Глава третья. Улыбаемся и пашем.

Первые два месяца филиал «ВебЛайна» постепенно раскочегаривался. Сначала всех контролировали приезжавшие из Москвы проверяющие, а потом количество их визитов со временем сократилось. На постоянке оставались только Лена и Таракан. Конечно, иногда они срывались на пару дней в Москву, но затем снова возвращались обратно. И если Лена подходила к этому с привычным пониманием, то Таракан начал ныть на вторую неделю.

Ему не нравился наш город и это было понятно. Здесь, если ты улыбался кому-нибудь, то запросто мог получить за улыбку по роже. Вышел вечером в магазин, вернуться можешь не домой, а поехать на белой карете в ближайшую больничку. Потому что нечего зажимать деньги, когда тебя просят поделиться правильные пацаны с района. Лето прекрасное. Днем тебя донимает мошка, а вечером ей на подмогу приходят тучи комаров, жаждущих выпить из тебя не только кровь, но и жизнь с душой. Поэтому мы понимали нашего московского Таракана, но лишь посмеивались, когда он заводил очередную пластинку в стиле «нытье-нойз».

– Я всего лишь на скейте решил покататься вечером, – пробубнил Таракан, когда заявился на утро в офис с лиловым синяком под глазом и с заклеенным пластырем носом.

– А где катался? – спросил Алекс, провожая взглядом Вику из входящих. На Вику многие засматривались. Красивая девчонка, с длинными ногами, крепкой задницей и красивой грудью. Тем не менее чарам Алекса она не поддавалась, что очень злило нашего грозного ебаку, но и просто так сдаваться он не собирался.

– В центре. У фонтана. Потом проехал дальше, к набережной, где рок-клуб какой-то, – честно ответил Таракан. Алекс и Лео синхронно присвистнули.

– Так там лысые тусуются, – вздохнул я. – Походу надо тебе рассказать, куда не стоит заходить даже днем.

– Так я просто катался, – пожал он плечами. – А они… Ну нет у меня сигареты.

– Не можешь сбежать или дать по морде, носи с собой пачку. Даже если не куришь, – устало ответил усталый Лео. – Выше шанс, что отпустят с миром. Все ж народ у нас понимающий. Когда хочет понимать, конечно.

Таракан промолчал, но я был уверен, что он советом Лео обязательно воспользуется. Или просидит всю командировку в офисе, не рискуя выходить в город.

Поначалу менеджеров щадили. Чеканова распорядилась снизить нагрузку на линию филиала, чтобы мы спокойно обучались. Я этому не сильно радовался, потому что небольшое количество оформленных заказов плохо сказывалось на моих бонусах и итоговой зарплате. А вот остальным было комфортно.

В перерывах между очередным звонком менеджеры лениво переговаривались с соседями, изучали со скуки ассортимент магазина или бегали в другие отделы, если слишком уставали от одних и тех же лиц. В обед маленькая кухня забивалась разнокалиберной толпой, там постоянно звучал громкий смех, пахло рыбой и разогретыми пирожками из столовки на первом этаже, а еще там плодились сплетни. Какой офис да без сплетен.

Естественно, королевами сплетен стали девчата, а возглавила их Вика Жигуленко. На неё пускал слюни Алекс, Таракан и добрая половина офиса. Но Вика все подкаты грубым образом прерывала, плодила ехидные шутки и скоро из желающих её внимания остался только неутомимый Алекс, для которого Вика стала настоящим вызовом. И пока он бесился и назло ей совращал очередную девицу из входящих, Вика посмеивалась и игнорировала его подкаты. Только я знал, что она лукавит. Дураку было понятно, что Алекс ей нравится. Слишком уж ярко блестят глаза и слишком уж колкие шутки отпускает острый язычок Вики.

Постепенно стали появляться и лидеры. И если в отделе входящих звонков всем заправляла Вика, то в отделе по работе с проблемными клиентами лидеров было двое: Олеся и Марк, «единственный навоз среди десяти роз», как шутил Таракан за его спиной.

Я частенько навещал отдел проблемных, потому что проще всего было дойти до их кабинета и решить вопрос сразу, чем ждать час, пока тебе ответят в «аське». Проблемные разруливали конфликтные ситуации с клиентами, которые получили брак, которым не привезли заказ, или профукали сроки доставки. Разбираться приходилось долго, порой требовалось несколько созвонов, ну а с учетом, что отделу сыпались проблемные клиенты не только из нашего офиса, но и из Москвы, то работы им хватало. Если мне прилетал по ошибке звонок разозленного клиента, то я не сбрасывал его, как другие менеджеры, а старался худо-бедно разрешить конфликт, прежде чем печатать номер заказа в чат с отделом проблемных. За это девчата меня полюбили и, если я вдруг навещал их, всегда улыбались и старались помочь. Ну а потом через меня стали передавать свои обидки другим менеджерам. За этим меня однажды спалила Лена Чеканова и, вызвав в свой кабинет, устроила маленький допрос.

– Послушала тут пару твоих звонков, – задумчиво обронила она, когда я уселся на стул напротив её стола и нацепил на лицо маску внимательного слушателя. – Почему ты не отписываешься в админку, что тебе ошибочно перевели звонок проблемного клиента? Менеджеры не должны заниматься такими заказами. Твое дело – продавать.

– Это понятно, Лен, – вздохнул я и склонил голову. – Только клиенты чаще всего с места начинают верещать. Сама же знаешь. А если я ему скажу, что сейчас передам заказ в другой отдел, он еще сильнее разозлится и девчатам будет сложнее все порешать. Вот и пытаюсь сначала успокоить, сказать, что разберемся и все такое. Потом отдаю заказ и предупреждаю, что клиент на взводе. Им так проще, клиент не чувствует себя ненужным, да и негатив убрать легче. Сама смотри. Я на разговор трачу минут пять. Убалтываю, что все хорошо, кладу трубку и отдаю заказ Олесе или другому специалисту. С клиентом почти сразу созваниваются и все. Либо я сбрасываю звонок, оставляя злого клиента, пишу в чат, что мне ошибочно перевели звонок, заказ передается в нужный отдел, ставится в очередь и, когда клиенту в итоге звонят через пару часов, он готов убить и влепить единицу на Яндексе просто потому, что его пинают, как котенка бродячего, туда-сюда. Не, если ты мне скажешь, что хватит играть в благородство и надо следовать алгоритмам, я так и сделаю. Просто подумал, что так проще и выгоднее для всех. Девчата так-то тоже зашиваются. Их понять можно.

– Спасибо за честность, – чуть подумав, кивнула Лена. Она улыбнулась и хитро на меня посмотрела. – А с виду кажется, что тебе плевать на всех и вся. Весь такой независимый и гордый.

– Неправда, – буркнул я. – Вежливость по отношению к коллегам никто не отменял.

– Согласна, – ответила Лена. – Хорошо, иди. Только на будущее, как поговоришь с проблемным клиентом и отдашь заказ девочкам, напиши в систему, что звонок перевели ошибочно. Если это не контролировать, то наши прекрасные девушки из входящих совсем расслабятся.

– Понял-принял, босс, – кивнул я и отправился на свое рабочее место.

Так что с отделом по работе с проблемными клиентами я дружил. Только Марк почему-то косо на меня посматривал, а если снисходил до беседы, то говорил сквозь зубы и предельно лаконично. Олеська Липатова же наоборот была рада поболтать, причем неважно, пришел я с очередным недовольным клиентом или мы пересеклись на улице в курилке.

До «ВебЛайна» она уже работала на похожей должности. Решала вопросы с проблемными клиентами в «Эльдорадо», пока не поняла, что никакой карьерной лестницы не будет, и ушла оттуда, хлопнув дверью.

– Если здесь та же туфта, то уволюсь и свалю, – сказала она, когда мы сидели на кухне и наслаждались разогретыми пирожками из столовки. – Я так Лене и сказала, что для меня важно расти, а не только получать зарплату.

– Ну, наплести тебе всякое могут, бяша, – кивнул я. – И не факт, что правду.

– Посмотрим, – рассеянно улыбнулась она. Улыбка вышла доброй, вот только взгляд у Олеськи всегда был ледяным и казалось, ничто неспособно хоть немного растопить этот лед. Если всех остальных я худо-бедно «прокачал» и понимал, что это за люди, то с Липатовой фокус не удался. Она по-прежнему оставалась для меня загадкой. Она, но не Марк.

Со временем выяснилось, что Марк доброжелательно общается только с девушками, а на парней смотрит, как на говно. Алекс даже порывался его спровоцировать, чтобы забить стрелку и там предъявить за странное поведение, но нам с Лео удалось его успокоить. Вернее, успокаивал его только Лео, а я молча стоял рядом и наслаждался сигаретой на перерыве.

– Принц ебаный, – ругнулся Алекс и сбросил со своего плеча руку Лео, который не оставлял попыток утихомирить коллегу. – Ты гляди, как он по офису ходит. Плывет! Баба какая-нибудь мимо пройдет, так он ей скалится, хихикает, а стоит пацану пройти, так тут же ебало скукоживает и губки поджимает.

– Чего тебя так прорвало-то? – фыркнул я, устав слушать вопли Алекса. Тот поперхнулся от неожиданного вопроса и повернулся ко мне.

– Как ни зайду к ним, так он сразу нос морщит, словно говно вплыло. Вчера захожу вечером, а там он и Олеська. Олеська по телефону болтает и на него кивает. Мол, озвучивай, чего там у тебя. Я ему номер заказа даю, рассказываю, что клиент говнится и скидку клянчит. Ты бы, блядь, видел, каким взглядом он на меня посмотрел. Губки свои сжал, ниточки ебучие, и цедит так, еле слышно: «Займусь».

– Он со всеми так себя ведет, – хмыкнул Лео, закуривая сигарету. – Привыкнуть пора.

– Не хочу привыкать, – снова взвился Алекс. – Я ему слова дурного ни разу не сказал, а рожу воротит, будто я его сестру выебал.

– Погодь, – встрял я и, нахмурившись, покачал головой. – А Ольга Синицкая с входящих, не его сестра?

– Фамилия такая же, – добавил Лео, на губах которого появилась гадкая улыбка. – Ну, вспоминай, что ты с ней сделал?

– А? – нахмурился Алекс, а потом на него снизошло озарение. Румянец залил щеки и из горла вырвался сиплый смешок. – Блин. Так она нормально со мной общается. Ну, порадовали друг друга и разбежались.

– Она-то нормально, да только вопли ваши из толчка все слышали. И Марк тоже, – рассмеялся я. – Он котлетку на кухне ел, так котлетка эта поперек горла у него встала.

– Неудобно получилось, – почесал шею Алекс и глупо улыбнулся. – Ладно, пойду извинюсь, что ли.

– Не думаю, что это хорошая идея, – вставил Лео, но Алекс, мотнув головой, помчался ко входу в офис. Лео повернулся ко мне и пожал плечами. – Он его нахуй пошлет.

– Без вариантов, – кивнул я и, докурив, выбросил окурок в урну. – Пошли, поглядим. Вдруг Марк Алексу пизды даст.

– Злой ты, Петровский.

– Знаю, Лео. Но интересно же?

Естественно, смертоубийства не случилось. Я не сомневался, что Алекс при желании одним ударом отправит Марка в стратосферу, но драки не случилось. Марк молча выслушал извинения, привычно скривил губы и отвернулся. Зато девчата из отдела по работе с проблемными повеселились, глядя на краснеющего и бледнеющего Алекса. «Навоз среди десяти роз» оказался умнее и равнодушным молчанием обозначил, что ему плевать и на Алекса, и на его извинения. После этого я зауважал Марка чуть больше, чем раньше.

Помимо Марка и Олеси в отделе работало еще девять девушек, но к исходу первого рабочего месяца их осталось пятеро. Тех, кто выдержал нервных клиентов, постоянный шквал звонков и выслушивание гадостей девять часов в день. В отличие от входящих звонков, в этом отделе работали довольно жесткие девчата, которые на шутки менеджеров внимания не обращали, потому что их юмор был довольно специфичен и отчасти жесток. Я сравнивал их с врачами, которым внутренний цинизм позволяет абстрагироваться от переживаний, смертей и негатива. Но мне с ними было общаться легко, потому что я понимал, какая скотская и нужная у них работа, и относился соответствующе. И если Лео еще удалось приучить не сбрасывать негативных клиентов, как нас убеждали в учебке, а пытаться сгладить конфликт своими силами, то остальные менеджеры забивали на это болт, за что плюсов в карму от девчат и Марка не получали.

Я же быстро просек выгоду от хороших взаимоотношений с отделом по работе с проблемными. Если мне попадался негативный клиент, я просто успокаивал его, говорил, что с ним сейчас свяжутся, и относил номер заказа девчатам. Девчата мой заказ ставили в очереди выше и не успевал я уйти, как кто-нибудь уже звонил клиенту. Плюсы в этом были огромные, потому что бонусы начислялись за заказ, который доставили. А если что-то пошло не так, то менеджер ничего не получал. Обиднее всего, когда какой-нибудь богатый дядька не получал свой проектор и экран к нему, который продал я, и который приносил хороший бонус. В таком случае выручали девчата, которые давали клиенту скидку или просто убалтывали. Выгоды было море, только я один это и понимал. С зарплаты я всегда покупал девчатам пару пачек недорогого печенья и заносил в отдел с очередным заказом, по которому нужна помощь. Дошло до того, что даже презрительный к менеджерам Марк начал мне понемногу улыбаться.

– Входящие на тебя обижаются, – сказал мне Лео, когда мы присели после рабочего дня на лавочку под ивой, чтобы выпить пива перед выходными.

– За то, что я Лошадь тупой пиздой обозвал? За дело, между прочим. Сто раз ей сказал, что вопросами по доставке занимается отдел проблемных, а не менеджеры. Она мне нехило так конверсию слила…

– Нет, – мотнул он головой. – Обижаются, что ты с проблемными любезничаешь, а их игнорируешь.

– Дурные бабы, – вздохнул я и сделал глоток пива из бутылки. Лео, в отличие от меня, с отделом входящих звонков дружил и даже пытался флиртовать, несмотря на то, что был женат. – Естественно, я с ними любезничаю. От них бонусы и финальная зарплата зависят. И что, сильно обижаются?

– Ага. Пиленко про тебя слух пустила, что ты педераст, – я, услышав это заявление, поперхнулся пивом, а затем рассмеялся.

– Серьезно?

– Ага, – кивнул Лео. – Говорит, что ты специально к ним зачастил, потому что у тебя на Марка стоит.

– М-да, – усмехнулся я и, достав из кармана пачку, выудил из нее две сигареты. Лео свои давно выдул, но я привык, что он частенько их у меня стреляет. – Можно было бы на нее Алекса натравить, чтобы выебал из Пиленко глупость.

– Не получится. Он её на дух не переносит. Говорит, что от нее салом топленым несет и огурцами солеными.

– Тогда хер с ней, Лео. Пусть травит слухи дальше. Надо Марку тортик купить. Прикинь, как у входящих жопы-то порвутся?

– Тогда они придумают что-нибудь похлеще педераста.

– Да и плевать, – рассмеялся я и покачал головой. – Дурные бабы.

– Дурные, – согласился Лео и поднял бутылку. – Будем.

– Будем, – кивнул я и сделал глоток.

После выходных, когда я вернулся в офис, то первым делом заглянул в кабинет к девчатам из входящих. С гаденькой улыбочкой подошел к столу Пиленко, которая от удивления раскрыла рот шире нужного, а потом положил ей на стол шоколадку «Вдохновение». Не успела Пиленко задать вопрос, как я её опередил.