Тая с содроганием вспомнила свои дни в больнице, ее даже передернуло при мысли о ней. После второго пребывания в этом "чудном" месте она перестала морить себя голодом, начала есть овсянку по утрам и жить по правилу «Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, а ужин отдай врагу». Обедала Тая обычно гречкой с куриной грудкой, а перекусывала обезжиренными йогуртами и фруктами. Но раз в месяц, в выходной, все-таки позволяла себе «праздник живота» – они с Юлькой выбирались в город и лакомились в уютных ресторанчиках.

Тем не менее, порой сила воли подводила Тайку. Не дождавшись заветного выходного, она могла проснуться от дикого голода часиков в пять утра и побежать в соседнюю «Якиторию», заказать сразу несколько блюд, как самая настоящая обжора, и с ощущением необыкновенного счастья уплетать свой ранний завтрак, наслаждаясь каждым его мгновением в гордом одиночестве. Или же, поддавшись соблазну, могла сорваться и за один присест опустошить банку любимых консервированных персиков.

Лиза долго еще поглощала пиццу с громкими хвалебными комментариями, всё больше раздражая Тайку. В целом, она была неплохая – отзывчивая, с добрым сердцем и чувством юмора, но Тая испытывала к ней неприязнь по одной простой причине – Лиза не была стройной. Тая понимала, что это бред, нельзя делить людей на красивых и уродливых, худых и толстых, и относиться к последним как к изгоям. Однако ничего не могла поделать с собой, продолжая испытывать к ним брезгливость как к прокаженным. В одной книжке про счастье Тая вычитала, что наша жизнь – это нечто среднее из того, что представляет собой твое окружение из пяти людей, с которыми ты общаешься чаще всего, поэтому в свой Мир она предпочитала впускать только самых красивых и удачливых.

Возраст Лизы стал для нее целым открытием. Двадцать пять лет! Почти ее ровесница, ненамного старше, а выглядит так, как будто ей уже далеко за тридцатник. Тая знала, что лишние килограммы зрительно прибавляют годы, но не в таких же масштабах! Лизу нельзя было назвать толстушкой, даже в категорию полных она едва вписывалась. Это была просто в меру упитанная девушка с женственной фигурой, которая не стеснялась ходить в облегающих джинсах на низкой талии и коротеньких футболках. И именно это вызывало у Таи наибольшее отвращение.

Глядя на выпирающие над ремнем животик и расплывшиеся бока, уныло обвисшую грудь (Лиза не носила бюстгальтеры) и намечающийся второй подбородок, она думала о том, что на месте коллеги не могла бы смотреть на себя в зеркало.

Однако отрицать способности Лизы Тая не могла. За полтора года она умудрилась стать правой рукой редактора – эксцентричной и капризной дамочки с хореографическим образованием, которой просто посчастливилось выйти замуж за директора издательского дома. В редакции сотрудники между собой называли ее Горгоной – и за внешнее сходство благодаря ее торчащим во все стороны непокорным кудрям, и за скверный характер.

На столе Лизы громко завибрировал мобильный телефон, и голос Niletto запел последний хит «Любимка». Девушка торопливо вытерла салфеткой жирные после пиццы пальцы и схватила телефон.

– Привет, малыш!… Я тоже соскучилась… Собиралась тебе позвонить… Да ничего не делаю, обедаю… Что ем? Пиццу…. С ветчиной и сыром…

Тая надела наушники, чтобы не слушать приторный голосок Лизы, воркующей со своим Малышом. Смотреть на ее расплывшееся в счастливой улыбке лицо было противно.

Даже эту корову кто-то любит. Интересно, за что? За что можно любить ее?

Ведь Таю, несмотря на ее яркую внешность и таланты, никто не любил по-настоящему. Хотя поклонников у нее пруд пруди. Но каждый из них, плененный ее красотой, получив то, что хотел, исчезал с невероятной скоростью, заставляя ее ломать голову над тем, что же в ней не так. А этот Малыш пылинки сдувает с Лизы, каждый день встречает с работы, готовит для нее любимые блюда и за полгода их отношений познакомил уже со всей своей родней. Разве не странно?

А может, он какой-нибудь урод? Или толстяк? И они просто нашли друг друга, как два полных мима-клоуна в одной из киноновелл «Париж, я люблю тебя». Два одиночества, никому не нужные, кроме друг друга.

Подумав об этом, Тая успокоилась и даже повеселела. Она решила сделать перерыв, обед ведь! Свернула статью на мониторе, достала из ящика сочное зеленое яблоко и зашла на свою страничку ВКонтакте. Размышления на тему любви натолкнули ее на одну мысль.

Что, если Он все-таки здесь?

Создав аккаунт на этом сайте, первым делом Тайка с волнением набрала в поисковой строке заветное имя, надеясь отыскать любовь всей своей жизни, о которой не могла забыть долгие годы. Но, к ее глубочайшему огорчению, его там не оказалось. Периодически, продолжая надеяться на чудо, Тая вбивала в поиске его имя и фамилию, но находила лишь безликих тезок и однофамильцев.

И вот, размышляя сейчас о Малыше, чье настоящее имя оставалось загадкой для всей редакции, поскольку Лиза всегда называла его лишь Малышом, ее осенило.

А что, если он тоже зарегистрировался на сайте под каким-то ником?

Тая отыскала в сообществах страницу его ВУЗа, затем нашла страницу его факультета и на третьей странице подписчиков обнаружила родное улыбающееся лицо.

Она нашла Его! Тая никогда бы не догадалась, что он может скрываться под ником «Пижон». Хотя всё логично, его фамилия Голубь по-французски звучит именно так – «Pigeon». Он, как всегда, в своем репертуаре – любит загадки!

Настроение Таи взмыло до небес, и она даже была готова расцеловать Лизу, которая подошла к ее столу после разговора со своим Малышом.

– Ну как у тебя со статьей? Продвигается?

– Еще как! У меня появилась новая теория о дежавю. Как раз над ней я и работаю сейчас.

– Новая? – глаза Лизы загорелись от любопытства. – Ну-ка, расскажи!

– Она существенно отличается от того, как люди обычно воспринимают дежавю.

– Лично для меня дежавю – мгновение, когда резко возникает ощущение того, что это как будто когда-то со мной уже происходило. Например, я сижу в компании друзей и вдруг чувствую, что это всё уже точно было: кто-то из друзей говорит какую-то фразу, подруга в ответ произносит определенные слова, по радио играет именно та песня, и в этот самый миг раздается звонок, а кто-то случайно разбивает стакан. Всё точь-в-точь, как было когда-то!

– Да, это второй вид дежавю, наиболее распространенный, – кивнула Тая.

– А к первому тогда что относится? – поинтересовалась Лиза.

– Например, ты оказываешься в незнакомом городе, в котором точно никогда не была, но это место кажется тебе настолько знакомым, что ты даже знаешь, в какой стороне какие достопримечательности находятся. Может, ты действительно была там раньше, только в другом теле, и это воспоминания твоей Души о прошлых жизнях, заключенные в бессознательном, оживают и пробиваются в твое сознание за счет эмоциональной близости этого места. Но это касается не только мест, но и людей. Ведь бывает иногда такое, что ты видишь человека впервые, а такое ощущение как будто знала его раньше, когда-то. Или, наоборот, не испытываешь никаких чувств к близкому и родному человеку. Может быть, в прошлой жизни именно он принес тебе горести и страдания.

– А что за новая теория?

– Она относится ко второму виду. Считается, что все мы живем в Другом мире, где у нас радостная и совершенная жизнь – что-то вроде рая, а сюда, на землю, мы совершаем всего лишь кратковременные путешествия, чтобы учиться на собственном опыте, расти и развиваться на бесконечном вечном пути Души. И перед тем, как в очередной раз вернуться на землю из Другого мира, мы тщательно планируем свое пребывание здесь. В этот План мы вносим незначительные детали и, казалось бы, бессмысленные мелочи, разбрасываем их тут и там, чтобы потом, столкнувшись с ними, осознать, что идем по правильном пути. Это как Мальчик-с-Пальчик в сказке разбрасывал белые камешки, чтобы по ним найти дорогу домой. Поэтому, когда мы натыкаемся на детали своего Плана, у нас возникает ощущение дежавю. Мы неожиданно чувствуем, что как будто уже знаем эту ситуацию, и нам начинает казаться, что мы уже проживали этот момент. Но это не так. Во время таких дежавю мы просто вспоминаем крошечные детали, которые сами же включили в свой жизненный путь еще до рождения, в том Другом мире.

Лиза задумчиво почесала затылок.

– А что, интересная мысль! Свежая и неизбитая. Думаю, нашим читателям понравится твоя статья. Получается, что мы заранее выбираем себе жизнь?

Тая откусила яблоко и кивнула.

– Так же, как, например, присматриваемся в какой ВУЗ поступать, так и тут мы подбираем варианты, где и с кем мы будем жить: выбираем себе родителей, семью, любимых, детей, друзей, руководителей и подчиненных, даже случайных знакомых и домашних животных. Выбираем внешность – цвет волос, глаз, кожи, вес, характер, предпочтения, слабости и недостатки, навыки и таланты, хобби, интересы и даже странности, о которых никто, кроме нас, знать не будет. Мы выбираем место и дату рождения, город и дом, в котором будем жить, своих соседей, даже врагов, и время встречи с ними. Болезни и травмы, которые нам суждено пережить, мы тоже выбираем сами.

– По этой теории, получается, что мы все – идиоты, раз сталкиваемся по жизни с кучей трудностей и проблем. Зачем мы их себе выбираем, если можно жить припеваючи?

– В том-то и дело, что беззаботная жизнь у нас уже есть в Другом мире, где мы пребываем в состоянии блаженной эйфории, и сюда, на землю, мы отправляемся за тем, чтобы развиваться. Мы готовимся к суровой школе, наполненной трудностями и уроками, которые даются большой ценой. Это как в компьютерной игре – мы выбираем сложный уровень, напичканный препятствиями, потому что это вызов – его интересней проходить и узнавать, на что ты способен.

– Тогда, по-твоему, если мы живем по выбранному Плану и заранее придумали себе все его детали, теперь мы ничего не можем изменить в своей жизни? Мы что-то вроде запрограммированных роботов?

– Лиза, что за бред! Ничего подобного я не утверждала. Выбор есть всегда в отношении каждой из деталей. Если по плану тебе предлагают попробовать наркотики, ты можешь согласиться и стать наркоманом, а можешь отказаться и продолжить дальше свой путь. Или если кого-то бросила любимая девушка и ушла к его лучшему другу, можно подловить их обоих и отомстить или даже убить, можно спиться от горя, а можно извлечь из этой ситуации урок и отправиться на поиски счастливой любви. Можно по плану быть толстой дурнушкой и оставаться такой всю жизнь, а можно взять себя в руки и превратиться из гадкого утенка в лебедя. Или если у тебя, как предписано планом, муж – абьюзер, ты можешь смириться с этим и всю жизнь терпеть его побои, измены и издевательства, а можешь уйти и оставить его в прошлом. Ценность запланированной жизни не в том, с чем мы сталкиваемся, а в том, как мы реагируем на эти испытания.

– Хмм, Горгоне точно понравится статья. Когда планируешь ее дописать?

– Постараюсь до конца рабочего дня.

– Молодец, Тайка! – Лиза одобрительно похлопала ее по плечу. – Интересный материал подготовила. Кстати, забыла сказать, Горгона хочет поручить тебе работу с Маликой.

– Надеюсь, ты шутишь? Я не буду заниматься этой шарлатанкой!

Так называемая «потомственная ясновидящая» Малика была любимицей редактора. Эта невысокая смуглая женщина средних лет с чалмой на голове настолько втерлась в ее доверие, что Горгона уже ни шагу не могла ступить без ее совета. Она регулярно приглашала Малику к себе домой для ритуала очищения ауры квартиры, но вскоре этого ей стало мало. Теперь каждую последнюю пятницу месяца самопровозглашенная экстрасенс совершала в стенах офиса обряды для привлечения финансового процветания. А на днях Горгона, одурманенная чарами аферистки, предложила ей вести еженедельную рубрику «Гороскоп от Малики».

– Черт, каждую неделю общаться с этой чокнутой дамочкой и редактировать ее гороскоп? За что мне это наказание!

– Не расстраивайся! Это не так уж сложно. Просто Малика пишет гороскопы от руки. Тебе лишь нужно будет принимать текст, набирать его и, если нужно, подкорректировать.

Тая нервно пульнула огрызок в мусорную корзину в другой стороне редакции. Попала, к своему большому удивлению.

– А сейчас лучше сосредоточься на статье и допиши ее поскорей, – посоветовала Лиза. – Если сегодня успеешь, поставим ее в этот номер. Давай, удачи тебе!

Тайка тяжело вздохнула и повернулась к монитору, который, проснувшись после спящего режима, раскрыл перед ней страницу Пижона ВКонтакте. Она моментально вспомнила о своей драгоценной находке и снова повеселела.

Ура! Я нашла его! Вот Юлька обалдеет! Жизнь все-таки прекрасна, несмотря ни на Малику, ни на сумасшедшую Горгону, ни на Лизу с ее Малышом вместе взятых.

*

Они долго стояли молча возле окна. Каждая думала о своем, созерцая тихую снежную ночь, словно из новогодней сказки. Город спал, укутанный в мерцающее белоснежное манто, а пушистые хлопья, сверкая при свете фонарей, всё падали и падали с небес на сонные ели. Это была настолько идеальная картинка, что казалось, талантливый художник-постановщик создал волшебные декорации для съемок романтического фильма. Не хотелось нарушать этот безмолвный, волнующий миг любования природой какими-то словами. Но они были неизбежны.

– Это произойдет завтра.

Тишину разрезал голос женщины постарше, чье лицо уже коснулся своей кистью неумолимый гример Время. Однако морщинки совсем не портили ее красоту. Глаза женщины излучали свет, и от ее взгляда на душе становилось тепло, словно она обволакивала своим присутствием волной покоя и умиротворения.

– Завтра? – с удивлением переспросила вторая монахиня. – Уже? На нее столько всего навалилось разом. Она рискует потерять рассудок.

– К сожалению, время играет не в нашу пользу. Нам надо торопиться. Они идут по ее следам, и мы должны их опередить. Ты отдашь ей сверток, когда она будет стоять в очереди к иконе.

– Вы уверены, что она придет?

– Да, хотя она сама еще не знает об этом. Время пришло. Пора Кермен самой узнать всю правду.

*

– Как он мог так поступить со мной? Как? Я ведь даже была уже готова посвятить ему свою жизнь, родить ему ребенка… Ненавижу его!

Белка слушала эти слова уже в сотый раз за вечер, и чем больше коктейлей было выпито ее подругой, тем чаще повторялись эти фразы.

Настя позвонила в десять вечера и, рыдая в трубку, умоляла срочно приехать к ней в бар недалеко от Кудринской площади. Даже без каких-либо объяснений Белка уже знала причину ее слез. Это происходило каждые два-три месяца по одному и тому же сценарию, менялись только имена. Каждый раз Настя безоглядно влюблялась и теряла голову, летая на крыльях любви весь конфетно-букетный период: каждые пять минут, словно одержимая, строчила сообщения Любви всей своей жизни и строила грандиозные планы на выходные/отпуск/Новый год/день святого Валентина, а потом однажды он куда-то безвозвратно исчезал в утреннем тумане. Или же у него оказывалась беременная жена, или он встретил другую, или же просто прекращал отношения, не утруждая себя никакими объяснениями.

Белка молча слушала очередную печальную историю, на сей раз о «подонке Вадике», который час назад за этим же столиком сказал ее подруге, что им дальше не по пути. За окном при свете фонарей кружился снег, мчались куда-то машины, прохожие с раскрасневшимися на морозе лицами торопливо проходили мимо в неведомые дали. Город жил своей жизнью, и никому не было дела до того, что где-то рядом одна девушка с разбитым сердцем не знала, как ей жить дальше, а вторая размышляла о том, как было бы неплохо побаловать себя вкусняшкой напоследок перед тем, как ее отправят в психушку.

Белка помахала рукой официанту.

– Капучино с карамельным сиропом и пирожное «Матча с грушей», пожалуйста.

– За что мне всё это? – в очередной раз воскликнула Настя, не обращая внимания на официанта. – Белка, может, на мне, правда, какое-то проклятие? Почему мужики бегут от меня как от огня? Ведь я не уродина какая-нибудь и не дура.

В том, что Настя не уродина, никто не сомневался. В семнадцать лет она завоевала титул одной из первых красавиц на международном конкурсе красоты. Высокая эффектная блондинка с классическими чертами лица и пронзительными синими глазами запросто могла бы блистать в Голливуде. В школьные и студенческие годы в своем родном городе на берегу Черного моря с необычным названием Изумрудный Остров юная Анастасия работала моделью в театре моды «Ариэль» вместе со своими верными подругами Белкой, Василисой и Никой. В университете она изучала гостиничное дело, и, получив диплом прошлым летом, отправилась покорять столицу. Теперь Настя работала менеджером в роскошном отеле в районе Улицы 1905 года и нередко находила героев для своих романтических историй прямо на рабочем месте среди постояльцев.