Возле стола на стульях восседали командиры армейской ставки: генерал-полковник Владислав Фёдорович Ульянов и капитан Сильвестр Калиныч Чародейкин. Они бегло переглянулись. Их момент тишины несколько затянулся. Владислав Ульянов, взявшись за свой золотистый подсигар, бегло глянул на своих собеседников. У него появился сосредоточенный вид. Он коренастый, упитанный и широкоплечий. Его лысая, медная, округлая голова заметно блестела, а лицо словно отливали и отбивали молотом в простой кузнице, — глаза прямые тёмные выражали закалённый характер, нос широкий, как и ноздри, а губы полные багряные твердели. Он со стороны походил на удалого жеребца, который уже побывал в горящей бане. На нём плотно сидел гладкий тёмно-синий китель пошитый золотыми пуговицами, где заметны значки отличия и боевые награды. Его низ украшали гладкие широкие свободные штаны со стрелкой, а тёмные кожаные сапоги прямо блестели лоском. Владислав уже отметил свой пятьдесят пятый день рождения. Он сейчас выглядел угрюмо. Он, тая напряжение, крепко сжал кулаки. Владислав ловко закурил папиросу, от которой белый дымок сразу плавно потянулся ввысь, где изобразил немыслимую картину. Марево куда-то плавно понеслось. Владислав родом из населённого пункта Берёзы. В небольшом селении прошло всё его детство. Он отслужил в армии и решил остаться на границе, где закоренел и возмужал. Владислав дослужился стремительно до капитанского звания. Он уже участвовал в некоторых военных компаниях. У него за плечами есть отменные тактические навыки, которые он не раз доказывал на деле. Владислав вырос до звания генерал-полковника. Он был дважды женат, но счастья своего не нашёл.

Капитан Сильвестр Чародейкин довольно молод и смел. Он стройный и подтянутый. У него жилистое развитое тело, а руки длинные и сильные. На нём плотно сидела отменная гладкая тёмно-зелёная форма офицера. Фуражка гладкая с красной звёздочкой лежала на столе. На косой сажени в развитых плечах сидели погоны, где значилось звание капитана Красной Армии, а все гладкие кожаные ремни плотно прилегали к телу. На поясе темнела атласная кобура, в которой таится табельный пистолет «ТТ». У него на ногах находились обычные, слегка пыльные, кирзовые сапоги. Он, сидя на стуле, держал спину прямо и дышал ровно. Сильвестр коротко пострижен. Его тёмно-русые волосы чуть блестели. На белом приятном лице виднелся лёгкий влажный блеск, — глаза большие цвета гейзера таили в себе силу и уверенность, нос прямой греческий, а губы тонкие с оттенком молока твердели. У него весьма тонкая, но развитая шея. Он невольно раскрыл верхние пуговицы на гимнастёрке, где краем показался белый воротничок.

Капитан Чародейкин потомственный военный офицер. Он окончил училище связи, где впоследствии преподавал несколько лет. Его потом по приказу ставки перевели на дальние восточные рубежи страны. Он заведовал пограничной заставой, но затем срочно пришёл очередной приказ о его новом назначении. Сильвестр теперь находился здесь, где родился в родных пенатах Белорусской ССР. Он женат. У него есть малолетний сын Павлик, который с супругой блондинкой Ироидой сейчас находился под Смоленском, откуда родом его красивая, пышногрудая и жгучая пассия. Они обожают вместе ездить на курорты и часто бывали на море, где, как правило, их любовные игры не утихали ни на минуту. Но в последнее время у капитана на семью и на отдых становилось всё меньше времени. Он сейчас стал задумчив, как никогда. Он то и дело смотрел на свои ручные механические часы, которые тикали отменно и никогда не отставали.

Повеял тонкий ветерок, а воздушные волны слегка всколыхнули кружевную занавеску возле окна. На стекле ещё игрались озорные лучики, об которое то и дело бились комары. В стороне возле печи на скамейке восседал политкомиссар Филимон Николаевич Щепов. Он был слегка напряжён, но всё же во взгляде просматривалась простота и спокойствие. Он отлично сложён. У него развитое подтянутое мускулистое тело, а руки прямо стальные, где видны большие округлые бицепсы. Филимон обладает мощным, рельефным торсом как у культуриста, а пресс сложён прямо из кубиков. Здесь сказывалось его боксёрское прошлое. Он занимался любительским боксом около десяти лет и значился чемпионом своей военной части, которая базировалась под Сураж. Он молод. Ему тридцать три года. На голове тонко блестели тёмно-золотистые короткостриженые и стильно причёсанные волосы. У него слегка загорелое, весьма приятное лицо, как у кинозвезды, — лоб широкий, глаза большие цвета бурного водопада выражают вольность и азарт, щёки округлые, нос прямой греческий с небольшой остротой, губы полные алого цвета, а подбородок округлый и не пробитый. К могучему широкоплечему телу плотно прилегала красивая, гладкая, со звёздочками на рукавах гимнастёрка. Все ремешки тонкие атласные размеренно тянулись к поясу, где находится широкий кожаный ремень, который плотно держит гладкую бурую кобуру. В ней завсегда таится табельный пистолет «ТТ». В амуниции комиссара есть ещё большой кинжал в кожаном кожухе. Здесь же на ремне личная атласная сумка-планшетка, в которой пылились документы и географическая карта местности. Филимон отменно владеет холодным оружием. Он самостоятельно на досуге натренировал свой отменный бросок кобры. Он слегка скрестил ноги, где темнели простые чистые кирзовые сапоги.

Филимон безусловно нравится девушкам. Не раз на танцах возникали патасовки, в которых главную роль играл наш «Казанова». На гуляниях села пару лет назад Филимон пригласил потанцевать пышногрудую миловидную девушку Оксану Кузину. Она не отказалась, а лишь незатейливо улыбнулась. Оксана, мигом зачаровавшись видным парнем, распустила свои длинные густые русые волосы. Её большие, цвета янтаря глаза сразу игриво засияли и явно уже проявляли не шуточный интерес. Сладкая парочка увлеклась танцем. Они мило закружили под аккордеон вальс-бостон. Мелодия «Ах эти чёрные глаза…», лившаяся из патефона, чудно ласкала слух. Филимон и Оксана мило переглянулись. Они на некоторый миг заворожились друг другом. Девушка уже пылко и неровно дышала. Её грудь, казалось, стала ещё больше и прямо пламенела. Аромат духов красотки дурманил голову кавалеру. Но Филимон держал себя в руках, как и подобаемо офицеру Красной Армии. Оксана же мило улыбалась и заигрывала. Она жаждала большего, а не просто лёгкого флирта. Она даже уже потянулась губами к парню.

Но на танцевальную площадку резко выскочил полупьяный двухметровый тракторист Вася Печкин. Его грубое и медное лицо сильно краснело, а шальные цвета солода глаза выражали буйность. Он тут же показал свои умения танцевать лезгинку. Он был явно взбешён, как вепрь в лунной ночи. Его приятели, стоя на зрительной площадке, безумно и громко засмеялись. Они не забывали распивать крепкие горячительные напитки из бутылок. Вася тут же бросился махать кулаками. Он, растолкав любителей танца, резко навалился на Филимона, которого сразу крепко схватил за грудки. Вася выказал малоприятную гримасу, словно хотел вдобавок напугать своего незнакомца. Его вид походил на снежного человека, спустившегося с ледяной горы. Со стороны пьяного гуляки Василия тут же последовал удар. Филимон, получив по правой щеке сильную оплеуху, попятился. Но он не потерял равновесие. Он, округлив глаза, быстро сплюнул изо рта кровь. У него треснула и зазудела нижняя губа, а под правым глазом появился синяк. В парке сразу загудела и засвистела толпа зевак. Оксана, отойдя в сторону, зажалась. Она, широко открыв жгучие глаза, испугалась и походила тогда на карася в трёхлитровой банке.

Василий Печкин живо, как буйный кабан бросился вперёд. Он широко с плеча махнул правой рукой, но лишь воздух сотряс. Филимон ловко уклонился. Он сделал шаг назад и вновь сосредоточился на защите. Он вновь уклонился, как в боксёрском ринге и сразу ушел от жуткого удара. Воздух засвистел над головой танцора. Филимон просто нагнулся, как учат в школе бокса, чтобы не стать грушей для битья. Василий ещё больше рассвирепел. Он резко и широко замахал своими длинными и тяжёлыми руками. Но он бил неточно раз за разом и заметно выдохся. Он выпучил свои буйные глаза и пустил слюну изо рта. Его багряное лицо покрылось влажным блеском. Филимон, выдержав нужные пару секунд, со всей силы пробил правой рукой. Он попал точно по порочному лицу соперника. Его кулак плотно прокатился у того по правой щеке. Вася, сразу широко махнув руками, смешно попятился. Он в полной мере ощутил удар боксёра любителя. У него сразу в ненормальных глазах зарябило и заметно треснула верхняя губа. Он, прошагав несколько метров как пьяный, ещё больше рассвирепел.

В парке громко загудела и засвистела толпа. Василий, скопив силу, рьяно бросился вперёд. Он вновь широко замахал руками, но теперь постоянно мазал. Филимон уверенно уклонялся. Он уже вёл себя, как король ринга. Он всё же пропустил пару ударов по лицу, но на ногах устоял. Филимон тут же решил исход поединка в свою пользу. Он сильно и точно пробил под челюсть незнакомого драчуна. Его апперкот получился крепким и плотным. Филимон все свои жилы натужил, чтобы вложить в удар. Василий, приняв крепкую «дулю», сильно мотнул головой, которую заметно запрокинул. У него глаза нырнула на лоб, а изо рта красиво вылетела кровавая слюна. Вася сразу потерялся. Его коленки дрогнули, а ноги чуть покосились и задвигались сами по себе. Он, сделав шаг назад, грузно упал взад себя. Вася чуть замотал руками, не понимая, что произошло.

В парке громко засвистели гуляки, а кое-кто бросил вверх шапки. Из глубины рощи кто-то громко и радостно закричал. Сельская красотка сразу горячо поцеловала своего победителя в битые губы, где слегка размазалась кровь. Оксана ощутила приторную влагу. Она слегка смутилась, но тут же куда-то убежала со своими подружками. Воздух в парке сотряс гул дежурного свистка. На подходе уже стоял патруль. Филимон, собравшись с духом, тяжело зашагал. Он быстро скрылся в уличной темноте.

Филимон не женат. Но за ним уже значилось около пяти романов, в которых всё же возобладало несколько любовных жарких утех. Но все связи «Ромео» терпели либо неудачу, либо полное фиаско. Он все же одну заветную историю носит в душе. Год назад на танцах Филимон познакомился с девушкой по имени Елена Елизаровна Мышкина. Она милая и утончённая натура. У неё стройное статное тело, а грудь пылкая упругая третьего размера с острыми, как шоколад по цвету сосками. Её лицо, словно как у известной киноактрисы, — глаза большие выразительные цвета родника, нос тонкий, а губы полные белые. Она в целом похожа на дочку сказочной героини Снежной Королевы. В знойный роковой вечер на девушке красовалось милое светлое платье в лиловый горошек, а на ногах блестели ладные лакированные туфли. Филимон в компании милашки уверенно улыбался. Он включил всю свою харизму, чтобы влюбить в себя недотрогу. Он танцевал с ней весь вечер, а затем провожал до дома. Дорога глиняная, сухая, узкоколейная тянулась широким полем. Небо уже потемнело, обладая романтичным слегка розовым цветом.

Филимон и Елена тогда чудно замысловато переглянулись. Она, идя босиком, мило улыбнулась и сексуально закусила губы. Он, поддавшись искушению, тут же обнял жгучую красотку. Между ними рьяно вспыхнула большая искра. Филимон нежно поцеловал девушку в губы. Она, отвечая взаимностью, умело крутанула языком у него во рту. Филимон тут же взял девушку на руки. Он быстро и машинально зашагал по полянке. Он положил красотку прямо на стог разбитого сена. Елена не противилась. Она пылко улыбнулась. Её глаза засияли, где уже виднелось много вожделения, желания и страсти. Филимон не колебался. Он плотно прижался к ней. Их нежный медовый поцелуй продолжался долго. Любовники живо перевернулись пару раз. Они, себя не помня, живо скинули с себя всю одежду. Филимон и Елена ловко и страстно воссоединились в одно целое. Он, удобно лежа на спине, руками приласкал её красивую оголённую грудь. Филимон дышал неровно. Он уже был глубоко в ней и жаждал большего. Елена, восседая прямо на нём, слегка двигалась в такт. Её жаркие белые большие «яблочки» слегка болтались из стороны в сторону. Она, выказывая гримасы, ощущала тонко и горячо каждое движение. Её статное тело красиво блестело. Она, разглаживая руками свою упругую грудь, прочувствовала полной мерой большой прилив семени, который не заставил себя ждать. Она подала назад, а гибкую спину круто изогнула. Её сексуальная грудь словно стала больше, а острые и сексуальные соски заметно затвердели. Филимон на миг обезумел. Он, выпрямив спину, крепко схватил девушку своими мускулистыми руками. Елена в глубине души веселилась. Её сексуальное оголённое тело чудно блестело в затемнённом озарении. Филимон ничем не уступал знойной красотке. Его крепкие округлые мускулы тонко играли в сумрачных красках. Елена ликовала. Ей нравилось ласкать руками его мощную развитую плоть.

Любовники живо задвигались навстречу друг другу и машинально нежно бегло поцеловались в губы. Их обоих поглощал неимоверный жар. Филимон весьма грубо схватил девушку за икристые ягодицы. Он был ненасытен. Он задвигался ровно и сильно вперёд. Его губы теперь впились в жаркую грудь милашки. Она помогала ему своими развитыми обнажёнными бёдрами. Елена эротично потянула свои тонкие носки и мило застонала. Она невзначай приласкала руками его за волосы на голове. Лена дышала горячо и неровно. Её красивое статное тело обуял приятный холодок, но тут же снизошёл необузданный жар, а прилив семени оказался резким глубоким и обильным. Она громко закричала. Филимон же стал неумолим. Он, двигаясь как неуёмный бык, жаждал большего. У него на руках округлились мощные бицепсы. Он ещё на одно мгновение усилил хватку и темп, но тут же потерял силы. Он тяжело завалился на спину. Его переполнял красивый долгий оргазм. Он, дыша неровно, невзначай заглотил небольшую слюну. У него круто зарябило в глазах. Девушка повалилась прямо на него. Любовники нежно поцеловались в губы, где прямо нежно таял медовый вкус. Ночь оказалась очень долгой для любовников. Они ещё не раз совокупились красиво и увлекательно. Филимон уже под раннее утро проводил девушку до дома. Он, простившись на заре, утратил с ней всякую связь. Он уже опосля легко нашёл дом, в котором она жила. Но жилище оказалось брошенным, где все окна, явно наспех заколоченные досками, темнели. Входную дверь подпирало бревно. Филимон недоумевал. Он терялся в мыслях. Филимон прошёл по округе, но не нашёл свою ненаглядную миловидную красотку. Он тогда, всё же не солоно хлебавши, уехал в свою военную часть.

Филимон Щепов, сейчас сидя на скамейке в доме, глубоко вздохнул. Он уже некоторое время ухаживал за связисткой Машей, которая отвечала ему взаимностью. Она статная красавица. У неё грудь упругая третьего размера, ноги стройные, а руки сильные. Она с виду малышка и недотрога. Её рост ровно один метр семьдесят сантиметров. Ей к лицу военная форма. Она обладает приятной внешностью. У неё густые русые длинные волосы. Она, как правило, умело их убирает в обильную косу или крепит заколкой. У девушки милый округлый белый лик, — брови домиком, глаза большие лучезарные цвета рубинов, щёки круглые, нос небольшой, как у мышки, а губы полные бантиком. Её сильная, развитая шея крепко держит голову. Маша Оладьина связистка. Ей двадцать пять лет. Она выросла в детдоме, и совсем не знает своих родителей. Маша после училища поступила на службу, которой отдаётся сполна. Её охотно затянули подчас суровые армейские будни. Она теперь служит там, куда отправляет ставка. Маша охотно живёт по уставу.

В слегка витое окно дома задувал ветерок, который тонко колыхал белую кружевную занавеску. Над деревянным потолком в комнате витал белый дымок, который плавно и незаметно улетучивался в открытую форточку. Филимон, сидя на дубовой скамейке, глубоко задумался. Он машинально округлил глаза, а брови свёл. Он сейчас походил на дикого буйвола, который рвал и метал в поле. У него сияли алые буйные глаза, а из широких ноздрей тянулся горячий воздух. Он, глядя на матадора, уже бил копытами и вилял крутыми рогами. Филимон всё же живо вернулся из своих мечтаний. Он бегло глянул на связиста, который вновь явно оживился. Воздух в комнате сотряс телефонный звонок. Матвей Лёвин взял трубку в руки. Он, глянув на генерал-полковника, живо и машинально поднялся на ноги.

— Владислав Фёдорович. Товарищ генерал-полковник. Вас к телефону, — сухо произнёс он.

Владислав Фёдорович Ульянов и капитан Сильвестр Калиныч Чародейкин оживились. Они бегло переглянулись. На их лицах показалось лёгкое волнение. Владислав поднялся со стула. Он тут же решительно двинулся вперёд, а на ходу строго выпрямил спину и держал прямо. Его мощный торс выказал силу. Владислав крепко в руке сжал трубку аппарата. Он, глядя на окно, слегка свёл густые брови.

— Генерал-полковник Ульянов. Слушаю…, — уверенно сказал он.

Политкомиссар Филимон Щепов, глядя прямо на важного офицера, выпрямил широкую спину. Он широко открыл ясные глаза и был спокоен, как всегда. На нём сидела плотно гладкая гимнастёрка, где прямо вырисовывался мощный рельефный мускулистый торс. Его развитые руки невольно показали округлые бицепсы. Он взял в руки именную фуражку, где красовался значок в виде яркой красной звёздочки. Филимон насторожился и был зорок. Генерал-полковник Ульянов много не говорил. Он стоял по стойке смирно, а трубку держал возле правого уха. Он прищурил глаза, где показалось некоторое напряжение. Мгновение же затянулась на несколько секунд.

— Есть. Так точно…, — произнёс он.

Капитан Сильвестр Калиныч Чародейкин, бегло глянув на комиссара, чуть пожал плечами. Он сейчас походил на моржа, который только что вынырнул из моря на льдину. Его волнительные глаза машинально округлились.

Генерал-полковник Владислав Фёдорович Ульянов, глубоко выдохнув, передал трубку своему подчинённому. Связист Матвей принял аппарат. Он смотрел прямо и послушно. Он положил трубку на место. Матвей, стоя по стойке смирно, держал спину ровно. По виду он был готов выполнить любой приказ. Владислав зорко глянул на своих боевых соратников. Он взял небольшой момент тишины, чтобы собраться с духом. Боевые товарищи отвечали взаимностью. Капитан Чародейкин и политкомиссар Щепов машинально поднялись на ноги. Они встали по стойке смирно и вновь бегло переглянулись. Филимон крепко в руках сжал свою отменную фуражку. Он невольно натужил свои развитые жилы. Его мощный торс округлился, а на руках окрепли стальные бицепсы. Генерал-полковник Ульянов вновь выдохнул и был тактичен. Он степенно подошёл к столу.

— Товарищи. Капитан Чародейкин. Политкомиссар Щепов. Дела наши неважные…, — невесело начал Ульянов, — Враг окружил Минск. Мы понесли серьёзные потери. Много наших солдат попало в плен. И уже завтра или послезавтра враг будет на нашем рубеже. На нашей линии обороны. Будет жарко. Их полчища уже двинулись сюда. Товарищи командиры приказываю вам организовать глубокую оборону по всему нашему рубежу. Подготовить огневые точки, для поражения вражеских танков и САУ. Проследить очень внимательно. Наладить связь. Матвей Лёвин вы слышали…, — слегка выдохнул Ульянов, — Каждый наш шаг должен быть выверен на сто процентов и даже больше. Да и…, — задумался он, — У нас не так много орудий и бойцов. Но действуйте не числом, а умением. Капитан сейчас же займитесь обороной всех участков. Проведите беседу с офицерским составом. Комиссар Щепов вам в помощь. С богом товарищи. Чуть позже обсудим детали. Здесь пред картой. Идите…, — сказал он.

— Ясно.

— Есть товарищ генерал-полковник.

— Так точно. Разрешите идти.

— Разрешаю. Идите…, — задумчиво ответил Ульянов.

— Есть.

Командиры бегло переглянулись. Они насторожились и слегка недоумевали. Капитан Чародейкин округлил волнительные глаза. Он сейчас походил на бойкого тигра, который всё же получил оплеуху от гиппопотама. Комиссар Щепов крепко в руках сжал фуражку. Он был верен сам себе. Генерал-полковник Ульянов слегка оторопел, но был сдержан.

На синем небе сияли белые зефирные облака. Светило задавало тон, от которого исходили игривые тонкие лучи. Воздух сотрясся гулом низколетящих самолётов. На фюзеляжах защитного цвета красовались белые кресты. Вражеские «мессеры», не открывая огонь, живо промчались на небольшой высоте и быстро улетучились. Их крестообразные фигуры мигом превратились в тёмные далёкие странные точки.