Цитаты из книг автора «Евгений Понасенков»

Можно только перефразировать сентенцию нынешнего «дорогого и любимого»: все подобные – это сочинители со сниженной социальной и научной ответственностью…

Это черта русского народа: не ценить свою жизнь. Слишком нас много – подумаешь, десятком меньше, десятком больше. Все мы слишком взаимозаменимы. Тем, кто думает, что мысль эта абстрактна, поскольку ничего подобного не может быть в психологии каждого отдельного человека, нужно учесть, что это чувство не столько врожденное, сколько воспитанное в нас государством. Воспитанное – в самом широком смысле, включая и то неуважение к нам государства, которое переходит в личное неуважение, в отсутствие уверенности в том, что ты, действительно, имеешь право на существование.»

…Замечательное свойство советских людей – их ни в чем нельзя убедить. Сломав в душе самое важное, чтобы стать безоговорочными приверженцами государственной лжи, они компенсируют это предельной недоверчивостью к частным сведениям и соображениям. Быть может, это оборотная сторона рабского смирения». «30 апреля 1982 г. Почти все советские люди – психические больные. Их неспособность слушать, темная убежденность в кромешных истинах (к примеру, про развязывание войны Наполеоном, а не Россией – прим. мое, Е.П.), душевная стиснутость и непроветриваемость носят патологический характер. Это не просто национальные особенности, как эгоцентризм, жадность и самовлюбленность у французов, это массовое психическое заболевание. Проанализировать причины довольно сложно: тут и самозащита, и вечный страх, надорванность – физическая и душевная, изнеможение души под гнетом лжи, цинизма, необходимость существовать в двух лицах: одно для дома, другое для общества. Самые же несчастные те, кто и дома должен носить маску. А таких совсем не мало. Слышать только себя, не вступать в диалог, не поддаваться провокации на спор, на столкновение точек зрения, отыскание истины, быть глухим, слепым и немым, как символическая африканская обезьяна, – и ты имеешь шанс уцелеть».

Я напомню: в 1808 году император Наполеон I упразднил Папское государство (а Пий VII /1742-1823/ был вывезен из Ватикана) и в 1811 году провозгласил Римским королем своего новорожденного сына! В Риме снова, спустя несколько столетий, стали действовать фактически законы Древнего Рима (Гражданский кодекс Наполеона – это современная рецепция римского права), по всей империи шествовали непобедимые легионы императора: на древках знамен они несли символ Рима – орла! Был создан орден Почетного легиона. В Париже на Вандомской площади по приказу Наполеона возведена колонна (la colonne Vendôme) в честь побед Великой армии (ее образец – Траянова колона в Риме!). У Лувра (перед императорским дворцом Тюильри) построена Триумфальная арка (ее архитекторы Ш. Персье и П. Фонтен вдохновлялись аркой Константина в Риме),

Итак: 15 августа 1811 г. (документы А.И. Чернышева) – численность французских войск в Германии (подчеркну – это частью по гарнизонам и далеко от России – даже не в Герцогстве Варшавском!): всего 56 419 человек. Таким образом, беспристрастные цифры идеально точно согласуются с тем, что мы уже прочитали в переписке Наполеона, который начал формировать армию на восточном направлении на год (!) позже России и исключительно в со

Враг человечества» устроил Толстому великолепный прием в Фонтенбло. Взяв посла под руку, он говорил ему, что дни, проведенные с Александром I в Тильзите, считает «лучшими в своей жизни» и что к русскому народу преисполнен «величайшего уважения». (выделено мной, Е.П.), приглашал его на приемы особо доверенных лиц к себе и к Жозефине, но Толстой не поддался на все эти любезности, ни разу не позволил себе смягчить в разговорах с Наполеоном то ледяное, то скорбное выражение лица и вообще делал все от него зависящее, чтобы привести русско-французские отношения к разрыву.

Но Бонапарт принял решение добиваться союза с Россией – и поэтому он игнорирует упомянутый доклад и способствует публикации в официальной газете «Le Moniteur universe» самых лестных отзывов о России. Мало этого! Он, по всей видимости, становится соавтором и публикует сочинение «О состоянии Франции в конце VIII года» (имеется в виду год французского Республиканского календаря – 1800-й). В нем сначала вполне добродушно описывается деятельность последних правителей России, а затем делается замечательный, с точки зрения и верности аналитического совета, и в смысле исправления имиджа «монстра», вывод. А вывод этот такой: если Россия «получит правильную федеративную систему», если займется не агрессией, а внутренними реформами, то она может стать фактором баланса европейских сил и «будет поддерживать равновесие на севере, тогда как Франция обеспечит его на юге, и их согласие укрепит баланс сил во всем мире».

как Наполеон пытался изначально склонить общественное мнение Франции в пользу России! Один из французских журналов продолжал писать (по поводу уменьшения типографий в России): «так и должно быть в стране, где боятся прогресса просвещения».

В этом документе показательно и прекрасно буквально все: от описания позора, который Александр уже никогда не простит победителю-Наполеону (это и есть главная причина войны 1812 года, стоившей России сотен тысяч жизней) – до подробностей «картины» и ее персонажей. Представьте себе высокомерного и жеманного царя, который вынужден лежать в грязном углу, причем английский медик (Я. Виллие) и любовник его собственной православной императрицы-жены (упомянутый князь Адам Ежи Чарторыйский) присыпали его соломой!

имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватает за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит; он готов с чувством умиления защищать все ее недостатки и глупости» (знаменитая сентенция из его «Афоризмов житейской мудрости»)