Глава 4. По ком дрожит земля?

Несмотря на чуткий сон, мне всё же удалось восстановить силы перед дорогой. Несколько раз за ночь Кислер выходил покурить, Дионис испытывал жажду и всё время жаловался на жару, при том, что африканские ночи заставляют вспомнить про одеяло. Я предположил, что он мог захватить тропическую лихорадку, но едва я успел проговорить это вслух, Ворвик отмахнулся и притворился спящим.

Кахатуя обустроил ночлег прямо на земле перед джипом, обвязав своё тело вдоль и поперёк бечёвкой. Я сразу не понял, для чего он это сделал, пока не увидел другой конец верёвки, примотанный к решётке радиатора машины. Явно это противоугонное устройство задумка Джамбо, которому и в голову не пришло, что в случае угона вор проедется прямо по его питомцу. Сам же Джамбо спал недалеко от костра, навострив уши в сторону границы. Но мы могли не волноваться, что на нас кто-либо нападёт, ведь из палатки Куксона доносился дикий храп, напоминавший пулемётную очередь. Проходя мимо, я мысленно пожалел бедолагу Ника, который наверняка если не оглох, то сошёл с ума от этой канонады.

Примостившись у невысокого накренённого деревца, я был рад найти уединение. Едва я успел поджечь сигарету, как за моей спиной послышался какой-то глухой скрип. Пришлось оглянутся – двери хижины и вправду приоткрылись, а из-за порога осторожно кто-то выглядывал. Кажется, это была блондинка. Да, действительно, это была Лидия. И если бы не огонёк сигареты, возможно, она бы так и не заметила меня. Встрепенувшись, она слегка растерялась, но быстро обрела былую уверенность и направилась мою сторону.

– Вам не спится, мистер Стивенсон? – лукаво завела разговор Лидия.

– Просто мне не даёт уснуть одна мысль, мисс Селтон.

– Как это плохо! Рон, может, откроетесь мне, что вас так мучает?

– Меня мучает вопрос: что же такого может искать на чёрном континенте платиновая блондинка с изумрудными глазами?

Она искристо засмеялась.

– Приключения, что же ещё! Я счастлива вырваться из консервативного Шафтсберри. О, это такая муть! Существование в подобных городках сродни жизни под микроскопом – на каждом углу начинают шептаться о тебе за спиной, если ты хоть немного начинаешь выделяться из серой толпы. А для этого, поверьте, много не нужно. Достаточно лишь надеть красные туфли и пару раз пропустить воскресную мессу. Но благодаря этому, пять месяцев назад я рискнула, бросив всё и уехала в Лондон. Это было не лучшее время года, с работёнкой было туговато, но мне улыбнулась удача и я не голодала долго. Через две недели скитаний, мне удалось устроиться в одну из больниц столицы.

Я был удивлён её словам – неужели мы коллеги?

– О, мисс Селтон, так вы ангел в белом халате?

– Скорее, в белом фартучке. Я работала всего лишь официанткой в больничной столовой.

– Занятно. Не люблю докторов и ненавижу больницы, но к вам бы на ланч я заглянул.

– Это очень мило, мистер Стивенсон, но даже при всём желании, уже невозможно. Перед отъездом в Африку я ушла с работы и можно сказать сожгла все мосты с прошлой жизнью. Хочу почувствовать себя свободной, хотя бы на какое-то время. А вы? Вы ничего о себе толком не рассказываете, Рон. Не хочу быть навязчивой, но мне бы хотелось узнать вас получше.

– О себе мне особо нечего рассказывать, мисс Селтон. Но у нас с вами много общего. Я также как и вы в поисках авантюр без границ.

Она немного притихла, словно решаясь на какой-то шаг. Кокетливо поправив платиновые пряди, Лидия подошла ещё ближе – я почувствовал её дыхание на своих губах.

– Может, мы бы смогли найти одно приключение на двоих, как думаете, мистер Стивенсон?

– Всё может быть, мисс Селтон.

Я не сопротивлялся этому порыву, который оказался настоящей коварной ловушкой: вначале нежный, какой-то наивный поцелуй сменился стремительно нарастающим пламенем, в котором я едва не сгорел дотла. Это именно та ситуация, когда ты не можешь просто так взять и уйти, ведь уход может быть понят превратно, но и когда продолжать опасно, ведь задержись я ещё хоть на минуту, назад пути уже не будет… Вдруг что-то начало барабанить по моей спине, сначала тихо, потом сильней. Неужели… Дождь? Мне везёт, у меня появился повод ретироваться назад.

– Боже, что это? Ну надо же, дождь в саванне! Это большая редкость! – она подняла изумрудные глаза к небу, удивляясь каплям дождя как ребёнок.

– И не сулит ничего хорошего! – крикнул разозлённый Джамбо, который налету отряхивался от воды с неба, и пытался стащить на себя брезент с джипа. Затушив остатки костра песком, он от души выругался.

Всё началось само собой, само собой и закончилось. И я строго решил для себя, что подобного больше не произойдёт. Держать дистанцию и извлекать свою выгоду, вот что я решил. Поддерживая разговор с Лидией, я думал, что это хорошая возможность узнать побольше о людях, с которыми мне предстоит совершить относительно долгий путь. Думал… Да кого я обманываю?! Чёрт, ну не время сейчас крутить интрижки! Даже если и можно было бы устроить одно приключение на двоих, как сказала она, то сейчас слишком сыро для откровений. Несмотря на все мои аферы, я бы ни за что не стал начинать новую жизнь с вранья. Тем более, что в данной ситуации мне даже неизвестна судьба Грина, как и неизвестно то, насколько усиленно меня ищет полиция.

За час до рассвета дождь закончился, промочив насквозь сухую землю. Но это было ненадолго – с первыми лучами не будет и следа от живительной влаги.

А вот и рассвет, и наши проводники уже вовсю нас тормошат – нервный Джамбо и рассеянный Кахатуя, которые как-то уж слишком суетились. Хотя может это было их обычное состояние. Эта суета передалась и на всю группу, и нас заставили спозаранку заниматься делами.

Помогая снаряжать машину, я не забывал поглядывать за остальными. Дионис выглядел немного лучше, чем вчера, но из его рук всё непрестанно валилось, только с третьей попытки он смог развести костёр. Дамы столпились подобно цесаркам и на скорую руку пытались состряпать что-нибудь на завтрак, но ничего путного из местных плодов у них не получалось – в чане всё горело, дымило, и в конечном счёте на вкус и вид вызывало горечь и отвращение. Джамбо рявкнул на них, попутно показав мастер-класс: неказистый длинный зелёный плод, походивший на банан, он изрезал на лету перочинным ножиком и как следует прожарил в сухом чане. После быстро взболтнул какую-то заранее заготовленную смесь, залил её сверху, и через минуту снял этот котлован с огня. Может, выглядело это блюдо и странно, но было вполне съедобным – чем-то средним между омлетом и фруктовым мармеладом.

Гордон вернул Шейле нитку с иголкой, которую видимо просил накануне, а Куксон не давал прохода Джамбо. Профессор вначале не сильно обнаглел, попросившись в этот раз занять место впереди, и я сначала подумал, что вероятно его укачивает в дороге. Получив одобрение, он обнаглел больше и пристал к Джамбо с каким-то предложением. Говорил старик шёпотом, и как мне показалось, намекал на хорошие «чаевые». Джамбо выслушал его с полминуты, после чего заорал и отмахнулся, послав его куда подальше. Потом к озабоченному бедолаге прицепилась Джия, и вероятно держала в руках то самое письмо от отца, которое вчера передала ей Шейла. Джамбо был более терпелив к женщинам, потому спокойно ответил ей. Правда, один раз. Со стороны я услышал, как Джамбо упомянул железную дорогу Румбаде – зачем ей это нужно? На остальные вопросы он просто отмалчивался, про себя проклиная всё на свете.

Лидия сварила мне кофе на костре, выискивая повод опять затянуть меня в свой омут, но я брал пример с Джамбо и молча делал вид, что ничего не произошло. Конечно же она поняла мою позицию, и вовсе не была обиженной – просто со склонной каждой женщине лукавостью ждала нужный момент, когда сможет одержать «реванш».

Наматывая круги вокруг машины, я случайно столкнулся с Джией. И я снова себя обманываю – я сделал это вполне намеренно.

– Ой, простите, я такая неловкая… Или это вы ещё не проснулись? – даже несмотря на то, что её что-то тревожило, она не теряла своей спесивости и всё ещё смотрела на меня свысока.

– Это моя оплошность, извините. Ни сон, ни кофе не были крепкими. А вы хорошо спали, Джия?

– А вас это так заботит, мистер Стивенсон?

– Может быть.

– Мне кажется, что вы слишком много на себя берёте. – отрезала Джия, сверкнув карими глазами.

Что чёрт побери меня так заносит?! Не хватало ещё увиваться за дочерью покойного Вайтстоуна, мало мне проблем! Хотя какой там увиваться – да, не скрою, она прекрасно сложена, но не более, чем потешить глаз, и то с осторожностью. С таким скверным характером она легко выцарапает глаза любому, недостойно бросившему в её сторону взгляд.

Буквально под ноги мне бросился профессор Куксон, который никак не мог угомониться:

– Быстрее, мы уже опаздываем, солнце вот-вот будет в зените! Уже второй час идёт, а мы никак не можем собраться!

Альпинист Кислер раскинулся на завалинке с сигаретой, и глядя на беготню Куксона лишь злорадно рассмеялся:

– Не гоните волну, Куксон! Что вы так кудахчете, за вами волки гонятся? Дайте перекурить на дорожку! Могу вам предложить отборную сигару из Агве, покурите, успокоите нервы!

– Не курю и не собираюсь. – злобно процедил сквозь зубы Куксон и снова побрёл попытать удачи к копошившемуся Джамбо.

Вайтстоун… Вот я и вспомнил, кого мне напомнил наш старина Гордон.

Суматоха усилилась, ведь Джамбо уже начал проверять мотор – нужно торопиться. Кислер загрузил в джип своё снаряжение, Куксон в пробковой шляпе уселся впереди, Дионис облачился как мне показалось в довольно плотный свитер и тоже занял место в машине. При мне вещей не было, кроме нескольких чертежей Боларда и Лима, которые я успел прихватить с собой из тайника в бытовке Грина. Да, они до сих пор во внутреннем кармане моей куртки. Я не особо спешил, и решил подождать остальных – Ник только-только вылезал из палатки.

– Ник, собери свои вещи, сколько можно повторять!

– Джия, я собрал их ещё вчера вечером! – он огрызнулся и потащился к машине.

Лидия затушила почти истлевший костёр, затем вдруг вспомнила, что кое-что могла забыть. Мисс Барри помогала Гордону собрать последнюю палатку, а Кахатуя начал заколачивать этот ветхий домик, где ночевали дамы.

– Шейла, вы не видели мой шарфик? Я прекрасно помню, что он вчера был на мне…

– Нет, душечка, не видела. Хотя да, всё-таки видела. Кажется, у Ника из рюкзака торчала похожая красная тряпочка. Мисс Вайтстоун, Ник уже в машине? Кажется, он прихватил с собой алую шаль Лидии…

Джия сердито поджала губы и крикнула брату: