а рядом шествовали Гамлет и Офелия в венке, прекрасные символы всех печалей и всех недоразумений мира
тихо и задумчиво топящими в вине свои обанкротившиеся идеалы, такими же степными волками и беднягами, как я;
себя не раз называл, зверь, который забрел в чужой непонятный мир и не находит себе ни родины, ни пищи, ни воздуха.
А то, что в редкие мои часы радости бывает со мной, то, что для меня – блаженство, событие, экстаз, воспарение, –
м и жалким отшельником в мире, ни одной цели которого я не разделяю, ни одна радость которого меня не волнует
Это и есть искусство жить, – говорил он поучающе. – Вы сами вольны впредь на все лады развивать и оживлять, усложнять и обогащать игру своей жизни, это в ваших руках.