Я был огорчен отказом Джина. К тому же в «Гавроше» не оказалось свободного столика на восемь вечера. Я попытался разыскать анкету Рози в своем компьютере, и тут впервые пригодились фотографии. Женщина, приходившая в мой кабинет, не похожа ни на одну из кандидаток на букву «Р». Должно быть, она заполняла бумажный вопросник. Но Джин уже ушел с работы, и его телефон не отвечал.

Я был вынужден принять меры – не то чтобы незаконные, но, несомненно, аморальные. Единственным оправданием служило то, что сорвать свидание с Рози – еще более аморально. В системе онлайн-бронирования ресторана «Гаврош» предусмотрены льготы для ВИПов, и я – с помощью относительно незамысловатой хакерской программки – сделал заказ на имя нашего декана.

В девятнадцать пятьдесят девять я прибыл к отелю, где находился «Гаврош». Свой велосипед я поставил в вестибюле, поскольку на улице шел ливень. К счастью, было не холодно, и моя куртка из гортекса отлично справилась со своей защитной функцией. Футболка под ней даже не намокла.

Ко мне подошел метрдотель в униформе. Он указал на велосипед, но я заговорил первым, не дав ему возможности и рта открыть:

– Я – профессор Лоуренс. В семнадцать часов одиннадцать минут я забронировал у вас столик через Интернет.

Судя по всему, мэтр не знал декана в лицо или же попросту решил, что я другой профессор Лоуренс. Сверившись со своими записями, он кивнул. Я похвалил себя за находчивость. Между тем часы показывали двадцать ноль одну, а Рози все не было. Возможно, она пришла по варианту (б) чуть раньше и уже сидит за столиком?

Но тут возникла другая проблема.

– Прошу прощения, сэр, но у нас дресс-код, – произнес метрдотель.

Конечно, я знал об этом. На сайте, жирным шрифтом: «мужчин просят быть в куртках»^[7].

– Иначе не накормят, верно?

– Примерно так, сэр.

Ну что я могу сказать по этому поводу? Я был готов просидеть в своей куртке весь ужин. Кондиционеры в таких местах должны работать исправно, а температура воздуха соответствует санитарным нормам.

Я направился к ресторану, но метрдотель преградил мне путь:

– Прошу прощения. Наверное, я не слишком ясно выразился. Вам необходимо быть в пиджаке.

– А я в чем?

– Боюсь, требуется что-то более официальное, сэр.

Он указал на свой пиджак в качестве примера. В защиту своих последующих действий приведу толкование слова jacket по Оксфордскому словарю английского языка (карманный, второе издание): 1 (а) Верхняя часть мужской или женской одежды.

Еще замечу, что то же самое слово фигурирует и в инструкции по уходу за моей относительно новой и абсолютно чистой курткой из гортекса. Но, похоже, в скудном словарном запасе метрдотеля оно существовало в единственном значении – как верхняя часть костюма.

– Мы с удовольствием предоставим вам пиджак во временное пользование, сэр. Пиджак в подходящем стиле.

– У вас что, запас пиджаков? Всевозможных размеров? – Я не стал добавлять, что наличие такого инвентаря свидетельствует о недостатках в работе администрации, которая не в состоянии четко разъяснить правила дресс-кода, и что было бы полезно переформулировать их – а еще лучше вовсе исключить такие требования. Не стал я упоминать и о том, что стоимость закупки пиджаков и их чистки, должно быть, включена в стоимость блюд. Интересно, знают ли посетители о том, что они субсидируют склад пиджаков?

– Мне это неизвестно, сэр, – сказал мэтр. – Позвольте предложить вам пиджак.

Нет нужды говорить о том, что мне вовсе не хотелось напяливать на себя пиджак общего пользования и сомнительной чистоты. В какой-то момент меня буквально парализовала очевидная абсурдность этой ситуации. Я и так переживал, готовясь ко второй встрече с женщиной, которой, возможно, суждено стать моей спутницей жизни. А тут заведение, которому я собрался заплатить деньги за то, чтобы нас накормили – фактически поставщик услуг, – вместо того чтобы обеспечить мне максимальный комфорт, ставило палки в колеса. Мою куртку из гортекса – этот высокотехнологичный предмет верхней одежды, который спасал меня в дождь и в снег, – совершенно незаслуженно, несправедливо и возмутительно противопоставили шерстяному эквиваленту, выполняющему исключительно декоративную функцию. Я отдал за свою любимицу тысячу пятнадцать долларов, из них сто двадцать – за то, чтобы ее оснастили желтыми катафотами. Я все-таки решил привести свои доводы в ее защиту:

– Моя куртка превосходит ваш пиджак по всем статьям: водонепроницаемость, видимость при плохом освещении, компактность.

Я расстегнул молнию, чтобы продемонстрировать внутренние карманы, и продолжил:

– Скорость сушки, устойчивость к пищевым пятнам, капюшон…

Главный По Пиджакам оставался невозмутимым, хотя, распалившись, я уже вещал довольно громко:

– Высочайшая прочность ткани…

И тут для наглядности я вцепился в лацканы его пиджака. У меня и в мыслях не было порвать пиджак, но тут я почувствовал, как кто-то грубо схватил меня сзади и попытался завалить на пол. Я машинально ответил безопасным слабым ударом, выведя противника из строя без ущерба для собственных очков. Правда, термин «слабый удар» применим лишь к сопернику, который умеет падать. Тот, кто атаковал меня, этой техникой не владел, а потому приземлился отнюдь не мягко.

Я обернулся, посмотрел. Огромный злющий детина. Чтобы предотвратить новую атаку, мне пришлось взгромоздиться прямо на него.

– А ну слезь с меня, козел. А то убью.

С учетом такой перспективы было бы нелогично удовлетворять его просьбу. Тут подоспел еще один и попытался оттащить меня. Я помнил об угрозе Бандита Номер Один, но у меня не было иного выбора, кроме как обезвредить и Бандита Номер Два. Конечно, серьезно никто не пострадал, но создалась крайне неловкая ситуация. Меня уже терзали муки совести.

К счастью, появилась Рози.

– Рози! – удивленно воскликнул Главпиджак.

Очевидно, они были знакомы. Она перевела взгляд с него на меня и спросила:

– Профессор Тиллман… Дон… что происходит?

– Вы опоздали, – сказал я. – У нас тут возникла проблема социального характера.

– Ты знаешь этого человека? – спросил Главпиджак у Рози.

– Я что, по-твоему, угадала, как его зовут?

Рози вела себя агрессивно. Я подумал, что это, наверное, не лучший способ разрешения конфликта. Конечно, нам стоило извиниться и покинуть заведение. Похоже, в этом ресторане отужинать не судьба.

Вокруг нас уже образовалась небольшая толпа. Я подумал, что сейчас может нагрянуть еще один бандит, так что мне было необходимо высвободить одну руку, при этом не отпуская поверженных. В процессе высвобождения один из них заехал другому в глаз, так что страсти заметно накалились.

– Он напал на Джейсона, – добавил Главпиджак.

– И поделом. Бедный Джейсон. Вечная жертва, – ответила Рози.

Теперь я мог разглядеть ее. Черное платье безо всякой отделки. Черные ботинки на толстой подошве. На руках – коллекция серебряных браслетов. Ее рыжие волосы торчали вихрами-колючками, как новая разновидность кактуса. Мне уже доводилось слышать слово «сногсшибательная» применительно к женщине – но, пожалуй, впервые я и сам мог произнести его. И дело было даже не в наряде или украшениях и не в самой Рози – а скорее в общем эффекте. Неизвестно, сочли бы ее красавицей в традиционном понимании или хотя бы подходящей для того ресторана, который отверг мою куртку. «Сногсшибательная» – пожалуй, наиболее подходящий эпитет. Но то, что произошло потом, и вовсе сразило меня наповал. Рози достала из сумки мобильник и направила его на нас. Дважды сработала вспышка. Главпиджак бросился к ней, чтобы отнять телефон.

– А вот даже не мечтай, – сказала Рози. – Я такое устрою с этими фотками, что эти двое больше никогда не будут стоять на входе. Профессор надрал задницу вышибалам!

К нам подошел некто в поварском колпаке. Он что-то сказал мэтру и Рози, и она – видимо, получив заверения в том, что нам позволят тихо уйти, – попросила меня освободить пленных. Мы встали, все трое. Я поклонился своим соперникам – видимо, они охраняли заведение – и протянул им руки. В конце концов, они всего лишь работали и получили травмы на службе. Казалось, они не ожидали такого финала поединка, но тут один из них рассмеялся и пожал мою руку. Напарник последовал его примеру. Что ж, конфликт разрешился мирно, но у меня пропало желание ужинать в этом ресторане.

Я забрал свой велосипед, и мы вышли на улицу. Я ожидал, что Рози будет злиться, но она улыбалась. Я спросил, откуда она знает Главпиджака.

– Я когда-то работала здесь.

– Вы выбрали ресторан, потому что это место вам знакомо?

– Можно и так сказать. Просто хотела утереть им нос. – Она засмеялась. – Ну, может, не до такой степени.

Я похвалил ее за находчивость.

– Я работаю в баре, – сказала она. – И не просто в баре, а в «Маркизе Куинсберри». Уроды – моя профессия.

Я заметил, что если бы она пришла вовремя, то смогла бы употребить свои навыки общения и мне не пришлось бы применять силу.

– Ну тогда хорошо, что я опоздала. Дзюдо, да?

– Айкидо. – Мы пошли через дорогу, и я переставил велосипед так, что он оказался между мной и Рози. – Я занимаюсь и карате, но айкидо в данной ситуации было более подходящим.

– Да ладно! Наверное, сто лет надо учиться, чтобы освоить это искусство?

– Я начал в семь.

– И как часто тренируетесь?

– Три раза в неделю. За исключением болезней, национальных праздников и научных командировок за рубеж.

– А что вас подтолкнуло к этому виду спорта? – спросила Рози.

Я показал на свои очки.

– Месть ботанов, – понимающе произнесла она.

– С тех пор как я окончил школу, сегодня – первый раз, когда эти навыки мне потребовались для самообороны. Изначальная цель – фитнес. – Я слегка расслабился, и Рози, сама того не сознавая, предоставила мне возможность ввернуть вопрос из анкеты для проекта «Жена». – А вы регулярно посещаете спортзал?

Она рассмеялась:

– Зависит от того, что вы подразумеваете под словом «регулярно». Я самый неспортивный человек на планете.

– Но физические упражнения чрезвычайно полезны для здоровья.

– То же самое мне говорит мой отец, тренер. Постоянно агитирует меня. На день рождения подарил мне членскую карточку в спортклуб, где он работает. У него навязчивая идея, чтобы мы вместе подготовились к триатлону.

– Вам следовало бы прислушаться к его совету, – сказал я.

– Черта с два, мне почти тридцатник. Еще не хватало, чтобы папа указывал мне, что делать.

Рози сменила тему:

– Послушайте, я умираю от голода. Давайте съедим пиццу.

После пережитого мысль о ресторане была невыносима. Я сказал ей, что намерен вернуться к первоначальному плану на вечер – приготовить ужин дома.

– А двоих накормить сможете? – спросила она. – Не забывайте, за вами должок.

Тут она была права, но непредвиденных событий оказалось чересчур много для одного дня.

– Да ладно. Не буду наезжать на вашу стряпню. Сама-то я вообще готовить не умею.

Перспектива такого рода претензий меня совсем не волновала. Но в свете проекта «Жена» отсутствие кулинарных навыков было уже третьей ошибкой с ее стороны – после опоздания и отвращения к спорту. Я чувствовал, что назревает и четвертая: вряд ли ее профессия официантки и барменши подразумевает высокий интеллектуальный уровень. Похоже, продолжение знакомства не имело смысла.

Прежде чем я смог возразить, Рози остановила такси-минивэн, куда мог поместиться мой велосипед.

– Где вы живете? – спросила она.