Цитаты из книг автора «Гай Орловский»

Сигизмунд сам покраснел, даже не мог себе представить, что такая прелестная девушка может присесть на корточки и, задрав подол на голову, какать, тужась и краснея, так что морда просто багровая, а глаза как у рака, сказал торопливо:

Ладно, давайте спать. Ничего нет крамольного в том, что есть люди, в которых живет Творец, есть люди, в которых живет дьявол, а есть человеки, в которых одни глисты. Спите, сэр Сигизмунд!

хоть глупость – божий дар, но злоупотреблять ею не следует, ибо на фиг мне умный спутник? Я сам умный. Два – уже перебор.

– Извини, ты прав. Я слишком привык к более щадящим методам. Но ты прав. Когда яд заражает тело, а противоядия нет, лучше выжечь и часть собственной плоти, корчась от боли, но остаться жить. А раны зарастут, зарастут, Господь все предвидел и дал нам великую способность заращивать раны телесные и душевные. А Христос говорил хорошо и правильно, только его обычно не дослушивали… Сигизмунд посмотрел вытаращенными глазами, спросил осторожно: – Как это? – Ну, к примеру, он сказал, что если вас ударили по правой щеке, подставьте левую и, пока противник будет замахиваться, ударьте его ногой в пах. Или можно поднырнуть под руку и в челюсть его, в челюсть! Хотя можно и в печень… Что мы обычно и делаем, поступая по его заветам.

даже конь мой, я назвал его Черным Вихрем, похожий на вылепленную из черной эпоксидной смолы статую, блестящий, с выступающими тугими мышцами, тонконогий, с гибкой шеей – просто не конь, а что-то иное, звериное. Да и уши торчком по-волчьи, в глазных орбитах полыхает, выплескиваясь, багровое пламя. Вообще-то у любого коня уши по-волчьи, но только при взгляде на моего понимаешь, что это именно по-волчьи, а у остальных – по-конячьи.

Ведь за молодость и красоту любая женщина почему-то готова продать свою душу дьяволу и служить ему дальше. В моем мире это означает, что косметика, подтяжки, шейпинг и всякие фитнесы полностью заслоняют собой всякие кюризмы. Самое большее, что такая женщина может, – это стать депутатом. Но для этого еще никому не требовалось ни ума, ни таланта, ни занятий искусством или наукой.

– На красивую женщину, – сказал я, – даже злой пес не гавкнет. Красота – страшная сила!.. Красота если и не спасет мир, но по крайней мере может служить некоторой защитой. А если еще усилить ее надлежащей косметикой, дезодорантами, духами, татуашью, макияжем – то станет средством нападения.

Кони уже успокоились, шли ровным шагом, переговаривались на своем конячьем языке о драке с драконом, перемывали нам кости, злословили, мол, как себя дураки вели, а надо было правильно вот так и вот так,

Кажется, я нечаянно сморозил что-то глубокомысленное, но сам пока не пойму, что именно. Мудрости потому и считаются мудростями, что все как червяк в тумане, вроде бы есть, а смысл ускользает.

Я не архитектор, но я понимаю, почему балконы в московских домах не делают огромными выступающими лоджиями. Одно дело, если к перилам будет подходить тургеневская девушка и томно смотреть на мир широко раскрытыми глазами, но где гарантия, что запасливые москвичи не устроят на балконах склады с