Глава 2
Академотпуск на войну

Зимняя сессия 2014 года для Максима Полевого прошла не столько в учебе, сколько в мучительном ожидании развязки кровавого националистического Майдана в Киеве. Причем сопереживал он, да и многие студенты и знакомые преподаватели, не только за судьбу Крыма и Севастополя, но и всего юго-востока Украины. Жили там, между прочим, не так уж и далеко от Воронежа, абсолютно русские – и по языку, и по духу, и по культуре – люди. Харьковщина, Донбасс, Херсонщина, Николаевщина и «жемчужина у моря» – Одесса.

В один из дней в кабинет заведующего военной кафедрой Воронежского университета постучал студент-радиофизик Максим Полевой.

Офицер, подполковник ПВО Филимонов, поднялся из-за стола и прошелся по кабинету. Внимательно поглядел на студента.

– Значит, Макс, хочешь ехать добровольцем в Донецк? Участвовать, так сказать, в протестном движении Новороссии… Это, конечно, похвально! Вот только ты задумывался: а кем ты там будешь?

– Мне все равно – хоть простым бойцом!..

– Ну да, конечно! – не скрывая сарказма, усмехнулся подполковник Филимонов. – Прошлым летом ты сдал зачеты на полигоне по управлению новейшим комплексом «Панцирь-С1», получил погоны лейтенанта и теперь хочешь идти простым рядовым-добровольцем и участвовать в митингах и вооруженных протестах в Донецке против бандеровцев?!

– А что вы предлагаете, Федор Дмитриевич?

– Я предлагаю встретить врага во всеоружии и на подготовленном рубеже обороны! Сейчас формируется Отдельный зенитный ракетно-пушечный дивизион. Из добровольцев, – особо подчеркнул подполковник. – Для защиты от атак с воздуха критических объектов инфраструктуры Донбасса. Меня назначают командиром этого дивизиона. Пойдешь ко мне служить?

– Да хоть простым рядовым! – порывисто вскочил с места Макс. – Действительно, почту за честь!

– Ну, простым рядовым я тебя сам не назначу, а вот оператором боевой машины – вполне. Твои оценки я знаю, сам зачет принимал, а потом еще и характеристику на кафедру писал… Только ты учти – мы на войну едем! По сравнению с тем, что нам предстоит, полигон, где ты был, – просто пионерлагерь. Да и служить под моим началом будет ой как непросто!..

– Федор Дмитриевич, я твердо решил.

– Ну, раз решил, лейтенант Полевой, тогда добро пожаловать в Отдельный дивизион.

* * *

Вновь сформированное подразделение ПВО разместилось на территории действующей части – так, чтобы не привлекать особого внимания и нездорового интереса. С армейскими порядками, спасибо военной кафедре родного универа и полигону, Макс уже был более-менее знаком. В принципе, ничего страшного: если ты нормально относишься к окружающим, то и к тебе отношение соответствующее. Бывают, конечно, разные люди, но тут уж – будь добр отстоять свое мнение! Не в институт благородных девиц попал…

Вообще-то действительно, армия сильно огрубляет людей, но все же новоиспеченный лейтенант Полевой служил в Воздушно-космических силах России, а здесь имелась весьма серьезная интеллектуальная составляющая. Не только офицерский состав, но и солдаты зачастую имели высшее образование, а уж среднее техническое – практически все. По-другому и быть не могло, ведь они отвечали за новейшую и сложнейшую боевую технику. Конечно, без виртуозного и весьма образного русского мата тоже не обходилось – куда ж без него. Но на досуге, который, к слову, выпадал довольно редко, можно было поговорить, например, и об особой философии романа Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита».

В Отдельном зенитном дивизионе подобрались совершенно особенные ребята. Они обсуждали современные книги и фильмы, увлекались компьютерными играми, но при этом оставались патриотами. Молодые офицеры добровольно и абсолютно обоснованно сделали свой выбор. В этом прослеживалась и четкая гражданская позиция: «Если не я, то кто защитит Родину? Кто поможет русским людям в Донбассе выстоять против националистов-бандеровцев и откровенных неонацистов?!»

* * *

Офицеры Отдельного дивизиона жили в общежитии и питались, как и все, в офицерской столовой воинской части. Кормили там, кстати, довольно вкусно. Солдат разместили в одной из казарм, благо в построенном еще в советские времена, с размахом, военном городке места хватало и для людей, и для новой техники.

Правда, выход в город для них оказался пока под запретом. Так решили отцы-командиры из соображений секретности.

Тут же, в «общаге», все и перезнакомились.

– Так, значит, ты сам, добровольно, из универа ушел служить в армию? – поинтересовался один из ребят, тоже лейтенант.

– Да, из магистратуры, сразу после зимней сессии, – уточнил Макс.

– Ну, ты даешь, магистр! – рассмеялся лейтенант. – Меня Игорь Сычев зовут, командир боевой машины. Мне толковый оператор нужен, пойдешь в боевой расчет?

– Пойду. А ты, я так понимаю, кадровый?

– Так точно! Ярославское высшее военное училище противовоздушной обороны, а сюда – специально рапорт написал, чтобы добровольцем пойти. Мы своих, там, в Донбассе, бросать не должны! – многозначительно ответил Игорь.

– Ну, я попроще буду: всего лишь военная кафедра Воронежского университета, но «Панцирь-С1» освоил на уровне командира боевой машины.

– А по гражданской специальности ты кто?

– Физик, радиоэлектроникой занимался.

– О, класс! Хорошо, что технарь, а не гуманитарий, – оценил Игорь. – Сработаемся!

Третьим в их экипаже был водитель боевой машины сержант-контрактник Сашка Лысый.

– Если что, товарищи лейтенанты, это не прозвище, а моя настоящая фамилия, – пояснил сержант.

– Ладно, тебе и никакого прозвища или позывного не нужно, правда, Магистр?

– Правда, Сыч! – в тон командиру комплекса ответил его оператор.

Управлял 30‑тонным