Цитаты из книг автора «Гай Орловский»

Чем вы его так? – Молитвой, – ответил я благочестиво. – А вы не забываете молиться?.. Утром и вечером? Точно?

– Сумеете опустить? – спросил рейнграф. – Эта штука вас слушается? – И вас бы послушалась… Он торопливо перекрестился. – Нет уж, я готов рисковать жизнью, но не душой.

Я отвечать не стал, ноги сами понесли к берегу, озеро чересчур спокойное, тихое и чем-то неприятное, хотя явной угрозы все так же не чувствую, но в то же время нечто слабо враждебное… не обязательно опасное, мы же чувствуем вражду и в отношении мух, летучих мышей, гусениц, комаров… Вокруг озера деревья могучие и высокие, почти всем за сотню лет, такие же и в лесу, но здесь на берегу нет валежника, трухлявых пней, распавшихся от дряхлости стволов… Такое впечатление, что лес медленно, столетие за столетием сжимает кольцо вокруг этого озера. Люди, конечно, помогли бы быстрее, но и без них лес избавляется от странного образования… Я присмотрелся к тому месту, где ручеек сбегает в воду, странное ощущение, что не вливается, перемешиваясь, а растекается поверху, словно ниже вода другого состава, а то и вовсе не вода, а прозрачное масло. Хотел присесть на корточки, но сразу же предостерегающий холодок напомнил, что это зря, я отступил на пару шагов и начал всматриваться. Солнце в зените, лучи просвечивают на большую глубину, хотя дна все равно не видно, вроде бы вода чистая, однако почему-то чудится, будто там проходят некие волны, сгущения, непонятные образования, словно проплывают клочья тумана… Холодок коснулся лба и медленно потек к затылку. Еще не близкая опасность, но все-таки я медленно отступил на пару шагов. Озеро все такое же плотное, словно густое масло, абсолютно неподвижное, буквально мертвое…

Я знаю, что начавший уверенно обычно заканчивает сомнениями, а кто начинает свой путь в сомнениях, закончит в победной уверенности.

А ведь в самом деле, с таким перевесом уже хвост может вилять собакой.

Он творил! А мешать… хоть в мелком, хоть в великом – все-таки всего лишь мешать.

все мы склонны оценивать людей, сообразуясь со своими симпатиями и антипатиями, но не по их реальной стоимости.

Ричард, – назвался я, – странствующий рыцарь, который ищет смысл жизни и свое место в ней.

Она медленно потребляла мясо ломтик за ломтиком; в самом деле королева, хоть и проголодалась и вообще хочет сожрать быстро и с чавканьем, так всегда вкуснее, но сдерживается, следит за каждым своим жестом и словом.

Вся любовь, – сказал я мрачно, – колдовство. Ка-а-ак прыгнет, бывает, когда и не ждешь, не знаешь, что и делать! А когда ждешь – не приходит, сволочь, где-то прячется. Или на другого посматривает…