В холле, перед дверями зала заседаний, где по своему обыкновению каждое утро перед завтраком заседал притела́т Мариус со своими приближенными сыновьями прила́тами (прила́т – принц), на большом диване сидела Фари́са. Она была одной из фрейлин приле́и (приле́я – принцесса) Асси, которые свободно могли разгуливать по дворцу, где и когда им вздумается, ссылаясь на распоряжение своей госпожи.

Потому Фари́са, сев поудобнее на одном из диванов холла, всем своим существом старательно делала вид, что читает оставленный на столике журнал одной из защитных организаций о здоровье окружающей среды, когда к ней подошел Титэ́й. Он был третьим сыном притела́та, занимающий должность главы национальной безопасности. Не мудрено, что его заинтересовало присутствие фрейлины одной из принцесс в холле перед залом заседаний.

– Интересно пишут? – спросил Титэ́й, подойдя к Фарисе, которая тут же встала с дивана и упав на колени уткнулась носом в свои сложенные лодочкой ладони, и поцеловав их несколько раз ответила:

– Да, ваша милость. – растерянно произнесла она, не ожидая, что её присутствием в холле может кто-то заинтересоваться.

– И что же там вас так увлекло? – продолжил её спрашивать Титэй.

– То, как важно соблюдать здоровье окружающей среды, – ответила Фариса, перефразировав заголовок, так как не смогла прочитать ни строчки из этого скучного журнала экоактивистов. Да и читать ей особо и не хотелось, она находилась тут лишь по приказу Асси, с поручением дождаться, когда начнут свое утреннее заседание отец и её братья, а точнее все ключевые фигуры государства, и сообщить ей.

Так как Фариса была всецело предана своей приле́и Асси, выдавать её поручение так легко ей, конечно же, не хотелось. Фариса закрыла журнал, в надежде, что Титэй не станет искать, есть ли там подобная статья, и сочтет, что она задержалась здесь по собственной воле, благодаря исключительности данного чтива. Она протянула журнал прилату.

– Вот, можете сами прочитать, ваше высочество.

Титэй, улыбнувшись, принял из её рук журнал и тут же отправил его обратно на журнальный столик, даже не взглянув на него.

– Молодец! – с легкой усмешкой ответил он, как будто прочитав все мысли в её голове. – Вот бы и мне таких сообразительных в команду. Скажи Асси, что заседание уже началось. Ведь ты здесь именно для этого!?

Фариса хотела что-то возразить, но Титэй уже развернулся и направился к дверям зала.

Глава 4

Перед дверями в зал стояли двое астэрцев в глухих латах, с обнаженными и сделанными из металла Судьбы алебардами, готовыми уничтожить любого, кто попытается без разрешения пройти через хранимые ими двери.

Таких стражей, одетых в глухие латы и с опущенным забралом, закрывающим лица, по замку стояло довольно много. Но большая часть из них были пустые боты. Они создавали только видимость живого астэрца, периодически случайным образом переминаясь с ноги на ногу, покряхтывая и перекладывая оружие из руки в руку. Это делалось с учетом финансовой экономии, по приказу смотрителя Бэуля. Который большую часть сэкономленных денег отправлял своей семье, в поместье Ге́урлок (Драконье Гнездо). Но эти астэрцы были настоящими, готовыми арестовать и даже уничтожить любого нарушителя, и по приказу прителата «никого не пропускать» остановили перед дверями Асси, скрестив перед ней алебарды. Глаза Асси блеснули гневом, настолько ярко, насколько это было возможно на таком милом детском личике.

– Ты знаешь, кто я? – спросила у старшего астэрца Асси и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Я иду к своему отцу с важными новостями. Не преграждайте мне путь!

– Я знаю, кто вы, ваша светлость, но я не могу нарушить приказ прителата. Это может стать для меня чревато последствиями.

– Астэрец, – командным голосом, наполненным гневом, обратилась к нему Асси. – Поднимите забрало, вы разговариваете с прилеей и вашей халой! (Хала – священнослужитель высшего звания. Жрица, провожающая души к солнцу)

Астэрец послушно поднял забрало и тут же получил от Асси пощёчину кистью наотмашь. Удар пришелся возле носа и с такой силой, что одно из перстней принцессы рассекло ему щеку в кровь, выпустив из ранки золотые ручейки, которые потекли по щеке и тут же впитались обратно в кожу, оставив на щеке лишь блестящий след от подтёка. Рана бесследно затянулась.

– Твой отказ, мне, чреват последствиями и будет для тебя роковым. Помни, что именно я буду провожать твою душу к солнцу. Не препятствуй мне, астэрец.

Немного замешкавшись, видимо борясь со своими эмоциями, астэрец убрал свою алебарду, но второй всё ещё, сомневаясь в решении, продолжал преграждать ей путь.

Но стоило Асси посмотреть на него, как все его сомнения развеялись, и она свободно вошла в зал.

Закрыв за собою двери, Асси бегло осмотрелась, все ли братья, во главе с её отцом, на своих местах, и, убедившись, что все на месте, сменив гнев на испуганное детское личико, бросилась в ноги к отцу.

– Отец, прости меня, что прерываю твоё заседание, но я ужасно напугана.

– Что случилось, дитя моё? Неужели твои страхи не могут подождать до завтрака? – спросил он, слегка улыбнувшись.

– Я сегодня спускалась в АурТари, чтобы помолиться перед завтраком, и услышала, как лудусы молятся, чтобы боги дали силы повстанцам посадить на трон истинного прителата. – Её глаза были наполнены неподдельным страхом, но не потому, что она боялась за отца. Она боялась быть разоблаченной в своих замыслах, что грозило ей неминуемым заточением заживо в таре (тюрьма) или, что ещё хуже, мёртвой в сутине. Представив себя в таком бедственном положении, она с легкостью прослезилась.

По залу пошел шёпот обсуждения услышанного, то, чего и добивалась Асси, запечатлеть первую реакцию каждого из братьев, а уже потом, в спокойной обстановке, охарактеризовать поведение каждого, чтобы выявить потенциального врага или союзника в своем деле, которое она замыслила.

– Что это значит, отец, разве не ты истинный правитель? – продолжила она подливать масло в огонь, сквозь слёзы разглядывая зал.

– Мне об этом ничего не известно. – тут же возмутился Лармус, отвечавший за общественное мнение.

– Кому вообще молятся эти бездушные лудусы? Что они могут нам сделать своими молитвами? – вмешался архивариус Идий.

– Всё зависит от того, кого они считают истинным прилатом. – ответил ему самый старший из братьев, по имени Дорал, который занимал пост Приа́тора (производное от ПреаИре (вперёд залезающий), в данном случаи «второе лицо государства», тот, кто стремиться занять место правителя). – Хала, ты должна знать, кому молятся твои прихожане. Разве нет?

Хала из неё была так себе, ведь для неё это было всего лишь прикрытием для занятия фехтованием. Да и в перевоплощение обескровленных АисСои в святую парсуру она, конечно же, не верила, потому наказание от Ра её не пугало, а вот отец и её братья представляли реальную угрозу. И каждое её слово могло стать для неё решающим. Потупив взор, она решила промолчать.

– Какая разница, кому молятся эти животные, – вмешался в разговор Деспий, громко рассмеявшись услышанному. Он явно отличался от всех недюжим здоровьем и, судя по виду, не спроста был назначен главнокомандующим освободительной армии Астарты. Нужно признать, что благодаря ему и его военным навыкам освободительная армия Астарты, сразу после коронации её отца, освободила все великие родовые поместья на ТараРа от претендующих на трон или подрывающих авторитет нового прителата.

Теперь Асси, как жрица (Хала), помимо молебнов над ма́нами, хранит в забытых тиве́рах АурТари живую кровь его врагов.

– Ты же не спрашиваешь у овцы, – продолжил говорить Деспий, – помолилась ли она, прежде чем ты съешь её?  Как бы там ни было, я давно высказываю мнение, что пора разобраться с рассадником этих тварей и передавить их, как тараканов, не признающих наших ценностей и истин. Деспий хлопнул ладонью по столу и сел обратно.

– Отец, это может быть тревожным звонком, – сказал Титэй, поднявшись со своего места. – Я, как глава национальной безопасности, прошу у тебя разрешения искоренить зачинщиков подобных слухов, которые, как я понимаю, добрались уже до стен Астарты. Я всё верно понял, хранительница Хала?

– Да. – ответила Асси, поднимаясь с пола и утирая слёзы тонким платком, который тут же покрылся мокрыми пятнами, демонстрируя обилие её слёз всем присутствующим. Разговаривать с Титэем в присутствии окружающих ей точно не хотелось, так как он, как правило, знал намного больше, чем говорил и мог легко разоблачить её. Асси решила побыстрее перевести внимание с себя на своего отца, потому, ещё раз всхлипнув носом, продолжила:

– Пусть зачинщики этих сплетен поскорее сгниют или окажутся навеки обескровленными в сутине. Лучше они, чем мы, верно, папа?

– Конечно, дитя. Не бойся, раз уж они молятся в твоем святилище, то халу этого святилища уж они не тронут. – сказал прителат дочери и вновь обратился к Титэю и всем присутствующим:

– Я не вижу опасности в пустых сплетнях. Но всё же, пусть решением вопроса займётся Титей. Не спеши избавляться от зачинщиков. Выясни всё обстоятельно! Даже если это пустые слухи.

– Конечно, Отец. Скажи, сестра, в котором часу сегодня ты это успела услышать? – быстро включился в работу Титэй.

– Позже поговорите. – вмешался отец. – Давайте перейдём к насущным делам. Ступай, дитя, спасибо, что оповестила. Скажи охране, чтобы больше нас никто не беспокоил. Асси еле сдерживала внутри себя ликование первой победы, которое слегка тронуло её лицо еле заметной улыбкой, что не ускользнуло от глаз Титэя.

Она сделала реверанс и направилась к двери.

Глава 5

Центр исследований находился на территории аграрно-биологического института в деловом центре города Пирги.

Обучение на ТераРа было занятием не из дешёвых. Подчас только знатные семьи АисСои могли себе это позволить, но «Аграрно-биологический» институт за небольшую плату был доступен практически для всех, не исключая чернорабочих лудусов. Его филиалы располагались во всех мало-мальски значимых городах планеты.

Это делалось для того, чтобы можно было хоть как-то решить остро стоящий вопрос с глобальной нехваткой растительной пищи и растительности в целом по планете.

Финансировались эти институты не из казны прителата Мариуса, а из общественных фондов экологических компаний, которые в данном вопросе были солидарны между собой. Деятельность данных институтов контролировал один из сыновей прителата. Звали его Эредон, он являлся главой экологических ассоциаций.

 По его инициативе во всех населённых пунктах находились фильтры для очистки воздуха от любых возможных вредных примесей, и каждый житель должен был оплачивать налог на обслуживание фильтра. Налог был незначительным по сравнению со всеми остальными, но хорошо пополнял казну прителата Мариуса, так как не было тех, кто пытался от него уклониться, все с пониманием подходили к данной проблеме.

Острая нехватка, вынуждавшая жителей планеты разводить огороды в любом удобном месте, включая балконы и крыши домов, появилась из-за отказа союзного государства, стремящегося войти в альянс тринадцатым членом, но отказавшего в экономическом сотрудничестве с притэлием Мариуса. Это была планета ТераСея (Рождающее место, Взращивающие место)(Сад), которая являлась пятой от Солнца и самой большой из двух обитаемых планет в системе Ра. Некогда давно она являлась колонией ТереРа (Место Богов, Рай), на которой выращивались всевозможные растительные культуры, добывались различные минералы и основной, жизненно необходимый ресурс АурРо́Ра (Золото, метал, освящённый Богом Солнца).

Постепенно впитываясь через кожу, он обновлял золотую кровь АисСои, мгновенно заживляя любые раны, делая их тела поистине бессмертными.

Чтобы как-то отделить парсуру от тела, остановив все жизненные процессы, погружая АисСои в вечный сон, нужно было откачать всю кровь, а затем, когда тело утратит способность к регенерации, вынуть внутренние органы. Только после этого все жизненные процессы в теле считались остановленными в ожидании времени Масан.

Потому АисСои носили ауро́рум вплотную к телу, делая из него элементы одежды, украшения, косметику, помады и тонирующие кожу крема, его добавляли даже в пищу, украшая тончайшим налетом обыденные яства, создавая из них не только изысканные блюда, но и полезную пищу для АисСои. Бедные АисСои пользовались плоскими круглыми дисками, носимыми на запястье, и меняли их по мере их истончения.

Если кровь АисСои не имела контакта с золотом долгое время, она окислялась, умирала, постепенно меняя свой цвет. Если цвет менялся полностью, кровь уже не могла восстановиться. Таких АисСои называли «мару́ны», то есть испорченные. ТераСея являлась собственностью и колонией Мариуса, туда сгоняли всех провинившихся или неугодных лудусов для работы на плантациях по выращиванию зерновых культур.

Считалось, что у них нет души и связи с богом Ра, и уж тем более с создателем солнц и началом всех начал, богом «А». Они то и дело болели, быстро умирали, не выдерживая нагрузок, да и в идеальных условиях жили совсем недолго, хотя и плодились между собой тоже довольно быстро.

Не успело смениться несколько поколений АисСои, как лудусы уже разбрелись по всей планете ТераСея, заполнив её своими поселениями. К моменту коронации прителата Мариуса ТераСея уже подала заявку на вступление в альянс как тринадцатый независимый участник, а спустя ещё несколько сотен лет отказались безвозмездно поставлять какие-либо ресурсы на ТераРа, считая их своими.

Можно было передавить их как тараканов, как и заявил на заседании верховного правления главнокомандующий освободительной армии Деспий, но, как ни странно, на их защиту выступило большинство других представителей АисСои из других звёздных систем, считая, что ТераСея будет прекрасным местом, куда можно согнать всех лудусов из всех звёздных фракций. Это решение для всех было экономически обосновано и довольно выгодно со всех сторон. Кроме прителата Маруса, который хотел получить ТераСею вместе с её ресурсами под свой ускользающий контроль.

Нападение на ТераСея грозило Мариусу изгнанием из альянса и началом войны с рудными корпорациями каждой из фракций, а долго удерживать вторжение через порталы, позволяющие моментально перемещаться с планеты на планету, минуя расстояния в миллионы световых лет, было практически невозможно.

Разве что уничтожить все порталы в системе Ра, но это бы обозначало остаться полностью одинокими, отрезанными от всех звёздных систем галактики без какой-либо поддержки.

Из-за лудусов, которые действительно были очень слабы и раны их могли затягиваться месяцами по сравнению с АисСои, а зачастую попросту падали замертво от лишнего удара и уже на следующие сутки начинали смердеть и разлагаться, как любая падаль, начинать войну со всеми фракциями не имело смысла.

Нужно было взять под контроль ТераСею, лишив её поддержки альянса и выдворив туда всех лудусов с ТераРа, использовать как рабов, забирая все ресурсы себе.

 Торговать лудусы с Тера-Сея не умели, да и торговать там было не с кем. У них не было централизованной власти. Каждый город был самообеспеченным независимым государством, из которых центральным являлась Борея (наследник или наследница) символ независимости лудусов. Другие города старался быть лучше остальных, потому и названия городов были ничего не обозначающие степени превосходства: «мега», «мульти», «ультра», «супер», «гипер», «гига», «нано», «мета» и т. д. И город Метрополь, полностью принадлежавший АисСои и другим представителям притэлия.

Для торговли с притэлием из всех городов выбирался какой-то один представитель, который и говорил от имени всей планеты, но каждый раз этот представитель был разным, так что договариваться о чем-то там было не с кем.

Они не воспринимали денежно-экономическую систему ценностей АурРоРа, потому торговля с ними протекала на уровне простого обмена, и то только между путешествующими торговцами, но никак не на уровне межпланетного соглашения.

Зато другие участники альянса, в жилах которых текла такая же золотая кровь ауррора, были рады денежно-экономическим отношениям с ТераРа, продавая им растительные ресурсы по завышенным ценам и в таком количестве, в котором на всю планету явно не хватало, что постепенно поднимало цены на данные товары. Контролем за торговлей растительных ресурсов занимались экокорпорации, разделившие планету на свои регионы. Торговля растительностью являлась их основным источником дохода, а также сборы за оплату обучения в аграрных институтах. Борьба за экологию была таким же прибыльным занятием, как создание и продажа новых видов оружия, которое нельзя было бы идентифицировать как оружие той или иной фракции. Каждая фракция альянса, в тайне друг от друга, обращалась за этим к прителату Мариусу, а он успешно помогал решать военные вопросы напрямую, оснащая мелкие террористические группировки, которые впоследствии подавлялись миротворческими войсками освободительной армии Астарты, которая считалась самой сильной армией во всем альянсе.