И пусть никогда не признает это вслух, пусть упрямится, ругается со мной и даже и не помышляет о подчинении. Не нужно мне ни слов, ни спокойствия, ни ее покорности. Пусть только любит и никогда не перестает это делать, а со всем остальным мы справимся, потому что это просто неважно.
Злость – это хорошо. Она дает силы бороться и двигаться дальше, несмотря ни на что. Злостью можно заткнуть кровоточащие дыры в душе и приглушить до едва слышимого шепота любые другие чувства.
Я кивнула и повернулась к происходящему действу, наблюдая за тем, что вытворяет этот чокнутый Монтойя, явно пропустивший в школе уроки физики, на которых проходили силу притяжения.
Неожиданно один из «Парящих» резко выскочил из седла своего монстра и решительно направился ко мне, несмотря на возмущенные возгласы техников. Когда он сдернул шлем, я увидела насупленное лицо Монтойи. Он шел ко мне, и выражение его лица ничего хорошего не обещало. Я напряглась, ожидая воплей и претензий.
Парящие» были почти неотличимы друг от друга в своих ярких кожаных костюмах с защитой и шлемах в той же цветовой гамме с совершенно непрозрачными стеклами. Они по очереди вылетали на своих двухколесных зверюгах на арену и, проведя серию трюков, возвращались, сменяя друг друга.
В самом деле? Скажи об этом моей матери! Для всех Альфа стаи – мой отец, но только я и мои братья знаем, кто и правда управляет Стаей Канадского красного леса. И поверь, это не здоровенный мускулистый суровый мужик, а маленькая хрупкая женщина ростом 152 см. Моя мама. А так-то да. Женщин-Альф не существует, – ухмыльнулся Монтойя.
Зачастую многие недооценивают важность таких особей в стае, а тем не менее Омеги ничуть не менее важны, чем властные и заносчивые засранцы Альфы. Омеги – костяк стаи, его основная опора, скелет, на котором она держится. Они гасят чрезмерную агрессию Альф и патологическую жажду к контролю всего вокруг Бет. Жизнь полноценной стаи невозможна без Омег.