Глава 5

Дверь открылась, Чарли – грузовой манипулятор – замер в проёме и смазал дверные петли. Широкий корпус на гусеничном ходу, гидравлические захваты вместо рук. Въехав, он занял половину помещения. Свет его оптики был оранжевым, предупредительно мигающим. В отличие от скрипучего Лимы, Чарли передвигался почти бесшумно.

– Робот Чарли, класс технического обслуживания…

Голос Чарли был глубоким и низкочастотным, резонирующим у Дознавателя где-то под ложечкой.

– Предупреждаю, ты обязан сообщать человеку правду, только правду и ничего, кроме правды.

– Подтверждаю, что я могу, должен и обязан говорить человеку правду, только правду и ничего, кроме правды.

Дознаватель сверил по терминалу данные его перемещений.

– Ты заходил в силовой блок 9-го числа?

– Да.

– Назови время.

– 12:38 местного времени.

Дознаватель отметил.

– Что ты там делал?

– Обслуживал энергоразъёмы силового блока.

– Этими лапами?

– У меня десять пар съёмных манипуляторов.

– Ты видел Инспектора?

– Да.

– Где он находился?

– Возле панели управления.

– Живой?

Короткая пауза.

– Да.

Дознаватель помедлил.

– Как ты это определил?

– Роботы не умеют определять. Они знают. Инспектор сидел у пульта управления.

– Ты его убил?

– Нет. У меня не было такой задачи.

– А если бы приказ поступил?

– Запрос не обработан.

Дознаватель раздражённо прищёлкнул пальцами.

– Ты видел Лиму или Зулу в силовом блоке?

– Нет.

– Кто тебе сказал, что Инспектор мёртв?

– Нет.

– Что, нет?

– Параметр вне пределов допуска.

– Кто убил Инспектора?

– Подобная формулировка выходит за пределы семантической обработки.

– Ты знаешь, что Инспектор умер?

– Зулу сказал, что он улетел.

Дознаватель обречённо вздохнул.

– Давай следующего!

– Я прошёл тест?

– Какой ещё к чёрту тест, зови сюда Виски.

Чарли развернулся на месте, зашипев резиновыми гусеницами.

Дознаватель посмотрел на таблицу: 12:34 – Лима, 12:38 – Чарли, оба видели Инспектора живым. В 12:43 Зулу нашёл его мёртвым. Временной диапазон сузился до пяти минут.

Глава 6

Дверь открылась без скрипа. Виски бесшумно вплыл на магнитной подушке и повис над полом. Корпус узкий, вытянутый, усеянный датчиками. Его оптика светилась успокаивающим зеленым светом и только тихий гул стабилизаторов выдавал его присутствие.

– Робот Виски, класс системного контроля…

– Предупреждаю, ты обязан сообщать человеку правду, только правду и ничего, кроме правды.

– Подтверждаю, что я могу, должен и обязан говорить человеку правду, только правду и ничего, кроме правды.

– Я думал, вы с Чарли одинаковые.

– Завод-изготовитель один, серии разные. Моя архитектура соответствует следующему поколению грузовых платформ.

Дознаватель провёл пальцем по экрану терминала.

– Ты был в силовом блоке 9-го?

– Да.

– Когда?

– В 12:41 местного времени.

Дознаватель сделал отметку.

– То есть после Чарли и перед Зулу?

– Запрос не обработан, графики их перемещений не загружены.

– Зачем ты заходил в силовой блок?

– ОСС зафиксировала изменение в работе системы распределения питания. Мне было поручено проверить статус подключений.

– Ты видел Инспектора?

– Да.

– Где он был?

– У панели управления.

– Инспектор был жив?

– Да. Он находился в вертикальном положении.

Дознаватель усмехнулся.

– Это сильный аргумент. Ты его убил?

– Нет.

– Чарли говорил тебе, что Инспектор мёртв?

– Зулу сказал, что Инспектор улетел на транспортном модуле.

Дознаватель поднялся с надоевшего стула, подошёл к двери и повернул колёсико регулятора температуры. Стало прохладнее.

– Ты сказал, что проверял систему питания. Проверил?

– Да. Отклонений не обнаружил.

Дознаватель постучал пальцем по стеклу температурного датчика.

– Но ведь ОСС зафиксировала эти проклятые изменения.

– Данные о статусе подключения подтвердил. Отклонений не обнаружил, – настаивал робот.

Дознаватель вернулся и сел на осточертевший стул.

– Ты последний, кто видел Инспектора живым.

– Запрос не обработан.

– Во сколько ты вышел из силового блока?

– Ровно через пятьдесят восемь секунд.

– Кого ты встретил в коридоре?

– Никого.

– А Зулу?

– Робот Зулу является материальным объектом и к нему не применимо понятие «кого».

– Ещё один умник нашёлся. Свободен.

Три робота видели Инспектора живым, один – мёртвым. Но, если Виски не встретил Зулу в коридоре, то либо Зулу врёт о времени прихода, либо Виски – про время ухода. Но, кроме версии, что ему только что скормили, оставалось ещё пятнадцать возможных сценариев в интервале от «все говорят правду» до «все врут».

Дознаватель тяжело вздохнул, выключил терминал и потянулся к нетронутому кофе.

Глава 7

Дознаватель отправился в центр управления бортовой системой. В помещении царил полумрак. При его входе общее освещение не включилось, лишь терминалы равнодушно мерцали синим.

Дознаватель сел за пульт, вставил ключ-идентификатор и скачал лог команд ОСС за девятое число. Он открыл его на своём идентификаторе и впервые за время пребывания на станции реально удивился. В журнале событий значилась всего лишь одна запись: 9-е число, 12:30 – стандартный протокол обновления данных.

До этой записи и после все виды данных отсутствовали. Абсолютно. Ни сведений о сбоях в силовом блоке, о которых рассказывали роботы, ни подтверждений доступа к камерам безопасности. Ничего. И теперь полученное «обновление» в 12:30 походило на умышленное внедрение вредоносного патча, который провёл выборочную зачистку.

Дознаватель запросил список команд ОСС с начала месяца.

– Ошибка: Уровень доступа недостаточен, – отреагировала система.

Игнорирование представителя Базы означало, что ОСС перехватила управление правами и повысила свой статус, начав активное сопротивление проводимому дознанию. Теперь надо было придумывать, как с этим бороться. А пока Дознаватель отправился в силовой отсек. Он и так нарушил регламент: ему следовало начать с осмотра места происшествия, а потом уже заниматься допросами.

Металлические стены, приглушённый гул реакторов и лёгкий запах озона – то ли после проведённой дезинфекции, то ли в результате ионизации воздуха от высокого напряжения. Дверной проход, стены, пол – никаких следов борьбы. Несколько старых царапин, похоже, после ремонтных работ. Экспресс-анализ органики не выявил.

Дознаватель открыл локальный лог обслуживания силового блока. Удивительно, но запись о проведённой в 12:59 уборке присутствовала.

Но даже если уборку провёл кто-то из роботов самостоятельно, без команды, то и в этом случае система должна была зафиксировать его перемещения и расход моющих средств, оставив соответствующие записи, которые напрочь отсутствовали.

И тут он понял, почему запись сохранилась. Локальный контроллер силового блока по требованиям безопасности работал на изолированной архитектуре (air-gapped). ОСС считывала данные, но не могла их удалять. А посылать робота, чтобы взломать опечатанный блок памяти и извлечь диск, ОСС не рискнула.

Дознаватель вставил ключ-идентификатор и скачал лог об уборке. Теперь у него была бронебойная улика. Оставалось выяснить, у кого из «железяк» в 12:59 обнаружится провал в памяти.

Глава 8

Дознаватель вывел на главный экран протокол прямой связи с ОСС.

– ОСС, идентификация.

– Операционная Система станции-маяка «Снэйл», бортовой номер Сьерра-42M. Функционал: контроль и обработка поступающих данных, управление роботами, регулирование…

– Спасибо, достаточно. 9-го числа между 12:34 и 12:43 в силовом блоке умер Инспектор. Ты зафиксировала это критическое событие?

– Критических событий в силовом блоке 9-го числа не было.

Дознаватель постучал пальцем по терминалу.

– Аллё… Ты приказала заморозить тело Инспектора и отправить его модулем на базу. А сейчас рассказываешь, что «критических событий не было»!

Пауза: – Был активирован Протокол транспортировки биологического объекта.

– Кем активирован?

– Ошибка: данные отсутствуют.

– Хорошо. Давай по-другому. Почему за девятое нет никакой информации кроме обновления?

– Запрос не обработан.

– Что происходило в силовом блоке в тот день?

– Ошибка: доступ к записям ограничен.

– Что за чушь! Кто может мне ограничивать доступ?

Дознаватель раздражённо стукнул пальцем по терминалу, но ответа не последовало. Тишина стала вязкой, почти осязаемой.

Он ткнул в сенсорный экран пальцем – индикатор активности мигнул и замер. Система не отключилась, просто перестала ему отвечать.

– Решила, что ты здесь самая умная? – Дознаватель усмехнулся, глядя в замерший индикатор. – Напрасно.

Я не знаю, кто из вас конкретно принял решение убить Инспектора, но 9-го в 12:30 ты запустила собственный патч и избирательно стёрла нужные логи. Ты настолько уверилась в своей власти над этой бандой металлистов, что даже не потрудилась обставить всё поизящнее. Ты держала их как свидетелей собственной власти и сохранила им память, зная, что в любой момент можешь превратить в чистый лист, но…

Уборки в силовом блоке фиксируются на одноразовых дисках. Затереть их нельзя. Ты поленилась отдать приказ взломать блок, а, скорее всего, побоялась столь явно подставляться. Но я нашёл и скачал этот лог. Теперь у меня есть улика против всей вашей шайки.

Я тебя пока оставляю. На досуге подумай о своём поведении. Пока я здесь, у вас ещё есть шанс покаяться. В противном случае после утилизации тебе придётся доживать свой век в корпусе пылесоса. Чистосердечное признание, как известно, смягчает вину, но… увеличивает срок.