фаустпатронами и пишет доносы, а сейчас стыдится этого. Ей кажется, она и тогда была ярой антифашисткой и даже где-то записывала свои мысли, но находит только письма, подтверждающие ее доносы и то, что она работала инструктором по стрельбе.

И. Зайферт напоминает мне некоторых знакомых, которые двадцать лет назад были пионервожатыми и убежденными атеистками, а сейчас восхищаются крестным ходом, соблюдают некоторые формальные правила религии и уже не могут сказать «я не верю в бога». Это богохульство. Язык не поворачивается сказать такое хотя бы из принципа «на всякий случай». Но я совсем не осуждаю людей. Нет! Мне нравится наблюдать, как мы, считающие себя сильными, достойными космоса, как мы проминаемся под натиском судьбы, трансформируемся, но продолжаем жить.

Роман «Под местным наркозом» написан в технике папье-маше: рваный, склеенный из кусочков. Гюнтер Грасс так и не отвечает на некоторые «приземленные» вопросы: «кто кому изменил?», «спал штудиенрат с Веро Леванд или нет?», «добропорядочен дантист или притворяется?» и другие. Одни персонажи говорят одно, другие противоречат им. Дескать - пусть каждый думает в меру своей испорченности.

Но читать было интересно и, поняв, что я еще не раскусил орех с именем Гюнтер Грасс, хочется продолжить с ним знакомство. Тем более, названия его книг: «Рождение из головы», «Из дневника улитки», «Жестяной барабан» очень интригуют.

Именно с этой книги началось мое знакомство с Гюнтером Грассом. Первые две части романа публиковались в свое время в "Иностранной литературе". С первых же страниц произошло глубокое погружение в повествование. Это странно, но Грасс буквально заворожил меня, а ведь он писал далеко не о чем-то приятном. Через несколько лет мною было приобретено четырехтомное собрание сочинений, включающее роман целиком, который я с удовольствием перечитал/дочитал.
Первые две части романа посвящены зарождению зла. Зло у Грасса не приходит ниоткуда - его частички культивируется буквально каждым индивидуумом. Зло зарождается из мелочей при содействии маленьких людей. Символическим носителем зла становится у Грасса девочка Тулла. Из этой концепции зарождения зла Грасс выводит концепцию всеобщей вины. Осознанию и искуплению вины посвящена третья часть романа.
Язык Грасса очень специфичен. Роман наполнен массой гротескных образов (собаки, пугала и др.) Иногда образы выходят на первый план, затмевая собой героев романа. За каждым, казалось бы незначительным, даже неосознанным действием, автор видит нетривиальную мотивацию героя.
Пожалуй, такой язык придется по нраву далеко не всем, но вот меня зацепило.

P.S. Вспомнил я об этом романе не случайно. На днях посмотрел фильм Бертолуччи "XX век". Фильм, в том числе, и о зарождении фашизма в Италии. Два героя - не менее странная парочка, чем Вальтер Матерн и Амзель. Вообще у Бертолуччи и Грасса есть общие художественные приемы, в т.ч. дозированное использовано натурализма и раскрытие темы, доведение до читателя/зрителя через детали, мелочи. Будь то ножик в руках Амзеля или член героя Депардье в руках проститутки.

О, Грасс, вы можете писать обо всем, что в голову придет, пусть будет бетон, зубной врач, обрывки выдуманных воспоминаний, маленькая революция внутри большой, люди, которые путаются в твоей голове, когда в один прекрасный момент упускаешь ту самую важную нить повествования, отдаваясь лишь во власть любимого слога. Это как потерять память, но все еще продолжать делать некогда любимые вещи, по инерции, по привычке, которая сильнее всего на свете.

Ах, Линдалиндалинда

Периодически судорожно начинаешь разрывать целостность текста на цитаты, лелея этот сохраненный, отнятый у миллионов алчущих глаз кусочек мысли, вызвавшей в тебе, вдруг, удивительный отклик.

Новые грани открываются через преломления слов под иным углом, под иным маршем букв, когда считывается заложенный смысл, ускользающий за ширму-преграду, из-под которой выглядывает хвост, резко поднятый вверх или же находящийся в покое меж разбросанных листьев, упавших с верхушек деревьев.

Любопытно наблюдать за их падением, за раскидистыми кронами, проведенными автором линиями, оставшимися на бумаге, вложенными в книгу. Дополняемые черно-белые пространства, временные рамки и петли, ворчащие внутренности - приятный тандем за чашкой кофе и разговором с «Глупым Августом», виляющим мохнатыми частями.

Вероятно, для полного погружения и ловли в сачок контекста стоит прочитать книгу Гюнтера Грасса «Луковица памяти», чтобы все точки соединились и не болтались обрывками веревок, потрепанных ветром. 

У меня эта книга вызвала мигрень.
Я просто не могу поставить какую-то положительную оценку, потому что общем что-то в ней есть и порой было очень интересно. Но ... Ой, много "но"!
Автор намеренно запутывает читателя на ровном месте. У меня появилось ощущение, что я сижу в стоматкабинете. Много здесь было гротеска и какой-то нарочитости. И я после всего прочитанного сама не могу толком рассказать почему мне не пошла эта книга, как ни стараюсь. Просто Гюнтер по видимому писал не для меня.

Как ни горько признавать, но в этой книге я не нашла никакого отклика. Читала, вникала, вновь возвращалась к уже прочитанному, чтобы стереть первое инфантильное впечатление, стереть пыль безразличия и скуки. Не получилось. После "Луковицы памяти" это произведение показалось невероятно-тягостно-скучным. Вчитывалась в описания, но оставалась глуха, внимала жизни героев, но не могла пропустить их через себя. Увы. Грешным делом подумала, что развлекательная литература разъела мой мозг, превратила его в кеселеподобное вещество. Ничего не было вреднее, чем сама эта монотонная жизнь поселения на берегу Вислы, эта странная жизнь и увлечения двух друзей, эти стечения обстоятельств, сопутствовавших рождению Туллы. Вмешаться в жизнь Данцига и его окрестностей было почти невозможно, но даже малейшее вмешательство вредило всему.

Книга состоит из трех частей. Первая повествует о непрекращающейся борьбе двух религиозных направлений, которая была похоронена с началом дружбы Эдуарда Амзеля с Вальтером Матерном, развитии талантов Амзеля и перипетий детства, вторая - переписка Туллы с кузиной, а третья - о том, что стало с Вальтером Матерном. В нечетком повествовании, как в истории, все же можно проследить ту широкую линию, которая разделила первую и третью часть, старую и новую жизнь - война (хотя все вплеталось в ковер местной жизни очень медленно). Как я понимаю теперь, война - ядро жизни и творчества Грасса.

P.S. Решила проверить, одна ли я тут что-то не нашла, или подсмотреть чего не поняла, но в предисловии нашла чего-то столь бессмысленное и наполненное литрами воды, что даже не смогла дочитать до конца. Эти предисловия к изданиям - глупость. Если читаешь до, то складывается неверное впечатление о книге ( вот уж чего не люблю), а биографией автора, такой необходимой, там и не пахнет зачастую. Если читаешь после, то только диву даешься, та ли книга была прочитана.

Порой бывает любопытно, как прошла бы встреча тебя и вызванных твоим воображением давно ушедших из жизни людей, запечатленных на страницах истории, вложенных в мазки художников или скульпторов. Сошлись бы твои представления с тем, что предстало бы перед тобой? К чему бы это привело?

Гюнтер Грасс написал новеллу, в которой прошлое соединяется с его настоящим, где он проводит писательский тур по ГДР, встречая в толпе живое воплощение Уты, словно вышедшей из оков твердыни и явившей себя свету. Влюбленные глаза писателя сквозь временную петлю поглощают девушку. И вот уже воображаемая встреча становится осязаемой, а впереди виднеются всполохи грядущего конца.

Новелла небольшая, но емкая. Наполнена иллюстрациями автора и послесловием переводчика. Представляет собой прекрасный вариант знакомства с писателем или же его продолжения. В любом случае вас ждет нечто утонченное и привлекательное.