Цитаты из книг автора «Франциска Вудворт»

– Я же не дракон, – хмыкнул высший, намекая на их маниакальную одержимость собирать и прятать сокровища. Причем часто драконы прятали так хорошо, что потом и сами не могли найти. Один такой перерыл всю долину, пытаясь найти горшок с золотом. Чертовы клептоманы.

– Леди Дэрин, а это не слишком? – с сомнением спросил адепт Декст. Не сдержала ироничной улыбки. Нет, значит, когда мы на деревья бабочек сантара размещали, изменив магически их пыльцу с крыльев на чихающий и слезовыделяющий порошок, было нормально. Когда копали ямы-ловушки и подсаживали туда магически усиленных жуков, поедающих одежду, – это тоже нормально! Пауки-шениссы, с очень тонкой и прочной паутиной, натягивающие ее на уровне ног, страха не вызвали, но стоило мне собрать обычных муравьев и приказать залазить в штаны и кусать в самых нежных местах, как адепты занервничали. Представили, наверное, ощущения.

А с вашей невестой у нас тесное сотрудничество, и мы по-дружески сокращаем имена в общении. Цветочек сама настояла на этом. Но я согласен перейти на официальное обращение, как только она назовет меня полным именем. Мужчины в ожидании посмотрели на меня, а я… Демон! Он ведь знал, что я не смогу, и торжествовал.– Хам… – начала я и… сдалась.Остальная часть имени привычно стерлась из моей памяти. Как же хотелось сказать: «Хамло!» Едва сдерживаясь, повернулась к жениху:– Ирр, я ценю дружеское отношение лорда проверяющего и позволение называть его Хамом. «Это так отвечает его истинной сущности», – мысленно добавила я.

Под столь пристальным вниманием мужских глаз девушки зарделись. Хам взглянул на девицу благосклонно.

Мы можем уходить в тень, пусть и ненадолго. Что я и собиралась сделать, почти достигнув опушки, когда услышала отчаянный мужской вопль. Примерно так орал один из моих сокурсников, когда его попыталась увлечь в угол красивая и мощная женщина-орк. Я не знаю, как она пробралась в университет на закрытую вечеринку. Может, хотела устроить пикет по поводу ущемления женских прав? Орчанки слыли заядлыми феминистками. По крайней мере, пока поблизости не было их мужей. Вот и сейчас, после вопля, я, как наяву увидела перепуганное лицо сокурсника.

– Да ладно, – не смутилась подруга, – я бы потрогала. Меня аж передернуло от ее признания.– Что там трогать? Зачем там трогать? Не надо там трогать!– Тебе не надо, а другим надо. Хотя, думаю, там есть кому трогать. – Нету, – угрюмо ответила я, облокачиваясь на подоконник. – Была пассия, но что-то у них, видать, не срослось. Разные слухи. Так что ходит один и рычит на всех.

Хам-Как-Его-Там был довольно известной личностью, героем войны. О нем написано в десятках учебников, а о тактике боя слагают легенды. Хотя, как по мне, какая тактика, когда после него остается лишь выжженная земля? Города сдавались без боя, слыша одно его имя. А на минувшей войне на стороне противника выступали гурры, отличительной тактикой которых была деморализация противника перед боем: всю ночь напролет они выли свои патриотические песни, не давая спать. Разбуженный завываниями Хам-Мое-Имя-Самое-Крутое пошел на прогулку в стан врага, наглядно показывая, что хуже высшего демона есть только невыспавшийся высший демон. В итоге гурры в совершенстве овладели тактикой отступления и бесследного исчезновения в ночи. У них вообще теперь по ночам шуметь не принято, даже дети в колыбелях не плачут.

Добравшись до главного корпуса и войдя внутрь, вздрогнула при взгляде на огромный портрет основателя Академии. Поверьте, когда вас встречает оскаленная морда демона в боевой трансформации, любой содрогнется.

Говорят, ректор привез с войны окаменелые фигуры побежденных чудовищ и личных врагов. Коллекция у него такая, и он ее периодически пополняет. Иногда нерадивыми адептами. Судя по количеству изваяний, врагов у него было много, а меня Фиора уверяла, что ректор добрейшее существо, даром что василиск. Это был следующий тревожный звоночек, на который я не обратила внимания.

Наверное, я сильно размечталась и сглазила себя. Начать с того, что привратник на воротах, к которым меня подвез экипаж, отказывался пускать, не веря, что я будущий преподаватель. Называл деточкой и просил не смешить его и не отвлекать от службы. Это унизительно, но пришлось мне показывать документы, а ему сверяться со списком. Лишь с третьего раза он нашел мое имя и неохотно пропустил. Мне бы еще тогда задуматься – может, судьба давала мне последний шанс уйти?