Цитаты из книг автора «Фредрик Бакман»

Особенно если рядом с тобой люди, перед которыми ты пытаешься выглядеть хорошим.

Говорила ему мама, что полицейские — это мальчики, которые так и не смогли придумать себе новые мечты.

Эта история любви — не та, о которых пишут стихи. Но сегодня они оба положили друг друга на лопатки.

Жизнь проходит так быстро. Особенно на работе

Каждый день мы встречаем на улице людей, которые чувствуют то же, что я и вы, но не все из них понимают, что это. Люди месяцами испытывают боль, им тяжело дышать, они ходят к врачам, думая, будто проблемы — с легкими. А все потому, что им трудно признать: внутри что-то… треснуло. Что это душевная боль, жидкий свинец в крови, невыносимая тяжесть сдавила грудь. Мы обманываем сами себя, говорим себе, что должны вот-вот умереть. Но с нашими легкими все в порядке, Зара. Мы с вами не умрем.

Возможно, это заложено природой — до определенного возраста дети любят родителей безусловно и безрассудно лишь по одной причине — за то, что мы их родители.

самое странное в страхе то, что мы пытаемся избавиться от хаоса с помощью хаоса. Оказавшись в отчаянном положении, мы не отступаем, а продолжаем двигаться вперед с еще большей скоростью. Мы строим свою жизнь на том месте, где другие разбились о стенку. Чем ближе к этой стенке мы сами, тем больше надеемся пройти сквозь нее. Чем она ближе, тем упрямее мы верим, что придут самые невероятные решения и чудесным образом спасут ситуацию, тогда как те, кто наблюдает за нами со стороны, ждут… удара

Это все равно что сказать «не думайте о печеньках» — тогда вам о печеньках ни за что не забыть. Так что лучше не думайте о печеньках!

В наше время человеку то и дело приходится отвечать самым разным ожиданиям. Нужно иметь работу, крышу над головой, платить налоги, следить за тем, чтобы на тебе всегда были чистые трусы, помнить пароль от своего чертова вайфая.

Спросите Джека и Джима, они вам скажут, что стокгольмец — это не география, а диагноз. «Не все идиоты — стокгольмцы, но все стокгольмцы — идиоты», — говорили в участке. Что, разумеется, было крайне несправедливо. Ведь идиот может и поумнеть, а перестать быть стокгольмцем — вот это нет.