Глаза у нее были молящие, скорбные, мокрые, ненавидящие, усталые, тревожные, разочарованные, наивные, гордые, презрительные и все равно по-прежнему голубые. Никогда не забуду: эти глаза узнали, что такое боль
как сказано в конце «Адольфа»[2]: «Самая главная проблема в жизни – это страдание, которое причиняешь, и самая изощренная философия не может оправдать человека, истерзавшего сердце, которое его любило».
ва, совершившегося по их инициативе, но они все же страдают – тем безнадежнее, что сами во всем виноваты и знают это. Потому что любовь – это не только альтернатива: страдаешь или заставляешь страдать. Вполне может быть то и другое вместе.
И потом, есть этот мощнейший охладитель отношений, самое сильное из когда-либо изобретенных снотворных под названием Супружеский Долг. День-два не трахались – ничего страшного, не стоит упоминания. Но проходит четыре-пять дней, и сознание невыполненного Долга становится темой для разговоров.