Цитаты из книг автора «Гай Орловский»

Иоанн Златоуст изрек, – сказал он, – разве ты не знаешь, что настоящая жизнь есть путешествие? Разве ты – гражданин? Ты – путник. Не говорите: у меня такой-то город, а у меня такой-то. Ни у кого нет города; город – на небесах, а настоящее есть путь. И мы путешествуем каждый день, пока движется природа.

Человек соблазнившийся, – добавил он грустно, – и снова вставший на путь праведной жизни, лучше других понимает, что это и как этого избегнуть. А также как бороться и вообще как нужно поступить. И другим подскажет.

Господь в своей мудрости понимал, человек не сможет быть праведником… всегда. Иногда соблазны становятся настолько велики, что проще разок согрешить, чтобы потом покаяться и снова вести праведную жизнь, уже зная предел своих сил и сокрушительную мощь соблазнов.

Потому большинство становится атеистами, но не от убеждений, а от лени и нежелания думать над чем-то еще, кроме как о жене соседа. Таким и Бог, и Сатана одинаково безразличны, но когда безразличны… выигрывает все-таки Сатана. По улицам несли большой крест с грубо вырезанной фигурой распятого

Идеальное государство, – сказал я с жаром, – обязано поддерживать порядок в обществе и защищать граждан от насилия извне и преступности изнутри. Стабильность и законность – это первое, что мы должны сделать, а кроме того, создать условия, чтобы каждый человек мог заработать себе и семье на жизнь честным трудом, а самые способные и талантливые могли пробиваться наверх, и никакой лорд не мог бы помешать!..

Главное, чтобы совесть была чиста! Христос не примет людей в рай с нечистой душой. Потому мы всегда сперва решаем: хорошо так делать или нет?

Исчез за дверью с таким радостным видом, словно отвезем обоих в море и там обязательно утопим. Как же любит народ развлечения и увеселения, ничем не истребишь эту тягу к счастью.

– Наверняка уже готовит коней. Уже вон рассвет, не видите? Кроме троих запасных, надо еще и под новый груз. Обрастаем добром! Хотя это и не совсем добро, но все-таки добро. – В наших руках все добро, – заверил Фицрой твердо. – Мы же сами добро с головы до ног! Хоть и недоброе. Местами. А кое-где так и вообще…

– В шкурах, а тоже мне о чести… – Шкуры, – сказал Рундельштотт знающе, – это их спесь. У них хватает одежды. А это так… чтобы выглядеть страшнее. – Понятно, – обронил я. – Борьба за самобытность. Национальная одежда. Петухи на рубахах…

Обрадованная Аня торопливо накладывала на мою тарелку всякое из тарелочек помельче, наблюдая, чтобы съедал по очередности, а то вдруг микроэлементы пойдут усваиваться не в том порядке, как будто наши организмы такие дураки и склеят от такого ласты… три ха-ха, будь мы такими нежными, то так бы и остались протоамебами.