То время, неповторимое время, такое далекое… Мгновенье промелькнуло с тех пор… Воспоминания все еще жили в нем, и этой ночью он, как обычно, отыскивал их в своей памяти, пытался поймать в неверном лунном свете
Эвелин никогда не отличалась особой религиозностью, но сегодня какая-то сила подняла ее и вознесла над страхом, который камнем тянул ее вниз. Она ощутила, как сердце ее открылось и наполнилось чистой радостью жизни.
«Милочка моя, ненависть ни к чему хорошему не приведет. Она превратит ваше сердце в корень горечавки. Люди не могут перестать быть тем, что они есть, как скунс не может перестать быть скунсом. Как вы думаете, неужели, будь у них возможность, они бы не изменились? Непременно изменились бы. Но человек слаб
Сколько там еще Господь отпустит мне жизни, не буду гадать, но думаю, не слишком много, сами понимаете. И поэтому я теперь каждый день живу, как последний. Хочу быть готовой. Вот почему я не осуждаю мистера Данауэя и Весту Эдкок. Живи сам и дай жить другим.