Он резко, развернулся и изо всех сил обеими руками втолкнул Валеру в клеть. Дверь закрылась, и лифт начал подниматься вверх. Уровень воды начал катастрофически быстро подниматься. Стало холодно и тяжело дышать. Денис с кучкой оставшихся шахтёров одели кислородные маски. Ему сдавило грудь, потемнело в глазах и, вдруг, яркий, зелёный свет ослепил теряющего сознание парня.

Глава четвёртая

Шёл наугад. Чтобы согреться, иногда пытался бежать, но натыкался на мелкие камешки и выл от боли.

– Да, без обуви не разгуляешься, мать твою, – ругался Денис.

Подпрыгивая на одной ноге, он пытался растирать подошву другой, чтобы унять боль. Впереди, что-то свистнуло и, неожиданно, сбоку мелькнула тень.

– Кто здесь? – заорал парень.

Он споткнулся и упал в какую-то яму. На него навалилось, что- то тяжёлое, воняющее чесноком и перегаром. Денис вывернулся и ногами оттолкнул нападавшего. Неизвестный согнулся, схватившись за живот и тихо, заскулил. Словно из-под земли появились несколько человек и сразу, накинулись на парня. Занятия боксом не пропали даром. Он махал кулаками, словно мельница, в разные стороны. Его удары иногда попадали в пустоту, но чаще, во что-то мягкое и тёплое. Незнакомцы пыхтели, лязгали злобно зубами и вновь, остервенело, набрасывались на парня.

– Мужики, вы кто? Что вам от меня нужно?

Очередной удар чем – то тяжёлым взбесил его.

– Ну, суки, держитесь!

Он сосредоточился, упёрся спиной в твёрдое основание и стал в боксёрскую стойку. Глаза начали привыкать к темноте. Денис огляделся и сообразил, что находится в широкой траншее. Его окружали семеро незнакомых людей в серых маскировочных халатах.

– Так вот, почему вас, так плохо видно!

Раздался негромкий хлопок, как будто вылетела пробка из-под шампанского. У него, больно загорелось в груди и перед глазами запрыгали зайчики. Он упал, но из последних сил упёрся руками в землю и попытался встать.

– Живучий,гад! – закричали сверху.

Потом, что-то тяжёлое ударило его в затылок, голова и тело стали неимоверно, тяжёлыми и он потерял сознание.

Денис мычал, сопел и мотал головой, когда его били ладонями по щекам.

– Милок, ты живой? – спросил противный гнусавый голос.

– Плесни на него, Никодим, холоднячку, отрезви хлопца! – посоветовал другой, более приятный баритон и засмеялся.

От вылитой на голову ледяной воды к парню, снова вернулась сила и ясность ума. Он открыл глаза и тупо, уставился на окружающих его двоих незнакомцев. Денис находился в небольшой комнате с железной массивной дверью, закопчённым потолком и зарешеченным окном. Посредине стоял стол и две железные табуретки, привинченные к бетонному полу, а на третьей сидел он голый, в наручниках и со связанными ногами.

– Ну что, москаль, очухался? – спросил гнусавый.

Высокий, но очень худой он сильно сутулился, напоминая вопросительный знак. Его налысо побритая маленькая голова блестела даже на фоне тусклых лампочек, освещавших помещение. Звериный оскал и сбившиеся в кучку карие глаза сверлили насквозь.

– Твоя фамилия, имя, отчество?

– Волков Денис Васильевич.

– Молодчина! Замечательно!

Гнусавый, довольно потёр руки.

– Будешь честно отвечать, получишь снисхождение. Тогда, мы может, тебя не расстреляем.

– Расстреляете? – заорал парень. – За что? Это какой-то, беспредел! Кто вы такие? Куда я попал?

– Молчать! Здесь вопросы задавать буду я. Ты, паскуда кремлёвская, целку из себя не строй, а отвечай чётко и быстро, на поставленные вопросы. Я спрашиваю – ты отвечаешь, иначе будет больно. Твоё воинское звание?

– Никакое…

– Что…о…о?

– Перед армией я в институт поступил с военной кафедрой. После его окончания, мне должны были присвоить звание лейтенанта запаса и направить, на два месяца на военные сборы. Но, институт я бросил по семейным обстоятельствам, в связи с женитьбой и пошёл работать в шахту.

– Какая шахта? Ты, гнида, с какой целью к нам шёл?

– К кому?

– Терпение моё, тварина, проверяешь?

–Вы о чём? Я в Якутии алмазы добываю. Нас вчера затопило.

Гнусавый сморщился и резко, ударил Дениса кулаком в челюсть.

– Отвечай, проститутка сепаратистская!

Он размахнулся, пытаясь ударить снова, но его руку перехватил второй участник допроса.

– Никодим! – крикнул он. – Хватит, ему и так, досталось от наших разведчиков при задержании.

– Ну, ну! Это, смотря кому досталось! Он так хлопцев отмутузил, что места живого на них нет. Его, бугая, еле взяли. Нечего с ним мудиться. По законам военного времени поставить к стенке и баста.

– Тебе дай волю, ты бы, всех пострелял без суда и следствия. Ты, коллега, рамсы немного попутал и забыл, что сейчас не сорок первый год и мы не НКВД. Отдохни и охолонь. Я сам с ним побеседую.

Гнусавый от злости сжал губы, заиграл желваками, махнул рукой и, тяжело дыша, сел напротив

– Ты, хлопчик, на него не обижайся, он контуженный у нас. Ещё, к тому же, мстит за брата. Ваши его брата под Горловкой убили и после, этого у Никодима крыша поехала. Незнакомец отошёл от света, и Денис рассмотрел мужчину. Он был среднего роста, блондин с маленькими, зелёными, змеиными глазами, около сорока лет, одетый в белую рубашку и серый костюм. Незнакомец подошёл ближе, расстегнул наручники и налил в алюминиевую кружку воды из стоявшего рядом эмалированного ведра.

– Попей, легче станет!

Денис схватил кружку, жадно выпил её содержимое и попросил ещё.

– Ты где живёшь? – спросил блондин, пропустив мимо ушей его просьбу.

– В Белгороде.

– Скажи, мил человек, а почему ты голый?

– Я сам не знаю.

– Может у вас, кацапов, такая сейчас новая тактика?

– Какая к чёрту тактика? Что вы городите? Это какой-то дурной сон. Я хочу проснуться, но у меня не получается.

– С какой целью, ты, гражданин России, приехал к нам на Украину в зону АТО? Что, решил подзаработать на нашей кровушке?

– Какой ещё АТО? Какой России? Я живу в Советском Союзе!

– Все мы дети Советского Союза и счастливо, когда-то в нём жили, но, только, где он теперь? Пшик и нет его. Ты, хлопчик, дурака из себя не строй, а прямо, отвечай на поставленные вопросы.

– Послушайте! – истерично закричал Денис, схватившись за голову. Я ничего не понимаю! Вы спрашиваете о непонятных, мне вещах. Я никогда в жизни не слышал ни о каком АТО. Я – шахтёр, простой работяга. Вчера в шахте произошла авария, а потом, её затопило. Всех эвакуировали наверх, а мне не хватило места в подъёмнике и я потерял сознание. Очнулся здесь без одежды и с голой жопой!

– Если, шахту затопило, то как же, ты выжил?

– Не знаю.

– Интересно. Получается, что ты воскрес, как Лазарь.

– Какой, ещё Лазарь? Кто это?

– Библейский герой.

– Я советский шахтёр, а библию, эту буржуйско – религиозную бредятину, никогда не читал и в глаза не видел.

– Ваша шахта находится в Донбассе?

– Нет! В Якутии! Что вы меня путаете! Я же не идиот и, как любой советский человек учил в школе географию. Между Донбассом и Якутией расстояние в несколько тысяч километров.

– И, ты, утверждаешь, что за ночь из Сибири голышом прибежал сюда? Я не спорю, на самолёте долететь, конечно, можно. Так как, ты,всё- таки, здесь оказался?

– Я…, не помню.

Денис начал руками усиленно, тереть виски.

– Тогда, послушай мою версию, касатик. Тебя, ублюдка, с кучей таких же отморозков накачали наркотой, посадили в самолёт и на парашютах сбросили к нам в тыл. Где основная группа? Какие задачи перед вами поставлены? Сколько вас человек?

Денис слушал вопросы и молча, смотрел на блондина. В детстве, он читал много сказок, особенно любил приключения Незнайки. Так вот, сейчас, он почувствовал себя в его роли.

– Господин полковник, с ним надо жёстче, – вмешался в допрос Никодим.

– Молчать! – заорал блондин.

Он подбежал к гнусавому и приставил увесистый кулак к его губам.

Никодим рукой отодвинул кулак полковника в сторону и продолжил

– Почему вы затыкаете мне рот? Я – ветеран АТО и патриот своей страны! Я не могу смотреть, как вы люлёшкаетесь с нашим врагом. Он явно, подготовленный диверсант. Целое отделение разведки раскидал, словно щенков. Если бы, не транквилизатор с лошадиной дозой снотворного, ещё неизвестно, чтобы он мог натворить у нас в тылу.

– Не мешай мне работать, ветеран недорезанный! – перебил пламенную речь гнусавого, полковник. – Мне насрать на твой патриотизм! Кто, ты такой? Ты – никто! Ты, почему лезешь поперёд батьки в пекло? Пошёл вон отсюда! Проветришься, перебесишься, а через пол часика вернёшься.

– Я никуда не пойду.

– Что…о…о! Ты, наверное забыл, хрен морковкин, с кем разговариваешь? Я не люблю повторять дважды. Бегом марш!

Синий от злости Никодим, пулей вылетел из камеры, громко хлопнув дверью.

Глава пятая

– Пойми, хлопец, я тебе не враг, – продолжил допрос полковник, тяжело дыша. Ты, мне сейчас рассказываешь сказки, а я внимательно, их слушаю. У меня терпение железное, по сравнению с моим коллегой, но оно, тоже может кончиться. В России бытует мнение, что мы здесь все поголовно звери. Мол, пытаем и мучаем похлеще фашистов. Враньё! Здесь тоже, есть нормальные и адекватные люди. А психопатов, полно везде и у вас,и у нас.

После последнего предложения, он обернулся и посмотрел на дверь.

– Я, правда, ничего не знаю и не понимаю, – сказал Денис. – Такое предчувствие, что за одну ночь мир вокруг меня перевернулся или я схожу с ума. По-вашему выходит, что Россия воюет с Украиной? Но, как они могут воевать? Ведь они обе входят в Советский Союз.

– Видимо, сильно тебя по голове ударили. Союз уже давно, распался. Тю, тю, нет его. А война эта, необъявленная.

– Но, вчера, ещё не было, никакой войны! Откуда, она взялась?

Денис от отчаяния развёл руками и откинул голову назад. Возникла небольшая пауза. Полковник закурил и продолжил допрос.

– Ты, хлопец, либо сильно обдолбался, либо пудришь мне мозги. А, может, ты с Луны свалился? Война уже третий год идёт. О ней весь мир знает.

Полковник задумчиво прошёлся по комнате и вышел. Но, вскоре, он вернулся и спросил:

– Ты родом из Белгорода?

– Да, – ответил Денис.

– Когда родился?

– Двадцать пятого января 1970 года.

Блондин достал блокнот и что-то в нём написал, потом вытащил из кармана маленькую чёрную коробочку и направил на Дениса. Мелькнула фотовспышка. Парень вздрогнул и удивлённо спросил:

– Это что, фотоаппарат? А почему такой маленький?

– Да, фотоаппарат и ещё он также телефон.

– С телефона разве можно фоткать? У вас, наверное, какая-то секретная шпионская штучка?

– Такая секретная штучка, сейчас есть даже у маленьких детей.

– Шутите?

– Нет, не шучу, – сказал озадаченно, полковник и снова, покинул камеру. Вошёл гнусавый и, уже не задавая никаких вопросов, уселся на своё прежнее место. Денису показалось, что тишина длилась целую вечность. Но, примерно через час появился полковник с жёлтой папкой, открыл её и что- то, показал Никодиму. Тот молча читал, иногда отводя глаза в сторону парня. Он прочитал и присвистнул, а потом, вслух произнёс: – Чушь какая-то! Это точно?

Блондин деловито кивнул.

– Может, перепутали что – то?

– У нас в СБУ точные сведения и ещё, америкосы маленько помогли. Они, кстати, скоро за ним приедут. Слишком сильно их его дело заинтересовало. Так что, Никодим, теперь он не наша проблема,

Они оба вытаращились на Дениса, как на музейный экспонат.

– Я, конечно, слышал о подобных явлениях, но сам с этим сталкиваюсь впервые. Нас просили, больше не задавать тебе никаких вопросов. Но, меня разбирает любопытство. Скажи-ка, мил человек, а какой сейчас год?

– 1990- й!

– Сколько тебе лет?

– Двадцать.

Никодим и полковник переглянулись.

– Ты, наверное, в холодильнике жил? – спросил гнусавый.

– Почему в холодильнике?

– Сохранился хорошо.

– Мужики, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит и к чему эти дурацкие вопросы?

– Объяснят! Там, тебе всё объяснят! Если начнёшь им помогать и будешь посговорчивей, то они даже, тебя наградят. Бумажной медалью Сранукентия Сутулого, с закруткой на всю спину.

– Никодим! – заорал полковник. – Прекращай свои дурные шуточки! Отведи хлопца в наш душ помыться и дай ему, что-нибудь одеться, а то, стыдно перед союзниками. Ни один волос не должен упасть с его головы. Испортишь товарный вид, пеняй на себя. И ещё, покормить его не забудь. Гнусавый взял нож и разрезал верёвку на ногах Дениса.

– Встать! – скомандовал он. – Руки за спину и на выход.

Они шли по длинному коридору, повернули налево и остановились перед массивной железной дверью с табличкой «Cанобработка» Никодим взял шланг, открыл вентиль и стал поливать из него Дениса. Парень закричал и отбежал к двери.

– Ты, что, сдурел! Холодно же!

– Терпи, казак, атаманом станешь! Холодная вода полезна для здоровья.

Моржевание длилось пять минут, после чего гнусавый пересадил его на железную лавку и пристегнул одну руку, к ней наручниками.

– Сидеть! – опять скомандовал Никодим и кинул ему охапку одежды.

– Одевайся!

– Неудобно же, одной рукой. Освободите меня от наручников, я никуда не сбегу. Обещаю!

– Не положено!

Одежду выдали на пару размеров больше. Брюки, он кое-как, одной рукой натянул, но с рубашкой не получалось. Гнусавый молча наблюдал за действиями парня и ухмылялся.

– Чего ржёшь! Лучше помоги! Я же не Гудини.

– Какой, ещё Гудини?

– Тот, который бы снял за секунду наручники и начистил твою самодовольную рожу.

– Ты, москаль, не дерзи! А то, я за себя не ручаюсь и могу очень разозлиться. Плюну на приказ полкана и отделаю тебя так, что мама родная не узнает.

– Герой! Ты можешь бить только слабых и связанных. А слабо, разобраться по-честному, один на один или у вас, господин надзиратель, кишка тонка.

Никодим хлёстко ударил парня в челюсть.

– Падла кацапская! Ты вздумал, мне угрожать! Забыл, где находишься? Здесь, я твой царь и бог! Шлёпну сейчас тебя или забью до смерти, а руководству скажу, что ты оказал сопротивление и пытался бежать.

– Освободи! – закричал Денис.

От обиды и бессилия его сначала охватила дрожь, а потом по телу пошло приятное тепло. Он словно кусок бумаги разорвал наручники и сжав кулаки, пошёл на обидчика. Гнусавый вытаращил на него глаза и дрожащим голосом проблеял.

– Мать твою, как ты это сделал?

– Щас, покажу и подробно, расскажу!

Никодим с перекошенной от испуга физиономией выбежал, захлопнув за собой дверь. Денис оделся и хотел выйти, но дверь оказалась запертой снаружи.

– Ну, суки! – опять разозлился он. – Надоела мне ваша тюрьма!

Парень ударил ногой в створ двери. Она с грохотом вылетела с петель под стук, обвалившейся со стен штукатурки, поднимая слой пыли. Раздался свист и противное жужжание. В шею неожиданно, что-то укусило.

– Пчёлы что ли кусают, но откуда они здесь? – удивился он.

Он схватился за место укуса и нащупал мелкую металлическую иглу. Сзади раздался посторонний шум, Денис обернулся. В пяти метрах от него, стоял полковник и целился из пистолета. Парень вытащил иглу, метнул ею в противника и закричал:

– Почему, вы без суда и следствия держите меня в тюрьме? Я не совершал ничего криминального? Я – простой советский шахтёр!

Грудь опять дважды обожгло и сразу, потемнело в глазах. Денис встряхнул плечами, помотал головой и мысленно, себе приказал: – Не вырубаться! Не спать! – А…А…А! – зарычал он, как дикий зверь, и кинулся на полковника.

Удар кулаком в лоб отбросил того, на несколько метров. Впереди появился Никодим. Он лязгнул затвором автомата, поднял дуло вверх и выстрелил. С потолка посыпалась штукатурка.

– Ты, паря, не шути! – крикнул гнусавый. – Может, ты и силён, как слон, но от пули не уйдёшь. На колени!

Он нацелил ствол в грудь Дениса.

– Что, я вам плохого сделал? Отпустите меня домой! Я домой хочу! – взмолился парень и, опустившись на колени, заплакал, упёршись головой в пол.

– Резко же, у тебя настроение меняется. Куда домой? Тебя там никто не ждёт. Ты для них уже давно умер.

– Когда умер? Почему умер? – недоумевал парень, смотря заплаканными глазами на собеседника. Я же вот, живой! Ты врёшь! Мои родители, жена и друзья меня ждут. У меня скоро будет ребёнок.

– Ты, наверное, до сих пор не врубился. После той аварии в шахте прошло четверть века. Где ты столько времени пропадал и почему, совсем не состарился?

– Не знаю, но я ведь, ещё вчера, находился в шахте.

– А как, ты вышел из неё, помнишь?

– Не помню… Но, если, я умер, то почему нахожусь здесь, а не в Якутии? Кто меня сюда перевёз? Да, и на покойника я совсем не смахиваю. Я дышу и чувствую, а значит, живой.

– Хлопец, сейчас 2016 год. В СБУ пробили твои данные по нашей оперативной базе. По официальным документам, ты погиб в 1990 году. Вас восьмерых затопило в шахте. Ваши трупы достать было невозможно. Государственная комиссия признала, что проводить спасательную операцию уже бессмысленно, из-за большого риска для жизни спасателей. Эта шахта стала для вас братской могилой. Её сразу закрыли. Шансов выжить не было ни у кого. А то, что ты жив и находишься здесь, не поддаётся никакому научному и логическому объяснению. Подобные загадочные случаи выживания в безвыходных ситуациях, скачков во времени и переноса на огромные расстояния, кое – где в мире происходили. Но те, выжившие люди, либо потом сходили с ума, либо вскоре умирали, либо снова исчезали. Вот такая невесёлая статистика… Ты хотел услышать правду, так получай, но не уверен, что она тебя обрадует, старичок. Денису Волкову сейчас 46 лет и столько же его сверстникам. В твоё отсутствие обстановка в мире кардинально поменялась. СССР развалился на отдельные государства. Россия сейчас ведёт необъявленную войну с Украиной в Донбассе. Русские забрали у нас Крым. Успокойся и попытайся, хоть что-то вспомнить. Не беги! Некуда бежать! Твои родители, возможно, уже умерли или дряхлые старики, смирившиеся давно, с потерей сына. Даже, если ты к ним вернёшься, то представляешь, какой стресс, они испытают. Нужно, подумать и всё взвесить прежде, чем лететь домой, сломя голову и вытаращив глаза.

Денис жадно, слушал и не верил своим ушам.

– Ё… моё! В голове не укладывалось. Союза нет! 2016 год! Война на Украине!

– Господи, почему, я здесь? Почему не умер там, вместе с ребятами? Почему, ты, спас меня? Кому, я теперь нужен?

– Не гневи бога, пацан! – с укором сказал Никодим. – Он тебя спас, а, ты, неблагодарный, ещё и возмущаешься. Ты, благодарить его должен до конца жизни. А сейчас, прекращай истерику, ноги в руки и вперёд, а то, скоро мой начальник очухается и поднимет тревогу. Крепко ты, его приложил. Бьёшь, как кувалдой! Занимался, наверное, чем-то?

– Да боксом, ещё в школе.

– Тогда понятно. Ведь навыки не забудешь и не пропьёшь.

– А наручники, как порвал? Специальная тренировка?

– Сам не знаю. Оно, как – то, само собой получилось от злости..

– Не человек, а сплошная загадка. Нравишься ты мне, хлопец. Не зря в народе говорят, что от любви до ненависти один шаг и наоборот. Брата ты моего младшего покойного мне напоминаешь.

По жёсткой, небритой щеке Никодима потекла слеза.

– Помогу, я тебе домой вернуться! Не достанешься, ты американцам. В рот им, буржуям, ноги грязные. Ненавижу их сытые и самодовольные рожи. Мы братья христиане должны друг другу помогать. Тем более, ты гражданин СССР и к нашей войне не причастен.

– Зачем я нужен американцам? – вставая, спросил Денис.

– Запрут в какую-нибудь лабораторию и будут всякие эксперименты на тебе проводить. Они любят изучать, всё эдакое загадочное и таинственное.

– Я же, человек, а не крыса и не собачка, чтобы меня изучать.

– Им насрать, кто ты. Для них главное – выгода и интересы страны.

– Моё согласие, как я понимаю, им не нужно.