Пролог

Парень открыл глаза и выдохнул. Изо рта выскользнуло облачко пара и тотчас осыпалось на землю инеем.

Перед ним стояла невысокая фигура, окутанная сиянием, и протягивала вперед дрожащую руку.

– Покорись мне, – прозвучал надтреснутый голос, – и послушно исполни волю мою.

– Хм, – вырвалось у Дениса.

Стоящий напротив человек решил, что это хороший знак, и продолжил:

– Сейчас ты возьмешь пистолет и пойдешь в тот дом, чтобы крушить врагов моих. Забери казну и убей всех, кто там есть. Принеси мне деньги. Выполни свой долг…

– Не помню, чтобы я занимал.

В ответ послышалось удивленное: «Что?» – и парень пояснил:

– Где расписка о долге? На каких условиях ваша организация предлагает кредиты?

Мужик даже икнул от неожиданности. Его голос мгновенно потерял силу и уверенность.

– Ты обязан мне подчиняться, – проблеял он.

– Нет, – с шальной улыбкой оборвал безумца парень. – Но пистолет я и впрямь могу использовать.

Он вынул из кобуры оружие и взвесил его в ладони. Палец привычно лег на спусковой крючок.

– Ты не можешь…

Мужик попятился, подхватив полы грязной рясы.

– Хочешь, проверим, что могу? – предложил Денис бедолаге, прицелился и коротко приказал: – Беги.

Ждать новой команды мужик не стал и рванул прочь, сверкая грязными пятками. Следом за ним вился светящийся дымок. Как бы князю не хотелось пальнуть ему в спину, он понимал, что убийство служителя культа в спину может дорого стоить семье. А потому вернул пистолет на место и лишь пронзительно свистнул, что заставило мужика завизжать.

– Беги, отче! И передай своим, чтобы не совались к Морозовым. Мы платим лишь те долги, которые и впрямь брали.

Как только незадачливый сборщик пожертвований скрылся за холмом, парень сплюнул и зашагал к дому старосты. В светящихся окнах покачивались тени. Дверь скрипнула, и на порог выглянул невысокий старичок. Наверняка того вытолкнули, потому что его не было жалко.

– Князь, – произнес он настороженно, – все в норме?

– Какая уж тут норма, если у вас на улицах всякое отребье шляется? – возмутился Денис. – Где дружинники? Почему на посту нет никого?

Старик облегченно вздохнул и смахнул испарину со лба. Потом вышел за порог и поклонился.

– Так ведь сбежали дружинники, стало быть. Третьего дня, как собрали пожитки и смылись.

– А жалованье забрали? – с подозрением уточнил Морозов.

– Да. – Старик активно закивал.

– Проверю, – сурово пообещал князь и поднялся по ступеням.

В избе было чисто и натоплено. От выбеленной печи исходил жар, и Денис скинул куртку. На столе стоял чугунный горшок, прикрытый льняным полотенцем.

– Откушайте с нами, княже, не побрезгуйте, – предложил староста, толкая вперед замешкавшуюся женщину в вышитом сарафане.

Та пихнула ногой крышку подпола и перехватила поудобнее темно-зеленую бутыль.

– Первач на ягодах, – гордо сообщила она и сдула со лба выбившуюся из-под платка прядь волос. – Сама готовила еще прошлой осенью.

– Благодарствую! Но с этим обождем. – Парень кивнул и усмехнулся. – И как давно к вам захаживают незваные гости?

– С неделю уже, как бродячий цирк остановился у соседнего городка, – подала голос девушка, выглянувшая из-за занавески.

– Брысь, – сурово шикнул на нее мужчина. – Уж простите, милсдарь. Дочка моя все сплетни собирает.

– Быть может, она и права. – Денис бросил на пол шутовской колпак, который нашел на дороге. – Я отправлю запрос в жандармерию, чтобы проверили циркачей. И подам в розыск дружинников.

– А что с ними не так? – осведомился староста.

– Раз они взяли жалованье, то должны были его отработать.

Супруга хозяина дома всплеснула руками и затараторила:

– Они ж аванс отработали. Зарплату токмо не успели забрать. Просто я запамятовала вернуть деньги на счет.

– Марфа, – покачал головой староста, – что ж ты…

– Значит, с этим все ясно, – не стал допытываться Морозов. – Новую охрану я наберу сам и пришлю к вам намедни с договорами. А сейчас, – он внимательно обвел глазами горницу, – где у вас точка доступа к интернету? Мне надо связаться со своим секретарем. А у телефона села батарейка.

За занавеской оказался коридор, ведущий во вполне современную комнату с привычной мебелью. Девушка в тренировочном костюме проводила гостя к столу, на котором стоял ноутбук.

– Ты почему так одета? – возмутился ее отец.

– Туристов нет, – возразила девушка и скрестила на груди руки. – Да и ночь уже. Мне так удобно.

– Оставьте меня, – попросил князь устало. – И приготовьте чай.

– Вы останетесь у нас с ночевкой? – выходя, уточнила дочка старосты.

– Нет. За мной приедет машина, – ответил Морозов, с неохотой отводя взгляд от ладной девичьей фигуры.

Оставшись один, он вошел в нужную программу и набрал пароль. Дождался, когда на экране появится знакомое лицо.

– Лилия, пришли транспорт, – попросил он.

– Что случилось? Где вы, князь?

– В деревне Морец.

– Решили отдохнуть от забот или вам приглянулись местные босоногие девки?

– У меня угнали мотоцикл и попытались манипулировать сознанием, – перебил он язвительную речь

– Кто посмел? – возмутилась секретарша.

– Похоже, какие-то случайные клоуны. – Парень потер лоб.

– Минут через пятнадцать за вами приедут. А пока рекомендую вам попробовать местную похлебку с лисичками и гренками. Туристы на форуме ее очень хвалят.

***

Князь ехал в сторону усадьбы и смотрел на проносящиеся мимо верстовые столбы. Урожденный ведьмак размышлял не о произошедшем недоразумении в деревеньке. Он думал о незавидном положении его семьи. После пропажи отца, князя Владимира Морозова, парню пришлось разбираться с долговыми расписками и закладными Синода, которые требовали оплаты. А банковский счет семьи, равно как и сейф, были почти пусты.

Туристические деревеньки, которые удачно располагались вдоль тракта «Золотой обруч», приносили стабильный доход, впрочем, как и пара торговых центров. Но денег этих хватало лишь на поддержание статуса и на оплату жалования слуг. Необходимо было найти выход и заключить пару выгодных контрактов.

Если дела пойдут так и дальше – родовое имение придется отдать по долговым распискам. Потом переехать подальше от элитного Снежинска в глубинку Империи. И привет, низкооплачиваемая работа по уничтожению упырей и ловли зазовок по запросам деревенских старост.

На крыльце особняка его ждала секретарша. Она завернулась в ажурную вязаную шаль, которая согревала ее в ранних весенних сумерках, и при виде хозяина шагнула вперед.

– Денис Владимирович, вам звонили из приемной великого князя.

– Что передали?

– Перезвонят с минуты на минуту. – Она махнула рукой в сторону открытой двери. – Великий князь желает говорить с вами лично.

Морозов нахмурился. В его душе шевельнулось дурное предчувствие, которое никогда еще не подводило. Денис никак не мог сообразить, зачем он понадобился великому князю. Дело было важным, раз ему звонил человек, который, по сути, имел в княжестве неограниченную власть. Но в то же время не настолько важным, чтобы почтить усадьбу Морозовых личным визитом. Или направить к Денису начальника жандармерии. В последнем случае Морозова даже не стали бы предупреждать. В ворота просто въехали бы черные машины с номерами охранки, и устроился обыск, а самого Морозова отправили в острог.

– Соедини, как только позвонят, – коротко распорядился он.

Парень направился в отцовский кабинет, который с недавнего времени стал его собственным. И только он сбросил куртку и закатал рукава рубашки – раздалась трель телефонного аппарата. Денис подошел к старому устройству, к которому прежний князь имел слабость, и поднял трубку.

Послышался щелчок переключения, после которого в динамике раздался хрипловатый мужской голос:

– Добрый день, Денис Владимирович.

– И вам не хворать, князь.

– Я звоню вам, чтобы выразить соболезнования семье. Утрата вашего отца – огромная потеря для ведьмаков.

– Благодарю, – осторожно ответил Денис. – Только…

– Согласно княжескому уложению, ведьмак считается умершим спустя два месяца после его исчезновения во время задания. Теперь главой семьи считаетесь вы, Денис Владимирович. Синод уже подготовил все бумаги. Церемонию проведут по всем почестям. За счет Синода, разумеется. Ваш отец верой и правдой служил на защите земель Империи.

Денис замолчал, понимая, к чему ведет правитель княжества.

– В течение недели представители Синода свяжутся с вами по поводу вашей лицензии. Не переживайте, мастер, комиссия про вас не забудет.

«Как же», – чуть не вырвалось у Дениса. Впрочем, говорить подобное вслух он не стал.

– Так что до встречи через неделю, мастер Морозов, – попрощался князь. – Берегите себя!

– Это мы еще посмотрим, – буркнул Денис, правда, после коротких гудков из динамика.

Морозов раздраженно швырнул трубку на рычаг. Только в этот момент он понял, что так и не сел в кресло, простояв все время напротив окна. Парень скрестил руки на груди. Закрыл глаза. В его голове лихорадочно зароились мысли, словно осы в потревоженном улье.

При самом хорошем раскладе у Дениса оставалась еще пара дней. В лучшем случае три. Потом Синод отберет у семьи лицензию охотников на нечисть. Что делать?

– Разрешите…

Робкий стук в дверь прервал размышления князя. Денис повернулся и взглянул на стоявшую в дверях девушку.

– Простите, что отвлекаю. – Секретарша склонила голову в коротком поклоне.

– Входи.

Та проследовала к столу. Немного замешкавшись, села в кресло напротив Дениса и положила перед ним пухлую папку.

– У меня не очень хорошие новости из канцелярии Синода, – начала она, распахнув кожаную страницу с вензелем.

Денис вздрогнул. Внутри похолодело, а волоски на затылке зашевелились. Неужели комиссия выделила время и решила?..

– Рейтинг семьи Морозовых упал на семнадцать пунктов, – продолжила секретарь, выкладывая перед начальником графики.

Денис с облегчением вздохнул. Нет, новость и правда была паршивой. Пару дней назад Морозов, возможно, даже расстроился бы. Рейтинг народной любви сильно убавит зарплату от Синода и снизит цену контрактов. Но теперь это вызвало лишь легкую улыбку, которая поставила девушку-секретаря в тупик.

– Мастер, – уточнила она, – все в порядке?

Денис вздохнул.

– Нет, Лилия. Все не в порядке. Князь сообщил о том, что отца официально признали умершим. Синод скоро проведет похороны. А затем отправит к нам комиссию.

Лилия удивленно подняла бровь.

– Но обычно никто не следует этому правилу двух месяцев, – пробормотала она. – Правило устаревшее, по сути, формальное.

Морозов кивнул.

– Нас хотят лишить патента. А затем устроить конкурс, который превратят в шоу. Впервые за тысячу лет семья высшего круга потеряла всех бойцов. И последний из рода должен выбрать, к кому примкнуть и принести клятву верности.

Денис скривился и едва сдержался, чтобы не выругаться. Отец бы не одобрил такого поведения. Он бы нашел выход из любой ситуации.

– Да, шоу и правда выйдет потрясающим, – после недолгого молчания произнесла секретарша. И тут же поправилась: – Простите, князь! Я не то имела в виду. Хотя вариантов сохранить патент немного. Из ваших близких родичей остался только…

– Пока я жив, он никогда не выйдет из своей темницы, – отрезал Морозов. – У меня есть другая идея…

– Она должна быть гениальной, мастер. – Девушка внимательно посмотрела на него, ожидая продолжения.

– Нам нужно найти астрального двойника. Того, кто сможет примкнуть к моему роду и стать частью семьи, – спокойно продолжил парень. – И мне кажется, я нашел нужный ритуал в записях отца.

– Ваш отец не одобрил бы подобного.

– Тогда ему не стоило умирать, – резче, чем собирался, ответил Денис. – А если он жив, то я с удовольствием обсужу с ним свое решение. Позже.

Глава 1. Перемещение

Я с трудом поднял веки, осматривая комнату. На глаза словно накинули пелену, отчего изображение было размытым и нечетким. И мне стоило немалых усилий, чтобы сфокусировать взгляд.

– Кажется, он пришел в себя.

Надо мной с обеспокоенным видом склонилась девушка в белом халате. Очень миленькая, стоит отметить. Русые волосы, собранные в хвост, большие голубые глаза в обрамлении длинных ресниц, чуточку пухлые губки.

И теперь, когда она склонилась так низко, мне открылся прекрасный вид, скрывающийся за распахнутым воротом халатика. Образ роскошной груди в кружеве белья совершенно загипнотизировал и зачаровал меня, лишив желания задавать вопросы. Девушка заметила это, но халат запахивать не стала. Мне же лучше.

– Где… я?

Слова дались мне тяжело. Язык будто распух и с трудом ворочался во рту. Да и в целом я чувствовал себя погано. Тело скрутила вязкая слабость и ломота. Вдобавок к ней меня бил крупный озноб. Зубы стучали так, что казалось, вот-вот раскрошатся. Несмотря на это, я попытался подняться. Тут девушка меня удивила: неожиданно сильно прижала ладонями за плечи к кровати и с легкостью вернула меня на место.

– Успокойтесь, все хорошо. Сейчас вам нельзя вставать.

Я повернул голову, чтобы осмотреться. В кресле у входа сидел молодой человек. Высокий, с длинными ногами, обутыми в армейские ботинки. Лицо незнакомца скрывала тень. Он откинулся на спинку кресла и, скрестив на груди руки, наблюдал за происходящим. Девушка обернулась и вопросительно посмотрела на него. Но парень лишь покачал головой. Медсестра недовольно поджала губы и промолчала. Мне не пришелся по вкусу этот молчаливый диалог, потому как касалось это непосредственно меня.

Гость же встал с кресла и направился к выходу. Он мотнул головой, приглашая девушку присоединиться к нему. Та с сомнением повела плечами, посмотрела на меня. Но потом последовала за парнем, прикрыв за собой дверь. Из-за створки послышались приглушенные голоса. Я с трудом приподнялся на кровати, чтобы послушать, о чем они говорят.

– На нем метка, мастер Денис…

– Это плохо. Значит, кто-то так рвался домой, что решил воспользоваться родичем. Ну, ничего. Сила…

– В нем нет Силы, – перебил его мелодичный голос. – Обычный человек.

Парень тихо выругался.

– Никогда не слышал о таком. Как он прошел через портал без каких-нибудь сил?

– Может, Сила в нем и есть, но она не раскрылась, – с сомнением возразила собеседница.

– В таком возрасте? Ему на вид лет восемнадцать. Он должен был уже владеть Силой.

– Но ее нет.

– И на кой тогда его прислали? Он бесполезен.

Послышался глухой звук удара, словно кто-то пнул стену подошвой тяжелого ботинка. Я догадался, кто мог так поступить.

– Так что? Оставим его? – нетерпеливо уточнил девичий голос.

– Как будто у нас есть выбор. – Ответ был раздраженный. – К нам приезжает комиссия из Синода. Нужно будет кого-то им показать. Иначе семье конец.

– И что мне делать? – почти жалобно спросила девушка.

– Поставь его на ноги. А дальше будем думать, как поступить…

– Уверены? Мне кажется…

Голоса стали совсем уж неразборчивыми, и как я ни напрягал слух, так и не смог разобрать ни одного слова.

Я упал на подушку и со стоном прикрыл глаза. Итак, я попал куда-то, выбравшись из обезьянника. И зачем-то оказался нужен какому-то «мастеру Денису». Желательно, живым. До тех пор, пока не прибудет комиссия Синода. Звучало не просто странновато, а скорее бредово.

Единственной дисциплиной, которую я не прогуливал в институте, была история государства и права. Потому я помнил, что Синод был высшим органом Русской православной церкви. Учредил его вроде бы Петр. А после революции Синод был упразднен. Это означало, что Синод никак не мог прислать комиссию. Не в нашей реальности.

Вот только все происходящее не напоминало розыгрыш. Я мог бы объяснить вид этих странных людей, но как оправдать их диалог, который они пытались от меня утаить?

Путешествия в прошлое невозможны. Неужто я попал к каким-то сектантам? Как пить дать – дежурный продал меня им для ритуалов. Сейчас этой погани на улицах развелось видимо-невидимо. Вон, в заброшенных стройках каждый день трупы находят. Иногда я почитывал статейки на эту тему, и часть вбросов вполне могла быть основана на реальных событиях. Конечно, в оборотней или ведьм я не верил, ведь не был наивным идиотом. А вот уродов, которые пытаются развести бедолаг и отобрать имущество, сейчас хватает. Опоят какой-нибудь гадостью, введут в транс и заставят отписать ордену черно-бурого божества квартирку и правую почку в придачу. Невольно содрогнулся и попытался ощупать поясницу. Вдруг уже вырезали? Неспроста же мне так хреново. Но кожа была целой, и я выдохнул с облегчением. Потом вспомнил рассказы прапорщика о восточных гаремах, и рука метнулась к самому ценному. К счастью, евнухом меня также не сделали.

Дверь открылась, и в комнату вернулась девушка в медицинском халатике, которая недавно разговаривала с Денисом в коридоре. В руках она несла металлический лоток, на котором стояла пиала. Медсестра подошла к кровати и поставила ношу на стол. Взяла посуду и склонилась надо мной.

– Осторожно. Надо принять лекарство, – ласково пробормотала она, протягивая мне напиток.

Я отстранился. Плотно сжал губы. Чем они собрались меня потчевать? Мало ли какой гадости намешал местный знахарь? Глядишь, от нее я еще быстрее кони двину. Нет, на такое я не подписывался.

– Это полезное, – пояснила девушка, заметив мое замешательство. – Снадобье снимет эффект перехода. И смягчит последствия метки. Пейте.

Но я только мотнул головой. Точно сектанты! Метки у них какие-то. Переходы. Знавал я одну такую бабу, которая толковала про странное место, хоровод сил, драконов, что проникают в наш мир из астральных измерений… Нет уж, вашу гадость я пить не собираюсь. Опоите и заколете на алтаре, наркоманы проклятые.

Девушка недовольно нахмурилась. А затем сурово произнесла:

– Или вы выпьете добром, или мне придется применить Силу.

От этого заявления я едва не расхохотался. Силу? Она себя видела? В ней же килограммов пятьдесят.

Незнакомка выпрямилась. Отбросила ото лба непослушную прядь пшеничных волос. А потом быстро произнесла несколько слов на незнакомом мне языке и указала на меня тонким пальчиком. Я успел усмехнуться, но сразу после этого тело охватила странная слабость. Веки вдруг стали свинцовыми. Я попытался пошевелить рукой, но состояние было таким, словно каждую косточку в моем теле превратили в кисель. И я с ужасом осознал, что тело стало ватным и отказалось слушаться.

Девушка снова склонилась. Надавила на подбородок, открыв мой рот, и осторожно влила в него травяной отвар. Потом выпрямилась и с неуместной заботой погладила меня по голове.

– Пойми, это для твоего же блага. Сейчас ты заснешь. А проснешься совсем другим человеком.

Последние слова я понимал смутно. Другим становиться мне не вовсе не хотелось. Меня вполне устраивал настоящий я! Михаил Морозов!

Сознание меня покинуло. Кровать подо мной исчезла, и я полетел в бездну…

***

Я пришел в себя от пронизывающего холода. Зябко поежился и осмотрелся по сторонам.

Находился я в местечке, в котором никогда бы не оказался по собственной воле. Я стоял посреди церкви. За высокими окнами с цветной мозаикой из кусочков стекла было темно. Большое помещение скудно освещалось лишь висящими на цепях лампадами. Робкое пламя выхватывало из тьмы образы суровых ликов святых. И казалось, что они смотрели на меня с осуждением. Я ощущал себя лишним и подумал, что не должен здесь находиться.

– Новый ищущий, – послышался шелестящий голос.

В темноте раздался удар трости о доски пола, а затем ко мне шагнул бородатый сгорбленный старец в светлой рясе. Он тяжело опирался на суковатую палку.

Монах посмотрел на меня из-под кустистых бровей. Не враждебно. Скорее с интересом. Но мне с трудом удалось выдержать пристальный взгляд выцветших глаз. Показалось, он заглянул мне в душу, копаясь там и вытаскивая наружу самые потаенные секреты.

– Нездешний, значит, – с пониманием кивнул он, – покона не знаешь. Ну, шанс все равно есть.

– Где я?