Цитаты из книг автора «Флориан Иллиес»

В начале апреля к Василию Кандинскому приезжает мама. Она беспокоится из-за того, что ее красивый и сильный сын стал таким абстрактным.

За письменным столом он отдыхает от всех этих перипетий, обращаясь к главной женской фигуре своей жизни: он продолжает неустанно трудиться над романом «Мать».

Горький снимает пиджак. Смотрит на морской простор, не в сторону Мекки, а в сторону Санкт-Петербурга. Ему трудно думать о России зимой, когда там всё покрыто снегом, сковано морозной комой, а он тут в расстегнутой рубашке пьет кофе на берегу моря. А недавно он сидел внизу у моря с Лениным, который навестил его в эмиграции. Они играли в шахматы и думали, сколько пешек нужно пожертвовать для того, чтобы поставить мат русскому королю.

Пока Сталин становится Сталиным, в Ницце 8 января открывается отель «Negresco». Румынский ресторатор Генри Негреско, низкорослый мужичок с большими усами, решил открыть лучший отель мира, а поскольку он считал себя главным красавцем мира, то и отель назвал своим именем. Дом 37 на Английской набережной сразу же стал местом стечения европейской кровной и американской денежной аристократий: Вандербильты, Рокфеллеры, Зингеры прибыли на открытие, в первый год отель посетили восемь коронованных особ, в том числе Вильгельм II и царь Николай, первый бокал шампанского здесь выпила королева Португалии Амелия.

Двенадцатого января Иосиф Джугашвили впервые подписывается под письмом как «Сталин».

В баварской деревне Зиндельсдорф Франц Марк сидит в шубе в своей мастерской под крышей, всё равно мерзнет и пишет свою эпохальную картину «Башня синих лошадей».

Восьмого января Юлиус Мейер-Грефе, лучший автор книг об искусстве своего времени и главный пропагандист французского импрессионизма (обе превосходных степени тут совершенно уместны), выступает в новых помещениях галереи Кассирера на Викторияштрассе, 35 в Берлине с лекцией «Куда мы катимся?» (по его мнению, в пропасть)

Это тот литературный 1913 год, в котором заканчивается «Волшебная гора» Томаса Манна, и это реальный 1913 год, когда он начал писать ее.

Неврастения – это было волшебное слово 1913 года, что-то среднее между СДВГ[5] и выгоранием, настолько прекрасное размытое понятие для любых психосоматических недомоганий и нервозности

Скотт Ф. Фитцджеральд не поступает в Гарвард (приходится отправиться в Принстон). В Гарварде летом 1913 года начинает учиться Т. С. Эллиот.