Цитаты из книг автора «Евгений Гаглоев»

Она ступила на помост. Федоров тут же выстрелил. Пуля пробила капюшон Савицкой и разнесла светильник за ее спиной. Женщина даже не вздрогнула. – Теперь моя очередь! – сказала она. Кисть ее правой руки вспыхнула ярким пламенем. Ядвига начертила в воздухе огненный круг, а затем словно толкнула его в сторону старика. Кольцо огня молниеносно настигло Федорова, и все пространство вокруг него вдруг взорвалось с оглушительным ревом.

Месть – блюдо, которое подают холодным! – ответила Савицкая и расхохоталась. – Только это не наш случай!

Александр Федоров резко выдвинул ящик письменного стола. Бумаги, карандаши и пробирки посыпались на пол. Последним выпал черный пистолет. Старик подхватил его трясущимися руками и направил на приближающуюся Савицкую.

Огонь полыхал вокруг женщины, облизывал ее фигуру в облегающем костюме, но не причинял ей никакого вреда. Пряди рыжих волос извивались вокруг головы, как живые.

Нужно было сразу вышибить дверь, но я предпочла сначала постучать! – хрипло произнесла она. – Я ведь все-таки воспитанная женщина! По крайней мере, была ею когда-то.

Глава двадцатая Месть – блюдо, которое подают холодным

Ого! – восторженно воскликнул Артем. – Где взял?! – Мама подарила. – А мои за хорошие годовые оценки купили мне хомячка! Нет в жизни справедливости! – Ты прав, – согласился Никита. – Тебе только что открылась истина этого мира! Ладно, мне пора.

Ты чего тут встал? – раздалось вдруг над самым его ухом. Никита резко обернулся. Рядом, удивленно таращась на него, стоял Артем. Никита схватил его за руку и быстро потащил за собой в подсобку. – Бить будешь?! – перепугался Артем. – Не городи ерунды! – прошипел Никита и осекся. – А есть за что? – Нет, – тут же замотал головой Бирюков.

Затаив дыхание, Никита приблизился к столику и начал выставлять тарелки. Ларионов мельком глянул на него своими поросячьими глазками и равнодушно отвернулся. «Не узнал!» – с облегчением подумал Никита. Им как-то пришлось столкнуться нос к носу, но Никита тогда был в своем зверином обличье, а Ларионов – напуган до полусмерти. После такого шока он и родную мать не узнал бы.

Из подсобки доносился негромкий храп. Антонина Петровна подскочила к двери и распахнула ее. Алена выпала ей под ноги, но тут же проснулась и завертела головой по сторонам. – Кого пристукнули?! – спросонья вскрикнула она. – Тебя! – гневно сказала Антонина Петровна. – Десятку в банку за крик! Еще пятак за то, что спишь на работе! – Вот черт! – откровенно огорчилась Алена.