Я мечтал и убаюкивал себя, вместо того чтобы завоевывать ее, бороться за нее и навсегда завладеть ею! Мне вспомнилось все, что она говорила о настоящей любви, сотни тонких увещаний, сотни тонких приманок, может быть, обещаний – что я из этого
время от времени меня охватывала от этого счастья глубокая грусть, ибо я знал, что долго оно длиться не может. Мне не было суждено дышать легко и вольно, мне нужны были мука и гонка. Я чувствовал: однажды я очнусь от этих прекрасных видений любви и буду один, совсем один в холодном мире иных, где мой удел – только одиночество и борьба, но не
все люди готовы совершить невероятное, когда под угрозой оказываются их идеалы. Но никто не отзовется, когда новый идеал, новый, может быть, опасный и жуткий порыв только начнет подавать голос.
лилось в ночь добросовестно заученное веселье молодости. Везде совместность, везде скученность, везде отлынивание от судьбы и бегство в теплую стадность!