Эпизод 2. Лачуга Михаила

Марк в этот вечер был одет в олимпийку цвета российского флага фирмы Reebok, спортивные чёрные брюки и белые кроссовки Bona. Наш герой шел с задумчивым видом, наполовину слушая своих товарищей и поддакивая им, наполовину – думая о сегодняшней приятной встрече.

– Марк, я тебя редко таким задумчивым вижу! Классно ведь играли, в чем дело? – поинтересовался Михаил.

– Да так, Мишка, есть одна мысля.

– И какая это? – спрашивал тот же.

– Ах-х ты, разбежался, шпион: я тебе так просто не дамся! – воскликнул шутливо Марк.

Тогда Мишка бросил баскетбольный мяч, который он все это время, идя, попеременно крутил в руках, и бросился бороться с Марком. Марк толкнул атакующего, но борец кинулся снова, тогда Марк сказал, в шутку пытаясь сопротивляться: «Ладно, хорош, зверь, мне одна девчонка приглянулась, вот о ней и думу думаю».

– Да я ж так и знал… То-то же…– победоносно отступил Мишка.

– И я даже знаю, кто так запал в твое сердце, о, рыцарь бедный! – возвышенно продекламировал Радик.

– Да ясен пень, всех девчонок Марк и до этого знал, но романтическая любовь, как в книжках, возникает только с первого взгляда… Ну а Марк у нас иногда любит что-нибудь сморозить литературное – романтик налицо. Поэтому романтическая влюбленность ему очень кстати. А поэтому этой самой девушке и-имя-я…

– Да, вы отгадали, детективы этакие… – прервал Мишку Марк.

– Э-это-о – Саша! – закончил Михаил.

Марк покраснел в эту секунду.

– Да, да! Это точно так! – чуть было не запрыгал Радик, маяча перед лицом Марка, отчего последний чуть было не сдвинул его со своего пути, да Радик в этот момент уже успел отскочить, смеясь по-дружески.

Вечернее небо тускнело все больше. Но там, где ходили трое, было светло от фонарей. Вот справа показалась черная девятка с музыкальным апгрейдом, который давал о себе знать в это время, когда большинство обычно уже приготовляются ко сну. В машине сидела девушка с длинными красными ногтями, бегло переписывающаяся с кем-то по телефону, какой-то молодой короткостриженый худощавый парень лет шестнадцати, видимо, выбирающий музыку и одновременно парящий вейп, а у самой машины стояли еще трое юношей в спортивной одежде. Всем не больше двадцати и все они дожидались какой-то Светки, что было слышно из их телефонных переговоров.

– Светка, слышишь музло? Вчера поставили новый сабвуфер, жарит только так!.. – говорил какой-то парень с длинными по плечи волосами, с кепкой на голове, а слов Светланы не было слышно. – Чего? Еще пять минут? Давай скорее, клуб не ждет!

– Эй, умники, дайте поспать! – крикнул случайный мужик из какого-то окошка пятиэтажки в этот момент.

– Ещё чего! – крикнул парень шестнадцати лет, сидящий в девятке, и чуток даже прибавил громкости, а затем качал головой в ритм музыки.

Небо становилось все темнее и темнее.

– Блин, пацаны, погнали зайдем в магаз, возьмем газировки, а то у меня дома только чай, а это такой напиток, не для настоящих мальчишников… – предложил Мишка.

– Непременно! – согласился Марк.

– Только если для мальчишника! – значительно сказал Радик.

Слишком пусто было в магазине в это время.

– Давайте колы возьмем? Классика…

– Давайте, не люблю долго что-либо выбирать! – согласился Радик.

Выходя из магазина, парни заметили, как трое мужиков, видимо, спустившись из этой пятиэтажки, быстро разобрались с молодежью и та звук поубавила значительно. Во всяком случае, музыку теперь можно было услышать очень приглушенной и только на расстоянии в десять метров с учетом закрытых дверей.

– Классная тактика, – подметил Марк.

Спустя минут семь все трое очутились в лачуге Михаила. Это была двухкомнатная квартирка в одной из пятиэтажек на второй по благоустройству улице в городе. В этой пятиэтажке на каждом этаже имелись какие-нибудь настенные надписи по типу «Ваня, я тебя люблю!», «Здесь был Толя», «2022», «Цой жив!», потом какие-нибудь рисунки из американских мультсериалов, нецензурная лексика и что-то на китайском, а на первом и третьем этажах вообще не было света и Радик раз даже напугал своих товарищей, громко закричав, но все трое сразу же вбежали на нужный этаж к Мишке в квартиру, чтобы не наткнуться на проснувшихся.

Мебель в комнатах была советская, но Мишка не обращал на интерьер особого внимания, а потому не считал нужным что-то менять. Пройдя в его комнату, Марк запомнил её так: размер три с половиной на пять метров площадью, к левой стене от двери прислонилась акустическая гитара с двумя наклейками в виде крестика и белого сердечка, подле нее располагался средних размеров шкаф с вещами и, видимо, бумагой для черчения, справа от входной двери располагались кровать и тумбочка для всяких мелочей. А прямо от двери открывалось широкое окно в город, перед которым раскинулись письменный стол и стул. Везде была разбросана исписанная бумага, на стенах были расклеены плакаты любимых музыкантов Мишки и его рисунки, кое-где на скотч были приклеены листки с записанными идеями на будущее, а на самом столе располагалась настольная электролампа, пк, стопка исписанных листов А4, кожаная папка для хранения небольшой стопки бумаги, скомканные листки, кружка с пакетиком черного чая Richard и пара черных ручек.

– Ну вот и моя конура. Радик-то уже был разок и все уже видел, а вот ты, Марк, пришел впервые. Мне даже, если честно, нравится мысль, что ты застал мою комнату в таком творческом беспорядке. – Марк добродушно усмехнулся. – Но это ничего, подожди чуток, я уберу бумагу хотя бы с пола, покажу идейку и пойдем что-нибудь посмотрим.

Пока Мишка поднимал с пола листы и укладывал их в стопки, наскоро раскладывая по своим местам, Марк взглянул через широченное окно на небо. Вдруг какой-то странный голубь, видимо, сидящий все это время на оконном отливе, тюкнул клювом в окно и поспешил улетать.

– Напугал голубок. Шпионил, что ли? – поинтересовался вслух сам у себя Марк.

– Чего там? – заинтригованно спросил Мишка.

– Да голубь, бро. Что-то он твои идеи, наверное, подсматривает. – отвечал Марк.

– Ха-ха-ха, очень да-же мо-жет быть.

Радик в это время осматривал рисунок Мишки, где тот нарисовал то ли ангела, то ли полуангела-полудевушку, воскрешающую какого-то падшего в лужу рыцаря.

Небо, тем не менее, было уже почти совсем темным, и только за счет фонарей можно было разглядеть, что на улице в это время уже почти никто и не ходил. Только изредка встречалась молодежь.

– Короче, пацаны, бегом сюда, я отыскал свой проект. – И здесь Михаил развернул лист для черчения, на котором в общих чертах была обозначена карта города, поделенная на круговые секторы. – Смотрите, моя игра будет в стиле Hide and Seek, то есть в стиле пряток, но с крутыми пасхалками. Как вы уже видите, за основу локаций я взял некоторые, особо значимые для моей жизни и для жизни города тоже, места. В начале игры все желающие участвовать в прятках будут голосовать за определенный сектор города. Через, скажем, пятнадцать секунд голосование завершится и подведутся итоги – какая локация собрала больше голосов, на той и будут прятаться наши игроки!

– Интересная идея, но ведь лучше так вживую поиграть, не правда ли? – сказал Марк.

– Да ну, идея круть! Сейчас же это, самая настоящая цифровизация! Во! – поддержал идею Мишки Радик.

– Да нет, послушайте, ребят. Игра будет заточена не только на одном удовольствии, но и на увековечивании памяти о части нашего детства! – парировал Мишка.

– Ну точно! Я, допустим, захочу лет через пятнадцать-двадцать зайти в твою игру, а у нас, допустим, метро сделают или машины будут летать, – так я и увижу весь прогресс, сравнив игровые локации с реальными местами. Ладно, друг, если честно, идея очень здоровская! – заключил Марк.

Радик аж захлопал.

– Ладно, захвалили вы меня уж больно. Погнали фильм посмотрим что ли, только для настоящих мужиков!

На одном из телеканалов шел «Бойцовский клуб». На нём парни и остановились.

– Ёлки-палки, да у этого мужика… – начал было Радик.

– Да враньё это всё.. – отрезал Мишка.

– Не, а всё-таки интересно, может ли так?

Мишка глянул на ошеломленное лицо Радика и разразился заразительным смехом. Оба его приятеля подхватили эту смешинку. Есть такие люди, конечно, которые заражают своим смехом.

«А что сейчас делает Саша, интересно…» – подумал резко Марк.