***

Вцепившись руками в батарею, я стою посреди той самой комнаты. Напротив – видеокамера. Она готова записывать каждое мое движение. Каждую слабость. В комнату заходит Мими. Она подходит к камере и включает запись, после чего уходит. Слышно, как она закрывает за собой входную дверь, проворачивая ключ в замке на два оборота.

Вскоре в комнату входит Дима. Он уходит в дальний угол и садится.

– Помнишь Эрика? – спрашивает он. – Такой, невысокий и всегда веселый. Он любил ставить статусы о том, как прекрасна жизнь.

Я пытаюсь ответить, что помню, но получается какое-то невнятное мычание сквозь губы.

– Месяц назад его сбил поезд, – продолжает он. – Ты знал?

Я вспоминаю, как он обычно перебегал пути, не желая платить за проезд.

Дима достает откуда-то бутерброд и начинает жевать.

Я вспоминаю, как в один из дней, когда мне негде было ночевать, Эрик пригласил меня к себе домой. Помню, как его мать испуганно смотрела на меня, пока мы уминали оставшийся праздничный кулич. Она не могла понять, почему ее мальчик общается с таким, как я, но вскоре ее испуг сменился проявлением материнской заботы и мне была выдана самая мягкая подушка.

Доев бутерброд, Дима встает и уходит из квартиры, точно так же закрыв за собой дверь на замок. Следом появляется женщина, лица которой я не могу различить. Она выходит из кухни с той же кружкой, что я видел сегодня, только еще более грязной. От кружки идет пар. Она говорит, что бедный Дима не был «в сети» уже месяц, и она переживает за него.

Она спрашивает, буду ли я чай.

Я пытаюсь отказаться, но не могу произнести ни слова. Она подходит ко мне с кружкой кипятка и говорит, чтобы я напомнил ему ответить на ее сообщения, когда приду его навестить. В кружке плавают заплесневелые ошметки еды. Она подносит ее к моему лицу. От кружки пахнет чем-то прокисшим, и я пытаюсь отвернуться, но женщина уже держит мою голову рукой. Я прихлебываю мутный кипяток с кусками еды, ошпаривая им весь рот и пищевод. Один из ее котов вьется под моими ногами, он норовит помочиться на меня. Я чувствую, как пищевод разъедает кипящая жидкость. Согнувшись от боли, я утыкаюсь в плечо женщине. Вскоре боль уходит, оставив приятное тепло внутри меня.

Я открываю глаза.

Теперь я вижу эту же комнату со стороны. На том месте, где еще секунду назад был я, лежит Дима. Его глаза открыты, а зрачки закатились вверх. Из ушей и носа у него тянутся струйки засохшей крови. Раздается стук в дверь, от которого мой живот скручивает в спазме.

Осторожно подойдя к двери, я заглядываю в глазок: за дверью стоит Симеон с оравой злых псов позади. Их клыки блестят в оскале.

Я оглядываюсь в поиске телефона.

«Нужно позвать на помощь», – думаю я.

Стук повторяется с удвоенной силой. Я возвращаюсь в комнату, но теперь там никого нет, только ошейник лежит на полу. За дверью раздаются ругательства и звон ключей.

Я подбегаю к окну и вижу, что нахожусь на высоте примерно десятого этажа.

Ключи поворачиваются в дверном замке.

Я выглядываю наружу и вижу, что окно этажом ниже также открыто. Схватившись за раму, я вылезаю и пытаюсь нащупать ногами оконный проем под собой. Дверь с треском открывается, и квартира заполняется собачьим лаем. Я нащупываю стекло одной ногой и стараюсь занести вторую ногу внутрь.

Надо мной появляется морда оскалившейся собаки, следом за которой появляется Симеон. Он хватает меня за руки и, отцепив пальцы от оконной рамы, толкает вниз. В следующую секунду я хватаю воздух руками и, не найдя ничего, за что можно уцепиться, лечу вниз.

Собаки, высунувшись из окна, провожают меня лаем.

Пролетая мимо квартиры снизу, я вижу, как в окне та же женщина суетится на кухне. Звон кастрюль и лай доносятся до меня еще какое-то время, после чего все затихает. Лишь ветер тихонько посвистывает возле меня.

Время как будто замедляется. Боковым зрением я вижу, как приближается земля. Развернувшись в воздухе, я вижу, как подо мной толпа обступила обведенный на асфальте силуэт человека. Из ближайших окон высунулись жильцы.

Я готовлюсь к падению, вжав голову в плечи. Я не знаю, куда деть мои руки, и решаю, что лучше не выставлять их вперед. Внизу моего живота пробегает холодок.

Кто-то из толпы показывает подошедшему прохожему на открытое окно надо мной, а потом на силуэт на земле. Он что-то поясняет, разведя руки в стороны, после чего сводит их с громким хлопком, больше похожим на хруст костей.

Хлоп!

***

На часах 4:00.

Проснувшись, я понимаю, что проспал весь предыдущий день.

Чайник с приятным шумом докипает на плите, и я снимаю его. Убавив огонь, я ставлю на разогретую конфорку сковородку с подготовленным маслом и тостом. Дождавшись, когда они зашипят, я отправляю к ним тройку яиц.

Не могу вспомнить, когда ел нормально в последний раз.

Включив ноутбук, я ввожу пароль и открываю свою страницу. Нужно найти вчерашнюю незнакомку. Налив чай и составив сковородку с плиты на стол, я захожу в раздел поиска.

Воспоминания о вчерашнем разговоре про бар, в который мы не поехали, немного упрощают мои поиски, и вскоре я уже перебираю наиболее подходящие страницы.

«Слишком толстая».

«Слишком светлая».

«Слишком взрослая».

Социальные сети упрощают множество задач, ничего не требуя взамен. Во всяком случае, сначала мы думаем именно так.

Перебрав около сотни страниц, я снижаю количество потенциальных кандидаток до десятка и, отпив чай, продолжаю свои поиски.

Зная несколько мелочей о человеке, можно найти о нем все, что захочешь.

Страницы с личной информацией на любой вкус.

Краткий итог моих поисков:

Ее имя – Диана. Возраст – двадцать пять лет. Училась архитектуре и дизайну. Неплохо рисует и любит рок-музыку.

Мы никогда не были так открыты для незнакомых нам людей. Больше не нужно общаться с человеком, чтобы получше его узнать, достаточно лишь зайти на его страницу. Чтобы познакомиться, больше не нужен повод – ты просто нажимаешь:

«Добавить в друзья».

Чтобы начать общение, ты просто пишешь:

«Привет».

Моросящий дождь за окном отбивает всякое желание выходить из дома, и я, усевшись в кресле поудобнее, начинаю разбирать пришедшие от клиентов письма. В основном пишут желающие записаться на консультацию.

«Практикующий психолог» – написано на моей странице.

«Настоящий специалист своего дела» – говорится там.

Множество восторженных отзывов и куча подписчиков.

Теперь этого достаточно, чтобы, не имея среднего образования, зарабатывать деньги.

Стена моего кабинета увешана купленными дипломами и сертификатами.

На моем сайте несколько тысяч посещений каждый день.

В моем почтовом ящике множество писем с благодарностью и дополнительными пожертвованиями.

Но, конечно, бывают и недовольные клиенты.

– Вы, черт возьми, довели его до еще большей депрессии, – сказали как-то родственники одного из клиентов. – Теперь он вынужден сидеть на таблетках!

На самом деле, я еще на сеансе советовал ему пройти курс лечения у психиатра. Даже сказал об этом этим его родственникам и порекомендовал принудительное лечение, если потребуется. Тогда они послали меня ко всем чертям.

Когда человек пытается мне доказать, что умеет летать, то это уже не в моей компетенции – это уже клинический случай.

Разобрав письма и назначив консультации на несколько дней вперед, я возвращаюсь к еще одному неоконченному делу.

Я открываю страницу Эрика.

Нужно кое-что проверить.

«Был в сети пятого сентября».

Это последнее действие, которое он совершил в мире социальных сетей.

Прошло уже около месяца с тех пор, как он умер, но его страница продолжает существовать. Если никто не позаботится об этом, то она так и будет вечным напоминанием о нем. Многие даже не заметят этого. А если и заметят, то постараются как можно скорее убрать любое напоминание о нем.

Я же поступлю иначе. Я добавлю его в свои закладки и буду время от времени навещать.

Кладбище, состоящее из страниц умерших людей, и я – его единственный владелец.

Множество надгробий с памятной фотографией и краткой биографической сводкой. С разными, возможно, лучшими моментами из их жизни.

Все они тут. Никто не забыт.

На стене – сообщения, оставленные друзьями и знакомыми: