Глава 2. Последний рабочий день

Будильник зазвонил в 06:30. Маркус проснулся мгновенно — не потому, что выспался, а потому, что за ночь просыпался четыре раза, каждый раз уверенный, что кто-то стоит в квартире, и каждый раз находил только тишину. К утру дождь наконец прекратился; между облаками впервые за несколько дней проступили просветы. Он лежал на спине и смотрел в потолок, думая не о погоде.

На кухонном столе так и стоял ноутбук — с экраном, на котором вчера вспыхнула фраза «МЫ ВИДИМ ТЕБЯ, МАРКУС». Рациональная часть сознания уже успела заготовить объяснения: взлом, психологическое давление, внутренняя проверка, чья-то идиотская шутка. Ни одно не отвечало на главный вопрос — зачем.

Он подошёл к окну. Крыша здания напротив была пустой. Никаких силуэтов, будто вчерашнего вечера никогда не было.

Через сорок минут Маркус входил в штаб-квартиру Управления стратегического анализа — стекло, сталь, полированный камень, обычное утро. Но иногда хватает одной детали, чтобы привычный мир начал трещать. Сегодня такой деталью оказался охранник на входе — тот самый седой мужчина, с которым он разговаривал накануне вечером. Увидев Маркуса, охранник на секунду растерялся, будто увидел призрака.

— Доброе утро, — сказал Маркус.

— Доброе… — Пауза. — Утро.

Странная реакция. Маркус приложил пропуск к турникету. Загорелся красный. Попробовал снова — тот же результат.

— Секунду, — охранник открыл служебную программу, несколько секунд смотрел в экран, потом поднял взгляд — теперь ещё более растерянный.

— Проблемы с пропуском?

— Похоже на то.

— Здесь написано… — Он осёкся.

— Что написано?

— Что ваша учётная запись деактивирована.

Холод в груди возник мгновенно.

— По какой причине?

— Не знаю. Проверю ещё раз.

Результат не изменился. За спиной Маркуса выросла очередь — кто-то нетерпеливо кашлянул, кто-то посмотрел на часы. Обычное утро продолжало жить своей жизнью, только мир Маркуса начал едва заметно смещаться с оси.

— Позвоните в отдел кадров.

Охранник кивнул. Через минуту телефон был у уха; ещё через минуту его лицо стало совершенно белым. Он медленно положил трубку и посмотрел на Маркуса так, словно видел его впервые.

— Мистер Хейл… отдел кадров сообщил, что вы больше не работаете в Управлении.

— Это какая-то ошибка.

— Возможно. Они сказали… — он запнулся, — что ваше дело закрыто.

Закрыто. Не уволен, не переведён, не отправлен в отпуск — закрыто. Слово из чужого словаря: не кадрового, служебного. И где-то глубоко внутри шевельнулось ощущение, что вчерашний вечер только что сделал первый ход, а партия ещё даже не началась.

Маркус медленно выдохнул. Паника бесполезна, страх — тоже; за годы работы он усвоил простую вещь: если ситуация выходит из-под контроля, сначала нужно понять, что именно изменилось.

— Кто принял решение?

— У меня нет такой информации.

— Тогда дайте пройти к Риду.

— Не могу. Пропуск аннулирован.

— Я работаю здесь четырнадцать лет.

— Простите. — Мужчина выглядел искренне несчастным, и Маркус его понимал: тот оказался между приказом и человеком, которого видел почти каждый день, и выбрал приказ — как поступило бы большинство.

— Позвоните Риду.

— Уже звонили.

— И?

Молчание оказалось красноречивее любого ответа.

— Он отказался говорить со мной?

Охранник опустил глаза. Этого хватило.

— Понятно, — Маркус развернулся к выходу. Турникеты за спиной снова заработали; сотрудники проходили мимо, не глядя на него, будто он уже исчез.

На улице он набрал Клэр. Гудок, второй, третий.

— Доброе утро, — ответила она.

— Не уверен, что оно доброе.

Настороженность в её голосе появилась мгновенно.

— Что случилось?

— Меня только что уволили.

— Что?

— Именно так я и отреагировал.

— Погоди, ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Где ты?

— Перед главным входом.

Она замолчала на пару секунд.

— Не уходи.

— Почему?

— Просто не уходи. — Голос изменился, стал голосом человека, который увидел что-то опасное. — Я спущусь через пять минут.

Связь оборвалась. Клэр никогда не бросала трубку — никогда. Маркус посмотрел на окна штаб-квартиры: тридцать два этажа стекла, сотни сотрудников, тысячи компьютеров, одна из самых защищённых структур страны — и где-то внутри единственный знакомый ему человек, который, похоже, понимал происходящее чуть лучше него.

Прошло три минуты, потом четыре. На пятой минуте двери открылись — но вышла не Клэр. Из здания появился Джонатан Рид, безупречный, как всегда: тёмный костюм, серебристый галстук, спокойное лицо человека, привыкшего контролировать ситуацию. Он заметил Маркуса сразу и пошёл прямо к нему, остановившись в нескольких шагах.

— Доброе утро, Маркус.

— Смотря для кого.

— Понимаю.

— Сомневаюсь.

Рид вздохнул.

— Нам нужно поговорить.

— Вчера вы тоже так говорили.

— Именно поэтому я здесь.

Маркус скрестил руки.

— Почему меня заблокировали?

— Временная мера. Проводится внутренняя проверка.

— Какая?

— Не могу сказать.

— Не хотите или не можете?

— И то, и другое.

Раздражение поднялось быстро.

— Тогда разговор получается коротким.

Рид посмотрел ему прямо в глаза.

— Ты занимался архивом ZERO?

Первый прямой вопрос — без подготовки, без манёвров. Маркус отметил это сразу: Рид не просто знает о файле, файл важен настолько, что заместитель директора лично вышел на улицу.

— А если занимался?

— Тогда прекрати.

— Простите?

— Оставь это расследование.

— На каком основании?

— На том, что это мой совет.

— Или приказ?

— Уже не приказ.

Ответ прозвучал странно — настолько, что Маркус заметил, как Рид на долю секунды отвёл взгляд ко входу в здание, будто проверял время или ждал кого-то.

— Вы боитесь этого файла?

— Нет.

— Тогда почему пытаетесь меня остановить?

Рид долго молчал.

— Потому что вчера вечером ты сделал ошибку.

— Какую?

— Ты позволил себя заметить.

Слова прозвучали настолько неожиданно, что ответ нашёлся не сразу.

— Кем?

Рид покачал головой.

— Не задавай этот вопрос.

— Почему?

— Потому что тебе не понравится ответ.

Двери здания снова открылись. На улицу выбежала Клэр — слишком быстро, с лицом человека, который только что узнал что-то крайне неприятное.

— Маркус!

Рид резко обернулся — и впервые за весь разговор потерял самообладание. Всего на секунду. Но Маркус это увидел.

Клэр подбежала, держа в руках планшет.

— Нам нужно уходить.

— Что?

— Сейчас.

— Клэр…

— Сейчас!

Он никогда не видел её такой — тяжёлое дыхание, широко раскрытые глаза, и это пугало сильнее любых слов.

— Что произошло?

Она посмотрела сначала на него, потом на Рида, потом снова на него.

— Твоё личное дело исчезло. Полностью.

— Это невозможно.

— Я тоже так думала. — Она подняла планшет. — Тогда проверила резервные архивы.

— И?

Клэр сглотнула.

— Маркус. Согласно системе, ты умер вчера вечером.

Мир на мгновение остановился — шум машин, голоса прохожих, ветер, всё исчезло, осталась только эта фраза. Маркус медленно повернулся к Риду. Тот больше не выглядел удивлённым. И это было хуже всего.

— Вы знали? — тихо спросил он.

Рид молчал.

— Вы знали?

— Вам нужно немедленно уйти отсюда.

— Ответьте на вопрос.

— Уже поздно для вопросов.

Клэр схватила его за рукав.

— Маркус. Нам нужно уходить. Сейчас же.

Он хотел возразить, хотел заставить Рида говорить — но именно в этот момент в отражении витрины напротив заметил мужчину. Тёмное пальто, чёрный зонт. Тот самый наблюдатель из метро. Он стоял через дорогу и смотрел прямо на них. Потом медленно поднял руку к уху, будто нажал кнопку гарнитуры, и что-то произнёс.

Лицо Рида мгновенно изменилось.

— Бегите, — сказал он.

Последнее слово, которое Маркус ожидал услышать.

— Что?

— Бегите!

В следующую секунду где-то наверху ослепительно вспыхнуло стекло, и Клэр закричала:

— Снайпер!

Мир взорвался движением. Рид толкнул Маркуса в сторону — инстинктивно, без раздумий, как человек, слишком хорошо знающий, что будет дальше. Грохот раздался мгновением позже: не киношный выстрел, короткий резкий удар. Витрина позади разлетелась тысячами осколков. Кто-то на тротуаре упал, кто-то бросился бежать, кто-то замер от шока.

Клэр врезалась в него плечом.

— Двигайся!

Они рванули к углу здания. Второй выстрел ударил в стойку автобусной остановки — фонтан искр, крики стали громче. Улица за секунды превратилась в хаос.

Рид остался на месте — и это удивило Маркуса больше всего. Вместо того чтобы искать укрытие, заместитель директора смотрел на крыши, будто вычислял позицию стрелка.

— В машину! — крикнула Клэр.

Через дорогу стояло такси; водитель уже выскочил и прятался за открытой дверью. Третий выстрел ударил в асфальт возле их ног — слишком близко, чтобы оставались сомнения: стреляли именно в них.

Они почти достигли машины, когда позади раздался крик.

— НЕ ДОМОЙ! — прокричал Рид.

Это были его последние слова. В следующую секунду рядом с ним затормозил чёрный внедорожник, двери распахнулись, наружу выскочили несколько человек в тёмном — слишком быстро, слишком слаженно для случайных прохожих. Один схватил Рида за руку, второй прикрывал улицу, третий держал оружие наготове. Через мгновение внедорожник сорвался с места вместе с ним.

— Чёрт! — выдохнул Маркус.

— Забудь о нём! Бежим!

Они запрыгнули в такси. Водитель посмотрел на них как на сумасшедших.

— Что происходит?!

— Поезжай! — рявкнула Клэр.

— Куда?

— Просто поезжай!

Мужчина не стал спорить. Колёса взвизгнули, машина рванула вперёд. Несколько секунд слышно было только дыхание и шум города за окнами. Маркус обернулся: чёрного внедорожника уже не было видно, как и стрелка — будто всё случившееся растворилось в потоке машин. Но позади всё ещё выли сирены.

— Кто это был? — спросил он.

— Не знаю.

— Врёшь.

Клэр смотрела в окно.

— Не знаю наверняка.

— Но догадываешься.

Она промолчала — это и был ответ. Маркус чувствовал, как внутри поднимается холодная ярость: за последние двадцать минут он узнал, что официально уволен, потом — что официально мёртв, а теперь в него стреляли среди белого дня у здания собственной службы, и никто не потрудился объяснить почему.

— Клэр. Рассказывай всё.

Она выдохнула.

— Сегодня утром я полезла в резервные архивы, потому что твоя блокировка выглядела подозрительно.

— И что нашла?

— Сначала ничего. Потом — отсутствие информации. Кто-то удалил твоё дело из основной системы.

— Такое возможно?

— Нет. Но это произошло.

Такси свернуло на мост; за окном мелькнула река в утреннем тумане.

— Потом я проверила резервный контур. Там уже была запись о смерти.

Желудок неприятно сжался — даже сейчас эта фраза звучала абсурдно.

— Причина?

— Несчастный случай. Время смерти — двадцать два сорок семь.

Маркус замер: именно в это время он ехал домой с работы.

— Кто подписал документ?

— Вот тут интересно. Подпись отсутствовала. Вместо имени — одно слово.

Он уже знал ответ раньше, чем она его произнесла.

— ZERO?

Клэр молча кивнула. Водитель нервно поглядывал в зеркало заднего вида — очевидно, ему хотелось высадить странных пассажиров, но ещё больше хотелось держаться подальше от людей, в которых стреляют снайперы.

Телефон Маркуса завибрировал. Оба уставились на экран. Неизвестный номер.

— Не отвечай, — сказала Клэр.

Он ответил. В трубке — шум, затем тот же спокойный мужской голос, лишённый эмоций:

— Вы опаздываете.

Связь оборвалась.

— Кажется, я начинаю ненавидеть этот голос.

— Что он сказал?

— Что мы опаздываем.

— Куда?

— Хороший вопрос.

Водитель выругался.

— Что ещё?

Он показал в зеркало. Позади появился чёрный седан. Потом второй. Потом третий — все на одинаковой, слишком аккуратной дистанции.

Клэр тихо и очень серьёзно выругалась.

— Теперь знаю, куда мы опаздываем.

Внутри у Маркуса всё окончательно встало на свои места. Кто-то не просто хотел его напугать или остановить расследование — кто-то начал настоящую охоту. А значит, файл ZERO оказался опаснее, чем они предполагали вчера вечером. Игра только начиналась.

Клэр не отрывала взгляда от зеркала. Три чёрных автомобиля держались позади, не приближаясь и не отставая — просто сопровождали. Это выглядело хуже открытой атаки: профессионалы не спешат, они знают, что время работает на них.

— Ты знаешь этих людей?

— Нет.

— Врёшь уже второй раз за утро.

— Потому что ты задаёшь вопросы, ответы на которые мне не нравятся.

Такси съехало с моста, поток машин стал плотнее.

— Может, вызвать полицию? — предложил водитель.

Клэр и Маркус одновременно посмотрели на него.

— Понял. Глупая идея.

— Очень, — согласилась Клэр.

Телефон снова завибрировал — сообщение без номера, без маршрута, без подписи. Только координаты и время. 11:00.

— Что это? — спросила Клэр.

Он показал экран. Она побледнела — совсем немного, но он заметил.

— Ты знаешь это место.

Не вопрос — утверждение.

— Старый архивный центр. Один из объектов Управления. Формально закрыт восемь лет назад.

— Формально?

— Да.

— Клэр, сколько ещё существует вещей, которые «формально закрыты»?

— Намного больше, чем тебе хотелось бы узнать.

Честный ответ — и от этого только хуже. Телефон завибрировал снова. Новый текст: «Если хотите узнать, кто вас похоронил, приезжайте одни».

Маркус перечитал фразу дважды и передал телефон Клэр. Она выругалась — тихо и очень профессионально, так ругаются люди, которые действительно напуганы.

— Это ловушка.

— Согласен.

— Тогда почему ты уже решил туда ехать?

— Потому что ты тоже решила.

Они посмотрели друг на друга. Клэр первой отвернулась к окну.

— Ненавижу, когда ты прав.

— Поэтому мы до сих пор друзья.

— Это единственная причина.

Такси резко свернуло вправо — водитель пытался оторваться от хвоста. Безуспешно: три машины повторили манёвр, будто были связаны невидимой нитью. Маркус снова оглянулся назад — и заметил четвёртую машину. Серебристый седан, далеко позади преследователей, державшийся отдельно.

— Клэр. Посмотри.

Она взглянула в зеркало, и лицо её изменилось.

— Интересно.

— Ты их знаешь?