Цитаты из книг автора «Фридрих Шиллер»

шарлатаны, рецензента и плуты. Кто больше даст, тому я и служить горазд. Руку, Мориц!

Гримм. Si omnes consentiuntego non dissentio[30]. Заметьте, без запятой. В моей голове целый аукцион: пиэтисты

Шпигельберг (став посреди голосом заклинателя). Итак, если хоть капля немецкой крови еще сочится в ваших жилах – пойдемте, поселимся в богемских лесах, соберем шайку разбойников и… Чего эта вы на меня уставили глаза-то? Ваше мужество, видно, уж выдохлось?

Шпигельберг. Неужели? – Так ты хочешь, чтоб твои дарования выдохлись, таланты погибли? Уж не думаешь ли ты, что твои лейпцигские проказы переходят предел человеческого остроумия? Дай-ка нам сперва тереться к большой свет: Париж и Лондон. – где съешь оплеуху, когда назовешь кого честным человеком. Душа радуется, как там ведут дело на большую ногу. Глаза, брат, вытаращишь! Как подделывают подписи, фальшивят кости, ломают замки и вытряхивают требуху из ящиков; этому всему поучись, брат, у Шпигельберга. На первую виселицу повесил бы я того, кто хочет голодать, имея здоровые пальцы.

Атаман, атаман! что ты делаешь? в уме ли ты?

Закон заставляет ползать улиткой того, кто бы взвился орлиным полетом. Закон не создал еще ни одного великого человека, тогда как свобода высиживает крайности и колоссов. О если б дух Германа жил еще в золе! Дайте мне войско таких молодцов, как я – и из Германии выйдет республика, перед которой Рим и Спарта покажутся женскими монастырями. (Бросает шпагу на стол и встает).

Я хочу быть полным властелином и постараюсь силою добыть то, чего не мог добыть своими достоинствами. (Уходит).

Или разве за то мне быть благодарным, что он меня любит? Но это одно его тщеславие, общий грех всех художников, которые кокетничают своим произведением, будь оно даже отвратительно. Вот вам и все колдовство, которое вы завешиваете священным туманом, чтоб только во зло употреблять нашу трусость. Ведь я не мальчик, чтоб позволить убаюкивать себя подобными песнями.

которою можно делать чудесные обороты, умей только пустить ее в ход. Совесть! – о, да, конечно – отличное пугало для воробьев, правильно написанный вексель, с которым и банкрот иногда выпутывается из беды. И в самом деле, отлично пугать дураков и держать чернь под каблуком для того, чтоб люди с толком могли тем свободнее действовать. Право, прехитрые выдумки! Ну, точь в точь плетни, которыми мои крестьяне прехитро огораживают поля свои, чтоб чрез них не перескочил – сохрани Бог – какой-нибудь заяц. А барин дает шпоры коню и лихо галопирует по бывшей жатве. Бедный заяц! Что за скверная роль быть зайцем на этом свете. Но господину нужны также и зайцы.

, теперь горе скоро и старика приберет к месту. Остается вырвать Карла из её сердца; и я вырву его, хотя бы зависела от этого половина её жизни. На моей стороне все права быть недовольным природою – и, клянусь честью, я воспользуюсь ими. Зачем не я первый выполз из материнского чрева? Зачем не единственный? Зачем она заклеймила меня этими отвратительными чертами? – и непременно меня? – точно, создавая меня, она из экономии употребила свои залежалые остатки[11]. Зачем именно мне этот лапландский нос? рот, как у негра? готтентотские глаза? Право, я думаю, что она у всех пород людей взяла самое отвратительное, скомкала все это вместе и испекла меня из этого гадкого теста. Ад и смерть!