«Чего только я не мнил о себе в Верьере, – рассуждал про себя Жюльен. – Я воображал, что я живу, а оказывается, я только еще готовился к жизни; а вот теперь я вступил в жизнь, и такой она будет для меня до конца, пока роль моя не будет сыграна. Кругом – одни лютые враги. И какой же адский труд, – говорил он себе, – это ежеминутное лицемерие! Да оно затмит все подвиги Геркулеса! Геркулес нашего времени – это Сикст Пятый, который пятнадцать лет подряд обманывал своей кротостью сорок кардиналов, знавших его в юности надменным и запальчивым».