Цитаты из книг автора «Франк Тилье»

ней пробовали, ничего не работает. Удачи тебе!

Он смотрит на обложку романа «Скафандр и бабочка», главный герой которого страдает синдромом «запертого внутри». Замурованный заживо…

когда жизнь тоненькой струйкой вытекает из запекшихся губ, мы понимаем, как она драгоценна.

Дело в том, что организм компенсирует резкие изменения физиологического состояния снижением давления. Это называется «барорецепторный рефлекс».

Как могли две женщины, соединенные плотской любовью, отдающиеся друг другу настолько полно, что при этом они наносили одна другой одинаковые раны, – как могли они всего за несколько часов до такой степени друг друга возненавидеть?

Надо знать, что после укуса блохи чума развивается в одной из трех форм: бубонная чума, септическая чума и легочная чума. Нельзя предсказать, какая именно чума разовьется у того или иного человека, есть только вероятности. От бубонной умирают от сорока до семидесяти процентов больных, но врачи усмотрят лишь воспаление или кисты, сделают анализы, но будут искать не там, где надо. Бактерию обнаружат далеко не сразу. А при легочной чуме смертность стопроцентная, если не лечить ее с появления первых же признаков. Во Франции, в Европе, в Соединенных Штатах люди будут умирать от нее, потому что… потому что врачи не учились распознавать чуму. Но хуже всего, хуже всего… – он провел рукой по лицу, – что наши врачи, скорее всего, спутают легочную форму с вирусной пневмонией или гриппом. Симптомы очень близки.

ее характер и физическая сила крепли с каждой новой победой, одержанной над собственной немощью

Садуин задумался. – Если бы мне требовался максимум жертв в минимум времени, я вырастил бы максимум здоровых блох, инфицировал бы их всех одновременно, кормя зараженной кровью, выждал бы четыре необходимых дня, чтобы они стали наиболее заразными, и выпустил бы в месте большого скопления людей: на вокзале, в аэропорту, в торговом центре. Голодные блохи кусали бы любое попавшееся им теплокровное животное и умирали через сорок восемь часов. Через неделю у людей во всей Франции, а то и во всем мире обнаружилась бы болезнь.

Я думаю, что в критической ситуации сначала срабатывает инстинкт, потом возникают чувства и только потом включается разум. Этим и опасны экстремальные ситуации: инстинкт может подтолкнуть нас к поступкам, противоречащим здравому смыслу.

Звонивший – горный проводник – находился в шоковом состоянии и едва мог толком объяснить, что случилось.