Читать книгу «Мраморный король» онлайн полностью📖 — Евгении Грановской — MyBook.
image
cover

 





 





 





 





Оставшись один, мальчик стал размышлять о странных перипетиях жизни, которая свела его когда-то со старым клоуном и которая бросает их теперь из города в город, нигде не давая надежного пристанища и времени, чтобы хорошенько отдохнуть и оглянуться назад. Есть только дорога, и дороге этой, сколько бы они ни шли, нет конца.

От общего мысли мальчика плавно перетекли к частному. Мальчик вспомнил, что в ближайшие дни необходимо купить теплые вещи, а денег на это нет. И самое неприятное – нет никакой надежды их раздобыть. В последние недели клоун срывает выступление за выступлением. Его постоянно душит кашель, к обеду у него слабеют ноги, и еще – он стал пить больше, чем всегда. И это при том, что он никогда не пил мало.

«Что же делать? – в отчаянии подумал мальчик. – Как же быть?»

Тут дверь магазина, звякнув колокольчиком, распахнулась, и появившийся на пороге клоун прервал поток невеселых мыслей мальчика. В руках он нес маленький полиэтиленовый пакет с печеньем. Из кармана его джинсовой куртки торчало горлышко бутылки.

– Как? – спросил мальчик, мгновенно все поняв. – Опять?

– Прости меня, малыш, – виновато сказал старый клоун. – Я ничего не мог с собой поделать.

– Вы не купили ни мяса, ни шоколада, – проговорил мальчик упавшим голосом. – Спустили все деньги на вино?

– Ты говоришь это таким голосом, будто я спустил на вино миллионы, – с виноватой улыбкой ответил клоун. – А между тем у нас с тобой было всего двести рублей. Не такая большая сумма, чтобы можно было о ней пожалеть.

– Очаровательно пахнет море! Малыш, вдохни этот запах полной грудью, он бодрит мозг и освежает душу! Помнишь, как у поэта?..

 
Земли моей живой гербарий!
Сухими травами пропах
ночной приют чудесных тварей —
ежей, химер и черепах!
 

Мальчик невесело усмехнулся. Стихи были совершенно неуместны да и глупы – какие еще химеры? Какие ежи и черепахи? И при чем тут сухие травы?

– Ах, как это замечательно! – продолжал восхищаться старый клоун, глядя на белую, сверкающую в темноте полосу морского прибоя. – Ты знаешь, малыш, Бог создал человека с единственной целью – вырастить из него поэта!

– Бог создал человека, чтобы было над кем поиздеваться, – возразил мальчик. – Почему вы не едите печенье?

– Потому что я его не люблю, – ответил клоун. – Все, что мне сейчас нужно, это глоток терпкого красного вина! Оно заставит мою кровь быстрее течь по жилам!

Старик отхлебнул из бутылки и закашлялся.

– Вам надо к врачу, – угрюмо сказал мальчик.

Несмотря на то что из глаз старого клоуна бежали слезы, он упрямо покачал головой:

– Это просто насморк. Хорош бы я был, если б из-за каждого пустяка бегал по врачам.

– Это не просто насморк, – возразил мальчик. – Это простуда. Вам надо лечиться.

– Ах, оставь. Лучше дай-ка мне трубу!

Мальчик протянул ему трубу, и клоун заиграл.

Мальчик узнал мелодию. В последнее время клоун часто ее играл, но сейчас она звучала особенно удивительно – накладываясь на мерный гул прибоя. Грустная, как всё в этом мире, но неизмеримо прекраснее всего, что доводилось видеть или слышать мальчику.

Старый клоун оборвал игру и закашлялся.

– Не надо вам сейчас играть, – сказал мальчик.

– Почему?

– Нам утром выступать. А вам нужно набраться сил.

– Но моя душа просит музыки, – возразил клоун.

– Душа вам не заплатит. А вот публика заплатит.

Старый клоун посмотрел на мальчика долгим взглядом, как делал почти всегда, когда мальчик заводил разговор о деньгах или вещах, потом вздохнул и сказал:

– Опять ты о своем. Подумай о чем-нибудь высоком.

Мальчик подумал. Еще подумал и сказал:

– Скоро наступят холода. А у нас с вами дырявые ботинки. К тому же вам давно пора купить теплую куртку. Вы постоянно простужаетесь.

Старый клоун хотел что-то сказать, но вместо этого зашелся отрывистым, похожим на собачий лай, кашлем. Мальчик достал из холщовой сумки шарф и принялся повязывать его на тощую шею клоуна.

Тот попытался возразить, но мальчик был настойчив, и клоун в конце концов смирился. Немного придя в себя, он снова взялся за бутылку. На этот раз он сделал несколько больших глотков сразу.

Бутылка почти опустела, и тут клоун опять закашлялся, схватившись рукою за впалую грудь. Мальчик бросился к нему, но клоун остановил его жестом, показав, что все в порядке. Он кашлял еще минуту, затем, мучительно морщась, выпрямился и вытер выступившие на глазах слезы.

– Это все из-за соленого воздуха, – сказал он севшим, хриплым голосом.

– Вам надо показаться врачу, – повторил мальчик.

Клоун покачал седой головой:

– Ах, оставь. Мне не нужны врачи.

Мальчик протянул руку и потрогал клоуну лоб.

– У вас жар, – сказал он.

– Это мое нормальное состояние, – сказал старый клоун. – Пока все тлеют, я – горю!

Он убрал руку мальчика от своей головы, взял бутылку и допил вино.

Глядя на его бледное, изможденное лицо, мальчик вдруг подумал, что клоун скоро умрет. И тогда мальчик снова останется один, как тогда, пять лет назад. На душе у мальчика стало так тоскливо, что он чуть не заплакал. Но в этот момент клоун отбросил бутылку подальше и бодро сказал:

– Пора укладываться спать. Я лягу здесь, а ты забирайся под лодку. Она защитит тебя от ветра.

– Но вам нельзя спать на ветру, – возразил мальчик.

– Ветер может и перемениться, – сказал старый клоун и улыбнулся, – а под лодкой для меня еще опаснее. Уверен, там гуляет чудовищный сквозняк.

Мальчик попробовал возражать, но клоун был непреклонен, и мальчик вынужден был забраться под лодку.

Под лодкой было чуть теплее, чем снаружи. Гул прибоя звучал приглушенно. За дощатым бортом забормотал и зашуршал песком, раскатывая резиновый коврик, клоун. Мальчик прислушался, стараясь разобрать, что он бормочет, но разобрал только несколько слов «…стало… слишком… Господи…» и затем – тяжкий, долгий вздох.

Мальчик достал из холщовой сумки пачку листов, которые полтора часа назад он вытащил из мусорного бака, чиркнул зажигалкой и в зыбком, дрожащем свете пламени пригляделся к буквам на верхнем листе. Пригляделся – и испытал легкое разочарование. Буквы были старинные. Твердые знаки на концах слов, палочки с точками. Это точно не банковская документация. Мальчик вздохнул и спрятал пачку листов в большую холщовую сумку, в которой хранил все свои запасы и с которой никогда не расставался. Затем положил сумку под голову, закрыл глаза и уже через минуту спал так крепко, как только может спать двенадцатилетний ребенок после изматывающей круговерти дня.

– Кто здесь? – громко спросил клоун, поднимая голову с коврика и вглядываясь в темноту.

– Я, – тихо ответили ему откуда-то сверху.

Клоун протер кулаками сонные глаза. Теперь он увидел говорящего. Тот стоял прямо перед клоуном, высокий, широкоплечий, в длинной куртке.

– Кто вы? – спросил клоун мужчину.

– Ваш друг, – ответил тот. – Или враг. Смотря по тому, как пойдут наши дела.

Старик попытался рассмотреть во мраке лицо незнакомца, но не смог.

– У меня есть оружие! – предупредил старый клоун, придавая своему голосу решительную интонацию. – Идите своей дорогой, если не хотите нарваться на неприятности!

Незнакомец остался стоять там, где стоял. Клоун снова попытался разглядеть его во тьме, но увидел лишь, что собеседник его довольно молод, а на щеке у него небольшой багровый шрам.

Где-то рядом хлопнула дверца машины. Старик повернул голову и увидел метрах в двадцати вспыхнувший огонек сигареты. Кто-то стоял возле машины и курил.

– Что вам нужно? – взволнованно спросил старый клоун.

– У вас есть что-то, что вам не принадлежит, – спокойно ответил незнакомец.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Я говорю о рукописи, – медленно и четко сказал незнакомец. – О старой рукописи. Отдайте ее мне, и я уйду.

Мужчина со шрамом вынул руку из кармана, и клоун увидел, что в руке у него пистолет.

– Зачем это? – спросил клоун, вскинув брови.

Мужчина не ответил. Старый клоун незаметно покосился на лодку, под которой спал мальчик, и хрипло проговорил:

– Я ничего не знаю про рукопись. Вы ошиблись. Я простой артист и никому не хочу зла. Пожалуйста, уходите.

– Брось, старик, – сказал незнакомец. – Этот бомж хорошо мне тебя описал. Длинные седые волосы, джинсовая куртка, футляр с трубой. Тебе не удастся меня обмануть. – Подул ветер, и незнакомец зябко передернул плечами. Взгляд его упал на лодку.

– А что… – начал было он, но тут старый клоун вскочил на ноги и бросился прочь от лодки.

Мужчина выругался и побежал следом. Они пробежали метров двадцать, когда незнакомец настиг старика и повалил его на землю.

– Лежи смирно, – приказал мужчина. – Если не хочешь, чтобы я…

В руке у незнакомца что-то громко тявкнуло, и лицо старика на мгновение озарила вспышка света. Старик застонал и заелозил по земле ногами.

– А, черт, – с досадой проговорил мужчина, убирая пистолет. – Прости, старик. Я не хотел стрелять. По крайней мере, не сейчас.

Клоун попробовал что-то сказать, но изо рта у него потекла кровь. Мужчина со шрамом поднялся на ноги, чтобы не испачкать кровью куртку.

– Старик, твоя рана не смертельна, – сказал он. – Если ты скажешь мне, где рукопись, я перевяжу тебя и отвезу в больницу. Ты будешь жить. Ты ведь хочешь жить, старик?

Глаза клоуна, все это время глядевшие на незнакомца с ужасом, подернулись пеленой, он хотел что-то сказать, но вместо этого глухо застонал.

Мужчина сплюнул себе под ноги и коротко выругался. К нему неторопливой походкой, попыхивая сигаретой, подошел второй. Этот был коренастый, но тоже широкоплечий.

– Где рукопись? – грубо спросил курильщик.

– Он не сказал, – ответил ему мужчина со шрамом.

– Тогда какого черта ты его застрелил?

– Это случайность.

Курильщик присел возле старика и вгляделся в его лицо. Затем повернулся к мужчине со шрамом и тихо спросил:

– Кончается?

Тот кивнул.

– Да.

– Черт… – Курильщик поднялся на ноги. – Ты уверен, что это тот самый старик? – спросил он раздраженным голосом.

– Не знаю. Но он похож по описанию… – Мужчина со шрамом немного помолчал, потом спросил: – Оставить его так?

– Как хочешь, – небрежно ответил курильщик. – Он в любом случае сдохнет. К тому же я проиграл пешку. Он и будет нашей пешкой. Взгляни. – Курильщик передал человеку со шрамом листок бумаги. Тот посмотрел и кивнул:

– Да. Подходящая жертва. Его наверняка никто не будет искать.

Курильщик повернулся и пошел к машине. Мужчина со шрамом посмотрел на хрипящего старика, вытянул руку с пистолетом и нажал на спуск. Затем повернулся и тоже зашагал к машине. Через минуту во тьме тихо заурчал мотор двигателя, и машина, окинув пустынный берег желтыми щупальцами фар, покатила прочь от моря.

Старый клоун был мертв. Мальчик вынул из кармана пластиковую зажигалку, сломал ее и вылил горючее на грудь старику. Затем достал из кармана джинсовой куртки старика другую зажигалку и крутанул колесико.

Когда тело старика занялось огнем, мальчик забросил на плечо холщовую сумку и, не оглядываясь, побрел вдоль вздыхающей полосы прибоя. В этих вздохах ему послышалась музыка, тихие, едва различимые звуки трубы.

В песке что-то белело. Мальчик наклонился и поднял листок бумаги. Это был тот самый листок, который курильщик показывал незнакомцу со шрамом. Мальчик несколько секунд смотрел на него, потом спрятал в карман.

Он шел, пока на востоке не всплыл величественно огромный, багровый диск солнца, и ни разу за это время не оглянулся. Но когда солнце взошло, мальчик остановился, сошел с дороги и сел под кустом, чтобы перевести дух. У него еще оставалось немного овсяного печенья, и он неплохо им позавтракал.

...
7