Несмотря на запрет

 
На улицу пробравшись словно вор,
Я посетил в ночи свой старый двор
Лишь для того, чтоб оказать услугу
Душе, поскольку проиграл ей спор.
 
 
Шумя неодобрительно, кусты,
С которыми я был всегда на «ты»,
Мешали единению с природой,
Как будто мало было темноты.
 
 
И лавочка, омытая дождём,
Не предлагала: «Что же ты? Идём».
Она с кустами явно сговорилась
Дождаться, когда мы домой уйдём.
 
 
За целый месяц первый раз душа
Из заточенья вышла подышать.
Её не волновал ни дождь, ни ветер.
Ничто ей не могло бы помешать
 
 
Расправить крылья. Пусть на миг всего.
Запреты, полночь… разве до того,
Когда стремишься снова в поднебесье,
Чтобы оттуда крикнуть: «Йо-хо-хо!»
 

Ещё раз про нелюбовь

 
Ещё один этюд про снег с дождём.
Сплин захотел сегодня стать вождём.
Он предложил мне побродить по лужам
И, подтолкнув, спросил: «Кого мы ждём?»
 
 
Я молча согласился. Так и быть.
Полезно ведь немного походить
Среди каштанов, в золото одетых.
Не всё же время зеркалу грубить.
 
 
И мы пошли по мокрой мостовой,
Покрытой разноцветною листвой.
Завидев нас, сорвался с крыши ветер
И улицу пронзил кошмарный вой.
 
 
Картинки из Хичкока: тень в кустах,
Ошмётки старомодного зонта,
Проклятия по поводу обувки,
Видавшей, как женился Ринго Старр.
 
 
И мизансцена – мокрые носки
В комплекте с ощущением тоски,
Где сплин, разбухший до размеров цеппелина,
Стотонным прессом давит на виски…
 
 
Но я таки добрался до скамьи.
Сесть не присел. Но около семи,
Чихнув три раза, повернул обратно,
Желая поскорей разжечь камин.
 

Конец Октября

 
Пустая аллея осеннего сквера,
Сырые скамейки, продрогший фонарь…
И «впавшая в кому» в хорошее вера,
И дремлющий на колокольне звонарь —
 
 
Осколки вчерашней обыденной жизни,
Того, что казалось должно быть всегда,
Того, что светилось сплошным оптимизмом,
Над чем по идее не властны года…
 
 
Да разве причина для вечности это,
Чтоб выключить время по просьбе души?
Пожалуй, оставлю вопрос без ответа.
Скажу лишь душе: «Уходить не спеши».
 

Я осень не люблю

 
Не ко времени покрылись лужи льдом.
И уж точно ни к чему сегодня снег.
Так не хочется напяливать пальто.
О зиме нет даже мысли в голове.
 
 
Я писал уже, что осень не люблю.
И за что её унылую любить?
За возможность наглотаться «терафлю»?
Иль за снег с дождём и ветром, может быть?
 
 
И уж точно не за сплин и за тоску.
В буйстве красок нежеланье уходить.
Нежеланье подносить «ТТ» к виску.
Нежеланье расставанья впереди.
 
 
К чёрту это надоевшее «прощай»
Покидающему пристань кораблю.
Ведь важнее мне весну весной встречать.
Чем стонать про то, как осень не люблю.
 

Ночная медитация

 
Забудьте о проблемах на чуть-чуть.
Попробуйте представить: ночь и море.
На пляже ни души. Лишь ветер вторит
Протяжной песне, балуя свечу.
 
 
Морской песок как шёлковый платок:
Тепло и нежность пухом тополиным
Укрыли ступни ног наполовину
Под ласкового воздуха глоток.
 
 
За барной стойкой силуэт мечты.
Текила, соль, два ломтика лимона.
И нет ни ипотеки, ни «короны»…
И далеко до финишной черты.
 
 
Блаженства и достаточности смесь.
Не верится, что могут плакать где-то.
Да, вероятно смысл жизни в этом.
Библейский рай определённо здесь.
 

Средиземноморское либретто. Этюд

 
Намедни довелось встречать рассвет
В открытом море, далеко от суши.
Чудес подобных в мире больше нет.
Едва дыша, чтоб тайны не нарушить,
 
 
Я стал на миг частичкой волшебства.
Внезапно пробежал мороз по коже.
С величием живого божества
Я созерцал рассвет из «царской ложи».
 
 
А солнце, подсветивши небеса,
Лениво всплыло из морской пучины.
И зазвучали жизни голоса…
Я понял, пробуждения причина —
 
 
Надежду возвращающий восход,
Возможность снова отыскать начало.
Учтя ошибки, сделать верный ход
Навстречу сходням старого причала.
 

Двойственность ощущений

 
Вчера, «гуляя» по морскому дну,
Я выявил особенность одну —
Вода – портал, ведущий в зазеркалье.
А чувство, близкое таинственному сну,
Гасило всё эфирные потоки.
Вдруг мир людей, порочный и жестокий,
Стал наблюдаем лишь со стороны.
Я, как пришелец из другой страны,
Был от впервые созерцаемого в шоке.
И всё казалось, будто бы душа,
Реальность обретая не спеша,
Брала контроль над безмятежным телом.
Раз никому до этого нет дела,
То, стало быть, душе теперь решать —
Вернуться к суматохе бесконечной,
А может просто окунуться в вечность,
Закрыв глаза и перестав дышать.
Мне этих ощущений круговерть
Напомнила клиническую смерть.
Ну и конечно свет в конце тоннеля…
Вдруг что-то повернуло время вспять.
Я очутился на поверхности опять,
И статус-кво себе вернуло тело.
А вот душа мириться не хотела
С тем, что пока свободы не видать,
И предстоит ей продолжать «страдать».