От книги я испытал сильное разочарование. Ничего особенного я от нее не ждал, потому что не помню, с чего вдруг решил ее прочитать, и совершенно не знал того, как она вообще воспринимается читательской публикой. В результате поначалу я был в полном восторге. Замечательный плотный слог, когда от авторского языка получаешь массу удовольствия, уникальная, захватывающая образность, многоголосое построение повествования с жесткой структурой, которая удерживает внимание к рассказу несмотря на многочисленные скачки по времени.
Да, первая половина была хороша, даже - не буду преуменьшать - отличной, но с середины начались вкрапления махровой перестроечной публицистики, поначалу их было мало, и можно было игнорировать их, но чем дальше, тем больше, и вот это уже не вкрапления, а абзацы, а потом целые страницы, а вот и сюжета уже нет, а одно сплошное.
И да, я понимаю, что книга вышла в середине девяностых, и Георгий Владимов диссидент, и внезапно стало можно и модно писать вот именно это, ранее запрещенное и табуированное, и пепел Власова стучал автору в сердце. Что он еще мог написать, варясь в эмигрантской эхо-камере?
Владимов пишет не о той войне, которая была, а о той войне, представление о которой оформилось в головах у определенной прослойки нашей интеллигенции. Я даже не буду перечислять все многочисленные фактические ошибки - с ними проще ознакомиться в рецензии DollakUngallant.
И проблема не в том, что Владимов подает как факты множество стремных мифов вроде "кукушек", привязывавших себя к верхушкам деревьев - в конце концов, глупости эти проговариваются персонажами, и подобные мифы вполне естественны для войны, порождающей множество разнообразных слухов и легенд.
И даже не в том, что в книге много откровенного вранья - во многих местах от этого можно отмахнуться (хотя стоит отметить, что яростное сопротивление власовцев, в нашей с вами реальности сдававшихся целыми подразделениями при первом же удобном случае, относится к плацдарму в Мырятине - осевому эпизоду романа, который выдернешь - и все посыпется) или воспринимать как художественное превеличение.
Проблема в другом - как только начинается эта диссидентская чернуха, где немцы богатыри не мы, а советские генералы ведут себя как мафиози, качество романа стремительно начинается ухудшаться. Плотный слог первой половины во второй становится рыхлым, четкая структура превращается в шаткую конструкцию, с трудом выдерживающую вес разоблачительного пафоса, попытки автора вложить свои собственные диссидентские мысли никогда не воевавшего интеллигента в головы советских солдат лишают повествование естественного правдоподобия, а стремная концовка вызывает тот самый испанский стыд. И отличная книжка становится... ну, в лучшем случае неплохой.