Глава 2

Во времена первых королевств земли Нарадвелл покрывали буйные леса. Густые заросли пугали переселенцев, и те называли их «антир», что с анкорского переводилось как «чужой». Королевства росли, превращаясь в империи, множилось население. Застраивались новые территории, и антиры начали вырубать. Тогда-то империи познали первые войны с недовольными племенами, расплодившимися за зелёной завесой, вдали от глаз полюбивших комфорт горожан. Но жили среди деревьев не только аборигены с луками, стрелами и острыми палками. Таился там народ, черпающий энергию из недр земли. Они же и открыли людям магию с её Источниками и чудесами.

На очищенной от древних племён земле построили Варат – экономический центр Юга Нарадвелл. По обычаю, принятому в Империи задолго до возведения города, главой назначался родственник императора. Дериус Рат стал мэром после смерти среднего брата, к которой, как многие считали, он сам приложил руку. Дела он вёл неважно, предпочитая плести интриги. Часто люди, мечтающие о власти и управлении, способностей к этому не имеют. Рат был как раз из таких. Озлобленный, мелочный, суетливый. Он ругался, когда дело можно было разрешить миром, отмалчивался, когда следовало возмутиться.

С самого детства младший брат императора понимал, что правление ему светит лишь в том случае, если двое старших братьев скончаются в расцвете сил. Но время шло, умирающий отец передал трон первенцу, отдав экономический центр Юга среднему брату. Его же, Дериуса, отправили служить в казначейство.

Протирая штаны за лакированным столом перед стопками свитков и монетных книг, Дериус Рат укреплялся в ненависти к семье. Перед сном он с упоением представлял, как расправляется с каждым из братьев, хватая бразды правления в свои руки.

И вот однажды ему посчастливилось. В таверне для знати, где он был завсегдатаем, двое торговцев обговаривали условия доставки «особого» товара. Рат знал, что «особый» на Юге означало «человеческий». Его старший брат, нынешний император, отменил рабство, как только взошёл на престол. Но предприимчивые люди, вроде этих, продолжали перевозить запрещённый товар. Чаще всего объектом реализации выступали ирихские женщины из-за их скромности и ограниченности. Они мало болтали, многое умели, о своём положении не распространялись.

Что-то было такое в голосе говорившего, отчего Дериус решился подойти. Увидев младшего брата императора, торговцы поначалу напряглись, но молва всё же опережала его. Почти каждый в Империи знал, что моральный компас главного казначея давно разбился об его письменный стол.

После десятка выпитых бутылок горячительного языки торговцев развязались, и они рассказали о ребёнке-маге. Дериус поначалу не поверил: кто в своём уме попытается изолировать мага? Один из мужчин, видать, тот, что поставлял, успокоил, сказав, что магия ограничена специальным амулетом-приказчиком и повязкой-исполнителем. Повязка крепится на труднодоступное место, например, шею, амулет же должен носить владелец не снимая. Все приказы маг исполнит, поскольку сопротивление будет вызывать у него невыносимую боль. Цена ребёнка, разумеется, была баснословна. И запрещённый амулет продавался отдельно. Дериус прикинул, сколько успел накопить на взятках, после чего попросил отвести его к «товару».

В тесной клетке за грязной шторкой сидела она – маленькая девочка с чёрными как уголь волосами. Жирными космами они падали на лицо и плечи. Заплаканные изумрудные глаза смотрели на мужчин с ненавистью. Она всё пыталась произнести какое-то слово, после чего падала на землю, извиваясь от боли. «Я запретил ей болтать», – с усмешкой заявил перевозчик.

Дериус тогда поторговался из-за её внешнего вида и настроя. Сбив немного цену и узнав о потенциале девчонки со слов торгаша, он забрал её в свой замок недалеко от Варата. Уже тогда он спланировал, как с помощью маленького мага избавиться от всех наследников трона, в том числе и от детей императора.

Поначалу план реализовывался по задуманным этапам. Все знали девочку как его протеже, переданную на воспитание из детского дома. Наивные восхищались поступком Дериуса, опытные ухмылялись, а прочим до ребёнка не было никакого дела. Её магические способности до поры до времени не афишировались. Дериус водил малышку по званым вечерам, чтобы знать к ней привыкла.

Спустя полгода средний брат скоропостижно скончался в собственной постели от удушья. Признаков взлома не обнаружили. И никто не обратил внимания, что именно в тот день у него гостила протеже Дериуса. Затем скончались ещё несколько герцогов, в прошлом имевших наглость высказаться против младшего Рата на должности мэра.

Заполучив статус градоправителя, Дериус почувствовал опьяняющую власть. По Варату пронеслись волны арестов и увольнений. В итоге на места сели лояльные к нему люди.

Спустя ещё несколько месяцев Дериус решил избавиться от наследника трона – сына старшего брата. В день Объединения Империи он вместе с девочкой остановился в императорском замке. После пира, когда все гости разошлись, он отправил её в покои наследника. Но на этот раз план не сработал: почему-то вместо убийства девочка привела заспанного мальчишку к нему. Сколько бы он ни приказывал, как бы сильно она не мучалась от боли, убивать наследника девочка не стала. В голову Дериуса пришёл самый глупый план из тех, что он когда-либо придумывал. Он решил забрать мальчишку с собой. Ночью, пока ещё не отзвенел городской колокол, он покинул императорские владения, сославшись на плохое самочувствие.

Мальчишку несложно было обмануть. Мэр Варата выдумал складную историю, сказав ребёнку, что его отец погиб и теперь он его самый близкий родственник. Дериус решил избавиться от брата и стать регентом при мальчишке, который доверится ему во всём. Единственная сложность состояла в том, что брат искал сына, перерывая всё на своём пути. Гонцы и наёмники вынюхивали на каждом углу. Дериусу пришлось постричь мальчишку и изуродовать, не без помощи маленького мага, конечно. На лице наследника у самого глаза остался глубокий магический шрам.

Время шло, а хорошей возможности убрать последнее препятствие не оказалось. То на Нарадвелл обрушивался самый крупный в истории ураган, унёсший миллионы жизней, то гражданские войны между приморцами и остами усложняли внутреннюю политику. Дериус не хотел со всем этим разбираться, поэтому благородно оставил старшего брата в живых. Мальчишку же он прятал от людей несколько лет, после которых заявил, что отыскался бастард среднего брата. Ему поверили, ведь к тому моменту поиски ребёнка утихли. И снова в этом помогла девочка, без проблем забравшая жизнь деревенского мальчишки, чтобы инсценировать смерть наследника.

Дериус ждал завершения конфликтов и налаживания жизни в Империи, которой он хотел управлять. Но, к глубокому разочарованию, однажды утром обнаружил на столе письмо от гонца, в котором жителей Нарадвелл призывали готовиться к войне. Да не с кем-нибудь, а с кочевыми некромантами.

Южные владения императора. Город Варат.

Легион сидела на парапете фонтана, праздно бросая в зелёную водицу щебёнку из-под ног. Грязные разводы её мало интересовали, чистка фонтанов в обязанности телохранителя Дериуса Рата не входила. День только начинался, а её настроение уже подпортила местная экономка, одна из немногих в замке, кого Легион не пугала. Она считала своим долгом приучить девушку к домоводству, совершенно не понимая, что каждый раз стоит на острие ножа. Старуху спасало лишь то, что Дериус после очередной расправы Легион над конюхом, назвавшим её при всех «варатской змеёй», приказал девушке оставить домашних в покое, ибо кастелян Мербус замучался нанимать новых людей.

Легион не то что не любили в замке – её жутко боялись, за глаза называя так, как посмел озвучить несчастный конюх. Каждый ребёнок в Варате знал: если вести себя плохо, то «варатская змея» придёт ночью, удушит и съест.

Слухи города быстро принимали форму присказок. Но благодаря им никто не смел идти против Дериуса Рата. За долгие тринадцать лет лишь трижды было организовано покушение на мэра. И все разы завершались показательными казнями, где палачом выступала на вид хрупкая, но невероятно злая телохранительница Рата.

Фонтан, облюбованный Легион, находился во внутреннем дворе замка. В окружении подпираемых колоннами арок, по которым вился декоративный бордовый плющ – любимое растение старухи экономки, – девушка ждала часа, когда сможет покинуть владения хозяина и направиться на центральную площадь города. Именно сегодня должна была открыться самая крупная ярмарка года. Возвращаясь из путешествия, где Дериус пытался продать некий ценный актив, Легион видела множество телег и повозок, скопившихся у главных ворот. В такой же день тринадцать лет назад она лишилась дома и семьи.

Легион отряхнула подол платья из змеиной кожи и встала. В окне второго этажа, в которое она изредка поглядывала, пока грелась на солнце, мелькнула фигура Дериуса, а затем – двух низкорослых мужчин. Она знала, что хозяин снова пытается продать «актив», но какой именно – не имела понятия.

– Доброе утро, Легион! – С западных ступеней спускался высокий юноша в белой куртке с размашистым воротником поверх чёрной рубахи. – Ты, как всегда, холодна, молчалива и прекрасна.

Легион сузила глаза и криво улыбнулась – привычная реакция на сарказм Диэлона Рата. К нему она испытывала двойственные чувства. С одной стороны, именно из-за Диэлона Легион не могла произнести ни слова, до этого Дериус позволял ей немного говорить. С другой – Диэлон был в замке таким же пленником, как и она, только пока не знал об этом. Характером парнишка не пошёл в дядю, но едкость, вырабатываемая на улицах Варата долгие годы, пропитывала почти каждое сказанное им слово. Диэлон не мог удержаться от колкости, даже если это сулило ему расправу. Но стоило отдать ему должное, перед обидчиками он никогда не пасовал.

– Бывай, подруга, – небрежно махнул Диэлон, не оборачиваясь. – К ужину не жди.

Легион вновь посмотрела на окно – Дериус всё ещё вёл переговоры и при этом активно жестикулировал короткими ручонками, сплошь покрытыми золотыми перстнями. Жгучее любопытство заставило девушку вернуться в дом, чтобы подслушать разговор. Осторожно, избегая отчитывающей служанок экономки, она пробралась по бархатному ковру в гостиную – с удовольствием отметив, что оставляет за собой пыльные следы, – а оттуда на главную лестницу, мимо вазонов с цветами и фарфоровой статуи тигра.

Возбуждённые голоса ирихов были слышны уже в коридоре – мужчины торговались. Один отмечал, что цена завышена и неизвестно, даст ли в итоге покупка преимущество, второй, в свою очередь, просил первого не сомневаться в правдивости слов хаиулисского священника. Дериус молчал, вероятно, давая высказаться гостям.

Легион заскочила в соседнюю комнату и оставила щель в двери. Спор не унимался ещё минут десять, пока гости не приняли окончательного решения заплатить Рату.

– На ярмарке, – коротко сообщил Дериус ирихам.

Затем послышалась возня, и наконец мужчины покинули кабинет Дериуса. Как только они скрылись за углом, вышел и сам мэр на пару с кастеляном Мербусом. Оба светловолосые и кареглазые – типичные представители анкорцев. Раздобревший за эти годы Дериус теперь напоминал пузатый кувшин с белой крышкой – а когда-то его считали весьма привлекательным молодым мужчиной. Легион даже помнила тех знатных женщин, что останавливались у него на ночь.

– Как вам удалось убедить их в надёжности столь сомнительной аферы? – восхищённо спросил кастелян.

– Священник. Я купил хаиулисского священника. Ирихи туповаты. Они до сих пор поклоняются какому-то странному богу Хаиулу, – брезгливо пояснил Дериус. – Почти всю жизнь под него подстраивают. Навозводили храмов, молятся по двадцать раз в сутки. И тем не менее легко убивают, воруют и насилуют. Вот такие разноплановые ребята.

– И это всё?

– Да, представь себе. Достаточно было одного слова старикашки в платье.

– Поразительно. Вы думаете, он им так просто дастся?

– Да плевать мне. Хватит уже кормить лишний и бесполезный рот. Пора придумать другой план. Ещё пара месяцев, и это место превратится в могилу с восставшими мертвецами. Нужно убираться из Нарадвелл. Туда, где кочевников не боятся. Может, к Северным наездникам или ривенам, пока не решил.

Кастелян потемнел.

– Думаете, армия вашего брата не справится с интервентами?

– Думаю, что за свои идеалы мой брат быстро откинет копыта. А ты не переживай, Мерб, тебя заберу с собой. Хороший управляющий везде на вес золота.

Мербус низко поклонился, не скрывая улыбки. Он собрался уходить, но Дериус его окликнул:

– Найди-ка Легион, пусть ко мне придёт.

Легион дождалась, когда коридор опустеет, затем осторожно выскользнула из-за двери и отправилась в город. Возвращаться к Дериусу она не планировала.

Диэлон любил Варат, как никто другой. Огромные таверны с пивом и мясом на любой вкус; дома развлечения с картами и петушиными боями; конкурсы красоты, когда самые привлекательные деревенские барышни останавливались в местных гостиницах, где дозваться их не составляло труда; турниры на мечах и саблях, где Диэлон и сам побеждал не раз; конные турниры – на одном из таких он познакомился с Теркусом, славным малым, знающим толк в веселье. Да, Диэлон любил Варат. И то, что он оказался здесь при скверных обстоятельствах, как говорил его горячо уважаемый дядя Дериус, эту симпатию не портило.

В замке же к Диэлону относились как ко второму хозяину. Дядя разрешал всё, кроме поездок с ним по делам: такое он позволял только змеюке Легион. Хочешь учить язык остов – пожалуйста, хочешь научиться фехтованию – не вопрос, хочешь купить себе ручного орпу – да хоть двух, только не забывай мыть полы после него.

Диэлон любил Варат. Любил его улочки, его высокие здания из грубого кирпича, пузатые башни, сине-красные флаги, цветочные клумбы и парки для прогулок с новой пассией.

Наполнив грудь свежим воздухом соседствующего с Варатом Антирского леса, Диэлон вышел за пределы замка. Дома города начинались сразу за воротами. «Сельские» постройки с каменными основаниями и деревянными балочными крышами чередовались с особняками посерьёзней, чьи аккуратные башенки с черепичной кладкой по традиции увенчивались оригинальным флюгером. Чаще его ковали с учётом клановых различий. Где-то это был ястреб, а где-то игуана.

Кирпичная дорожка, уставленная цветочными горшками, вела к перекрёстку. Здесь тишине жилого квартала приходил конец. Какофония голосов утопала в лязге железа, цоканье копыт и скрипе тележек. Жители и гости Варата находились в постоянном движении, стараясь не упустить выгоду настоящего дня. Опытные матроны следили за тщедушными девицами, дочерями зажиточных купцов и графов. Мальчики на побегушках носились с поручениями от одного рабочего дома к другому. Кузнечная гильдия демонстрировала свои навыки прямо на улице, одновременно рекламируя результаты труда прохожим. А вот и полюбившаяся Диэлону Строительная гильдия – там мужики знали толк в кулачном бою!

До центральной площади от замка минут тридцать ходьбы. Уже видны первые разноцветные шатры и сцена, на которой должен выступить лучший бард Юга. Но всё это вечером, а сейчас – выпивка, закуски и новые знакомые. Главное, не влипнуть в историю, как тогда в «Трёх розах». Им с Теркусом знатно досталось от громилы из гильдии Бойцов. Кто ж знал, что в этот раз тот пришёл с друзьями.

Диэлон ступил на площадь полный воодушевления, но его настрой тотчас угас, стоило увидеть в окне таверны «Цветущий луг» Эрэл, молодую реллийку, с недавних пор считающую себя его дамой сердца. Он ничего не имел против её брата Бэла, это должен был быть мужской день, но она как никто могла его испортить. Замаскировав разочарование удивлением, он смело ступил на порог.

Легион пыталась сбежать пять раз, и всё это до пятнадцатилетия. Она наивно полагала, что может спрятаться от человека, имеющего глаза и уши в каждом зачуханном городишке Юга. Ища помощи, она даже к бандитам угодила и была опознана, так как устроила кровавую резню прямо на дороге. С тех пор Дериус сдерживал её приказами, ослабляя контроль только на выездах и в замке.