О Зевс, с клеймом злодея жизни вовсе Не надо мне. Но дай когда-нибудь, Останусь я в живых иль не останусь, Чтобы отец мой понял, как он дурно Со мною поступил
Тут ловко он вскочил на передок И с ободка схватил проворно вожжи, Но кобылиц сдержал и, к небесам Воздевши руки, стал тогда молиться:
Тогда, оставив плакать, Он нам сказал: “Не надо унывать, Словам отца повиноваться надо. Живей, рабы, живее запрягайте: Трезена нет уж боле для меня”.
Скажите мне и проводите друга… Что бы отец ни говорил, а вам Уж не найти другого, чище сердцем. Уходит со свитой.