Цитаты из книг автора «Ги Меттан»

Почему политика государства подлежит критике только тогда, когда дело касается России? Почему не критикуют шаги, предпринимаемые Брюсселем, Вашингтоном или Киевом?

Когда Россия решила вернуть себе Крым, Евросоюз поднял крик; а когда в 1991-м речь шла о расчленении Югославии – не проронил ни слова. Получается, что русскоязычное население Донбасса и Крыма весит меньше на весах прав человека, чем народы бывшей Югославии? Или возьмите абхазов и южных осетин: у них что ли было меньше права на жизнь, чем у косоваров, когда их вырезали грузины во время погромов 1989 и 1992 годов?

данный референдум подтвердил результаты предыдущего, организованного украинскими властями совершенно законно 12 января 1991 года. В том референдуме приняло участие 81,37 % населения и 94,3 % всех голосующих высказались за восстановление независимой крымской республики и подписание ею нового союзного договора, предлагавшегося Горбачевым. Результаты двух референдумов приблизительно одинаковы. Но в обоих случаях мировая общественность с Соединенными Штатами во главе поспешила объявить, что не признает эти референдумы легитимными. Так, в феврале 1991 года по наущению Джорджа Сороса, украинская Рада пересмотрела принятое решение и в спешном порядке утвердила закон, опровергающий правомочность крымского референдума.

Почему считается, что Россия, проведя референдум в Крыму, попрала международное право, а Европа, санкционировав отделение Косово, – нет?

Почему в наших газетах, на радио, на телевидении никогда не задают вопросов о законности, об оправданности и, главное, о необходимости военных интервенций Запада? Зато мы без удержу клеймим попытки стран, которые мы считаем второстепенными, защититься от вторжений

антироссийский условный рефлекс так хорошо отработан, что со стороны России даже не требуется никаких действий, чтобы его спровоцировать.

русофобия сродни расизму: во что бы то ни стало принизить «другого», чтобы сподручней было над ним властвовать.

Ненавидеть Путина (или Обаму) – это полагать, что без них мир превратился бы в рай.

В Латинской Америке, Африке и Азии немало государственных лидеров, опасающихся, как бы конфликт между Западом и Россией не закончился в пользу Запада, потому что в этом случае они останутся с ним один на один.

России до сих пор не перестают инкриминировать преступления Сталина – в то время как преступления французской армии давно забыты, а Германии прощены ужасы нацизма.