Машина и правда была красивая, ее хотелось рассматривать, как редкую игрушку. Правда, вместе с этим негласный мужской кодекс подсказывал, что слишком сильно пускать слюни не стоит.

Сережа обошел машину по кругу и сел на пассажирское сиденье.

– Нормальный аппарат, – сказал он небрежно. – Низковат только. У меня газонокосилка на даче и та выше. Как ты на ней ездишь – привык уже?

Подобно резвящимся щенкам, они с Лехой привыкли дружески «покусывать» друг друга, кидая в разговоре разные колкости – это была мальчишеская игра, и Леха был в ней мастер. Но в этот раз Сережа напрасно готовился принимать ответную стрелу.

Леха молча сел за руль, неспешно пристегнулся, повернулся к Сереже, и, выждав еще секунду, тихо и как-то очень искренне сказал:

– А я на ней не езжу, бро. Я летаю. Сейчас покажу.

Через две минуты они остановились на разделительной полосе около триумфальной арки, и Сережа открыл дверь: его тошнило.

– Прости, резковато получилось, – сказал Леха, доставая из бардачка салфетки. Я просто сам привык уже. Хотел тебе показать.

– Ясно, – вытираясь, сказал Сережа. – Спасибо за аттракцион. А просто ездить ты еще умеешь, или теперь только летаешь?

– Понял-понял, – Леха поднял руки. – Поедем тихо, как старперы на Москвиче. Ты, кстати, так и не сказал, куда мы едем.

– Вот именно. И на хрена, ты, спрашивается, тогда полетел???

– А на хрена ты меня подколол своей газонокосилкой? – Леха весело ему подмигнул. – Думаешь, я не заметил?

Его легкость подействовала на Сережу обезоруживающе. Это было что-то новое. Раньше Леха так себя не вел.

– Ну подколол, – признал Сережа после паузы. – Только ты перестарался с полетом.

– А чего ты не сказал, что тебя укачивает? Только орал чего-то невнятное.

– Я орал только в самом начале, чтобы ты ехал потише, а потом я держал рот закрытым, чтобы не заблевать тебе салон.

– Прости, – смеясь, сказал Леха. – Так чего – куда едем – вперед-назад?

– Давай на Патрики, там много кафешек. Надо развернуться, здесь нельзя, поехали пока вперед, я покажу.

– Я лучше сам покажу, – сказал Леха тихо, быстро ткнул какую-то кнопку на панели и подобрался, как перед прыжком. Прежде чем Сережа успел сообразить, что он задумал, машина со свистом развернулась почти на месте и тут же рванула вперед, слившись с обратным потоком.

– Да хорош уже, – процедил Сережа, чувствуя, как у него сводит мышцы челюсти. Видимо, он рефлекторно ее напряг по время резкого неожиданного маневра.

– Эхх. Поспешил чуток, – поморщился Леха, глядя в зеркало.

Раздался звук полицейской «крякалки», и сзади возник белый мерседес с включенной мигалкой.

– Долетались, – проворчал Сережа. – Торгуйся на месте, а то можно лишение схватить за такой разворот.

– Не переживай, сейчас все решим, – спокойно и даже расслабленно сказал Леха. Похоже все происходящее его ничуть не тревожило. Они остановились на разделителе, наблюдая в зеркала, как к ним приближаются вышедшие из мерседеса полицейские.

Тот, что был с Лехиной стороны, коренастый мужчина лет сорока в капитанских погонах, скороговоркой представился.

– Вы что себе позволяете? – раздраженно спросил он. – Здесь вам не ГТА. Права и документы на машину.

Леха понимающе кивнул.

– Виноват, товарищ капитан, – сказал он, протягивая какое-то удостоверение.

Раскрыв темно-красную книжечку, капитан поднес ее ближе к глазам и вдруг странно вздрогнул. По лицу его пробежала короткая судорога, а само лицо приобрело растерянное выражение. Он покачнулся, словно потерял равновесие, непонимающе огляделся и посмотрел на своего напарника.

– Чего? – спросил тот.

– Ничего, – пожал плечами капитан. – Возьмите, – протянул он книжечку Лехе.

– Благодарю, – улыбнулся Леха. – Спасибо за помощь и хорошего дежурства.

Он запустил двигатель, и кабриолет нырнул в плотный поток.

– И все-таки – что за ксива? – спросил Сережа, когда они выезжали на Садовое около высотки МИДа. Он задавал этот вопрос уже в третий раз, но Леха все также молчал или уклончиво мотал головой.

– Он так растерялся, будто лешего увидел – что там написано?

– Прости, бро. Ни рассказать, ни показать не могу. Нельзя. Правда.

– Да ладно тебе… Им показать можно, а мне нельзя?

– Именно так. Я знаю, что странно это звучит. Но я говорю – за год много всего случилось.

Голос Лехи показывал его серьезность и Сережа решил отложить этот штурм.

– А как ты под камерами так носишься – тебе штрафы не приходят?

– Вот это могу рассказать, – охотно кивнул Леха. – Мои номера в отдельном списке, для которого все штрафы аннулируются. Так получилось, что я помог одному генералу, а он в ответ помог мне – добавил меня в такой список на три года.

– И ксиву тоже он сделал?

Оставшаяся дорога до кафе прошла молча. Леха чуть пританцовывал в такт забористому немецкому техно, а Сережа думал о том, что всего 20 минут назад он вышел из дома и успел за это время получить дозу мощных перегрузок, несколько раз оказаться на волосок от серьезной аварии, блевануть на Кутузовском и встретиться с полицией. Подобные события встречались в его жизни не часто, и от такой повышенной плотности он чувствовал себя уставшим. Чего было не сказать о Лехе. Этим он действительно напоминал героя игры ГТА – в этом капитан был прав.

Они запарковались в Спиридоньевском переулке.

– Чего задумался? – спросил Леха, когда они вышли из машины и направились по тротуару в сторону Малой Бронной.

– Думаю о том, какой разный у людей жизненный ритм. Мы вот с тобой как будто в разных мирах живем.

– Так и есть, бро. Сколько людей – столько и миров. Мы же для того и встретились, чтобы заглянуть друг к другу ненадолго. Я вот тебе показал кусочек своего мира.

В Uilliam’s было тихо, публика обычно начинала подтягиваться после 6 вечера. Они сели у окна и заказали по морковному фрешу.

Леха хитро посмотрел на Сережу.

– Я слышал про сделку, – улыбнулся он. – Можно тебя поздравить? Все, как вы с Костей хотели?

– Спасибо. Да, по деньгам все даже лучше, чем мы хотели, – задумчиво ответил Сережа, глядя в окно.

– А чего так грустно? Может отметим?

– Да понимаешь… – начал было Сережа, но прервался, увидев, что Леха кому-то улыбается.

– Познакомились недавно на свингерской вечеринке, – шепнул Леха. – У вас тут в городе вообще порядок с этой темой. Ты в курсе?

– Не особо. – Сережа почувствовал, что не хочет рассказывать про сделку и свою хандру, пока Леха в таком игривом настроении, и решил «вернуть мяч».

– Со сделкой все в порядке. Еще поговорим про нее. Расскажи лучше ты пока. Я слышал, ты много ездишь? Чего у тебя происходит?

Леха сделал большой глоток и громко поставил стакан на стол.

– Что происходит? Я кайфую, бро. У меня жизнь происходит. Ты даже не представляешь, в каком удивительном месте мы с тобой находимся. Это натуральный парк развлечений, бро. Причем космического уровня.

Напротив окна остановился, мигая аварийкой, ярко-желтый кабриолет «Шевроле Камаро», сотрясая окрестности тяжелыми басами. Пока водитель что-то смотрел в телефоне, сзади подбежали трое школьников – двое делали брутальные лица, изображая крутых парней, а третий снимал их на телефон.

– Слушай, а как ты решился на машину? Я же тебя помню – ты всегда за практичность «топил» первый. Ну она же реально слишком…

– Какая…? – прищурился Леха.

– Ну… – Сережа задумался, подбирая слова. – Дерзкая что ли. Кричащая. С женщинами у тебя порядок, деньги есть. Зачем доставать из штанов двухметровый причиндал и махать им? Что ты хочешь сказать?

– А я тебе отвечу, – с готовностью кивнул Леха. – Я об этом много думал. Даже больше скажу – работал с этим у терапевта и не только. Я понял, что всегда хотел, но не разрешал себе. Купить-то я мог уже 5 лет назад, а позволил себе только сейчас. Как-то себе это объяснял, конечно, – непрактично, дерзко, понты, вся вот эта канитель, что ты назвал. Только на самом деле это не я объясняю, а мама моя внутри меня. Я как только это ясно понял, меня сразу попустило. Я ей позвонил и сказал, что покупаю классную машину, которую давно хотел. И все. Повесил трубку, поехал и купил. Это было в конце лета прошлого. И знаешь что? Каждый раз с той поры, когда сажусь в нее, – чистый кайф. Концентрированный восторг. Я и маму покатал, и батю – им понравилось. У бати, правда, давление скакнуло, но потом очухался, нормально. А для зимы и плохих дорог у меня Кайен есть, ты же помнишь. Так что я свои ответы нашел – теперь катаюсь и радуюсь. Тебе ничего не навязываю, если что. У тебя по-другому может быть.

Леха говорил искренне, и это подкупало – Сережа чувствовал, что его другу действительно хорошо, и радовался за него. Но было и что-то другое, что-то тягостное. Сережа злился, что не может радоваться машине так, как Леха. Что для него она все равно остается железякой, пусть даже очень красивой, мощной и классной. И еще он злился, что в отличие от Лехи даже не знает, чего хочет.

– Я за этот год как будто заново жить начал, – продолжал Леха. Как будто обновил мозг, прикинь? Сделал trade-in. Старый, забитый всякой ботвой, отдал, а новый чистенький и свежий поставил.

– Забавно, – задумчиво сказал Сережа.

– Забавно – не то слово. Это кайф, бро.

– Да не. Забавно, что я недавно эту мысль уже слышал. Про обновление мозга. Не один в один, но похоже. Один мужик в Вайме сказал, что наш ум нужно периодически обновлять, как операционную систему на компьютере.

– Сто пудов, – закивал Леха. – Нормальный мужик. А чего он делает в Вайме?

– Я пока не догнал. Толком никто сказать не может, и сам он как-то туманно отвечает. Я так понял, что он какой-то советник у руководства. Мы познакомились, когда в бильярд играли, потом он позвал чаю попить, и в итоге разговорились про жизнь. Он классно слушает, я пока говорил, сам что-то понял лучше про себя.

– И чего ты ему такое рассказывал?

Сережа выдержал паузу и решил, что теперь, наконец, можно перейти к важной для него части.

– Рассказал, что работа стала не в радость, что пропал былой драйв. Вроде все в порядке, а вроде и нет, как-то пресно все. У тебя бывало такое?

– Конечно. У меня с такого все и началось.

– Что «все»?

– Прозрение мое. Trade-in головы. Я вот тебе сказал про парк развлечений, я ведь не шутил.

– Да уж какие шутки. Я видел сегодня, как ты ездишь – натуральный ГТА.

– А ты не хочешь поиграть?

– Да я играл – понятное дело. Даже приставку купил ради этого. Но через пару месяцев надоело.

– Я не про приставку, я вот про это, – Леха сделал широкий жест рукой. – Слышал такую тему, что наш мир – это чья-то компьютерная игра, а мы тут просто персонажи?

– Слышал, – пожал плечами Сережа, недовольный, что разговор уходит в сторону. – Ну мало ли есть разных тем? И потом – кто эти игроки, которые через нас играют? И где они? – он скептически огляделся.

Леха усмехнулся и шумно дотянул через трубочку остатки сока.

– А вот в этом и заключается игра.

– Получается, это не мы с тобой сейчас в кафе сидим, а какие-то чуваки в игру играют, и их персонажи встретились на миссии?

– Ну примерно. Мне, правда, иногда кажется, что игрок здесь один, но как это понятно объяснить я не знаю.

– Ничего страшного. Я не расстроюсь. Пойдем лучше пройдемся, погода хорошая.

– Что – думаешь, я тебе шизуху какую-то гоню? – усмехнулся Леха. – Может, и шизуха, бро, я не знаю. Девушка, как вы думаете, наш мир может быть компьютерной симуляцией высокоразвитых существ? – обратился он к проходящей мимо официантке.

Та посмотрела на него осторожным оценивающим взглядом и поставила стаканы от сока на поднос.

– Я думаю, может, – сказала она, чуть улыбнувшись.

– Вот и я так думаю. А что если у вашего персонажа в этой симуляции сейчас начинается особо важная миссия – убежать с работы от злого менеджера с двумя интересными молодыми людьми навстречу невероятным приключениям?

Девушка недоверчиво посмотрела на него и слегка покраснела.

– Решайтесь, я вполне серьезно, машина ждет за углом. В ней правда всего два места, но мой друг Серж будет рад посадить вас на колени. Да, Серж? – девушка перевела взгляд на Сережу.

Он покачал головой и дал понять взглядом, что Леха шутит.

– Принесите, пожалуйста, счет, – попросил он, не обращая внимания на Леху, который незаметно от нее показывал ему кулак.