Цитаты из книг автора «Евгения Михайлова»

Таким образом когда мы рисуем мандалу – мы воздействуем на самих себя на глубинном уровне, и открываем в себе определенные внутренние силы и ресурсы, которые и отображаются в узоре мандалы. Поэтому во время рисования Мандал происходит гармонизация личности рисующего, разрешение внутренних конфликтов и снятие напряжения.

родители всегда считали меня слишком независимой. Они ошибались, папа-генерал и мама – классическая генеральша. Бунтовал только мой разум – против любых догм, ограничений личности, против клетки норм и диктата приличий. А мой «выкоханный», как говорила няня-украинка, организм подчинялся требованиям ухода, комфорта и даже стерильности далеко не только на физиологическом уровне. Меня учили правильно питаться, ухаживать за кожей, волосами, ногтями, вовремя засыпать и просыпаться. И в результате я, с детства отвергающая все авторитеты, даже родителей, приобрела бесспорного и несвергаемого диктатора. Имя ему – порядок. В школе, университете, дальше в работе я всегда пользовалась репутацией вольнодумца, ниспровергателя, разрушителя всех дискриминационных границ. Но это была теория. Я никогда не была девочкой, девушкой, женщиной, способной плюхнуться в придорожную лужу с бутылкой пива в руке.

Все было прекрасно и очень стереотипно, безлико. Ничего такого, по чему можно судить об эстетических и творческих предпочтениях людей. Так бывает у тех, кто или не обладает вкусом вовсе, или очень боится, что его вкус вульгарен, выдает ничтожность личности.

несколько недель занималась только детьми. Общалась, отвечала на вопросы, пыталась в каком-то приемлемом свете преподнести им то, что произошло и происходит рядом с ними. Они мне верили и прижимались ко мне, прятались в мои ладони и объятья, как в свое главное и надежное убежище. Мне кажется, им даже было в нем тепло и спокойно, этим птенцам, которые и родились сиротами.

классному руководителю Олежки и сказала, что он немного простужен, но она сама его сегодня подлечит, и завтра он придет в школу. Сергей временами с удовольствием смотрел на свой заблокированный

жизнь – это богатство и подарок в самой сложной ситуации

писал на даче. Значит, кто-то его непременно здесь должен был видеть! Катю словно ветром подхватило

изменнику с разборками, отхлестала бы его по щекам, разодрала когтями в кровь лицо, а потом бы взялась

своего мужа. Всегда чуяла в нем какой-то подвох. А уж когда узнала, как он обращался с женой и детьми, и вовсе возненавидела лютой ненавистью. С годами это чувство лишь усилилось, потому

Насте прежде доводилось видеть лишь на фотографии. Георгий Андреевич – отец непутевого Генки и его младшего брата Виктора – получил эти часы в подарок от своего отца. А тот, в свою очередь, от своего. Часам было без малого двести лет, ход их был далеко не такой точный, но часы ценились в семье как реликвия