Мы обожаем совершенство, потому что не можем его обрести; мы бы гнушались им, если бы оно у нас было. Совершенное – нечеловечно, потому что человеческое – несовершенно.
Как все запутано! Насколько лучше видеть, чем думать, насколько лучше читать, чем писать! То, что я вижу, возможно, обманывает меня, однако я не считаю это своим. То, что я читаю, возможно, тяготит меня, но не сбивает меня с толку, как нечто, написанное мной.
Я устало закрываю створки моих окон, исключаю мир и на мгновение обретаю свободу. Завтра я снова стану рабом; но сейчас, не имея ни в ком потребности, опасаясь лишь того, что чей-нибудь голос или присутствие прервут меня, я обретаю мою маленькую свободу, мои возвышенные мгновения.
Ты можешь обладать величием духа и души: ты благородный раб или умный слуга: ты не свободен. И у тебя нет трагедии, потому что трагедия, заключающаяся в том, что ты родился таким, проистекает не от тебя, а от Судьбы, и только от Судьбы. Впрочем, горе тебе, если сам гнет жизни принуждает тебя быть рабом. Горе тебе, если нужда заставляет тебя, родившегося свободным, способ