Мы сами себе враги

 
…бессмысленная война.
Зачем она нам нужна?
Идти в рукопашный бой
Не с кем-нибудь, а с собой?
Бить палками по горбу
Живущему в нас рабу?
Пленить себя и казнить,
Чтоб душу во всём винить?
Чтоб всякую боль души
Пытаться в себе душить?
Ты спорь, хоть изнемоги,
Мы сами себе враги.
 

Пока жива любовь, жива и вера

 
Как низко мы летаем, господа.
Все устремления – такая ерунда.
Разве не жалко тратить жизнь на это?
Подумайте. Мы здесь не навсегда!
Вы спросите: «Что предлагаешь ты?
Оставить за околицей мечты?
И пусть реальность обескровит душу
На сером фоне финишной черты?»
Конечно, нет. Я думаю, что нам
Маячить у «закрытого окна»
Навязывают вопреки желанью.
Но это иллюзорная стена…
Лишь кажется, что в клетке мы, как звери.
Что нету смысла выходить за двери,
Поскольку путь наш явно в никуда.
Но, если честно, разве ж то беда?
Пока жива любовь, жива и вера.
Весь смысл в этом! Верите мне? Да?
 

Близко к тексту

 
Даже если весь век собирать и копить,
Всё равно новой жизни, увы, не купить.
И поскольку нам душу вручают на время,
Предлагаю с душой эликсир жизни пить.
 

невольный перевод без словаря с фарси на удмуртский

 
«Прости, Хайям, коль что не так.
Ты на фарси писать мастак,
А я лишь скромный переводчик.
Я строю так, как хочет зодчий.
О, истина, как ты проста!»
 

Сейчас и навсегда!

 
Три тыщи лет прошло, как Эхнатон
Сказал, что Бог един для всех живущих.
Сегодня знает всяк к Нему идущий,
Что многобожие – фальшивый камертон.
Неважно где, в соборе иль в глуши,
Он сказанное нами понимает.
И каждому с сочувствием внимает.
Мы с Ним общаемся на языке души.
Язык души – гармония в стихах.
Для чувств совсем не нужно перевода.
На нем вещает матушка-природа,
Несущая живущих на руках.
Но её голос слышен лишь тогда,
Когда душа живет в обнимку с телом.
Вселенная, ты этого хотела?
Да будет так! Сейчас и навсегда!
 

Характерные ипостаси

 
Фантасмагория – цветной фонтан души,
Калейдоскоп надежд, желаний и тревог.
Танцуя в паре, кисти и карандаши
Рисуют жизнь, а хороводит ими Бог.
 
 
Это ведь Он даёт нам время на мечту,
Мечту, которая сбывается во сне.
Переступив во сне реальности черту,
Любой из нас способен видеть летом снег,
 
 
Любовь-цыганку в ярком платье из цветов,
Вперёд летящие кибитки-облака…
И вечный праздник в старом цирке Шапито.
И всё это реальное, пока
 
 
Душе на ноги не наденут «кандалы»
Необходимости возврата в серый мир.
Нет в этом мире ни Родена, ни Дали.
Нет ничего, за исключеньем чёрных дыр.
 

Жизнь – не только зло

 
Долой чернуху! Жизнь – не только зло.
Разве не чудо облака на небе?
Ну или просто корочка на хлебе?
Не жалуйтесь, что нам не повезло.
 
 
Ведь это счастье: бегать по росе,
Ловить волну и созерцать рассветы,
Купаться в чудесах и красках лета
И веселиться, вопреки грозе.
 
 
А таинство рождения любви,
Единственного смысла созиданья?
Мы – самые счастливые созданья,
Хоть от макаки ДНК в крови.
 
 
Всё это убеждает меня в том,
Что негатив – случайное и только.
Ну а раз так, вишнёвая настойка
Законно ожидает встречи с ртом.
 
 
И к чёрту чёрно-белое табу!
Я выбираю радужное небо
И те места, где я ни разу не был.
Пусть идиоты злятся на судьбу.
 

Поэтические откровения

Стихи – частичка Бога

 
Стихи – частичка Бога. А поэт,
Он лишь посредник, проводник на свет
Душой услышанного Свыше откровения.
Другого объяснения просто нет.
 
 
Отсюда вывод: поэтичность свята!
Грешно стихи воспринимать предвзято,
Будь то поэма, рубаи или памфлет.
 

Попытка разобраться

 
Мир иллюзий достался мне в дар от Небес
Неспроста. Только как разобраться в себе,
Чтоб не сделать реальность нелепой помехой,
Наподобие льда в водосточной трубе.
Ни Эвтерпа, ни Муза, ни даже Пегас
Не способны душе подсказать в этот раз,
Сочетать ли фантазию и повседневность
При рождении строк из рифмованных фраз.
Если честно, ответа скорей всего нет.
Ниже рейтингом – разве что только балет.
В популярности он уступает сегодня
Тем стихам, что рождаются нынче на свет.
Ну, а всё-таки, как же использовать дар,
Чтобы имя поэта не стёрли года?
Книги, сайты и форумы – это мгновенья,
А живая строка, господа, навсегда.
 

Здесь и сейчас

 
Навряд ли истина видна,
Тому, кто не вкусил вина.
Но и тому, кто пьёт вино,
Её увидеть не дано.
А может нет её вообще?
 
 
Возможно, средь других «вещей»
Укрыта истина от глаз.
Ни альпинист, ни водолаз
Не встретили за столько лет
Хотя бы просто её след.
 
 
Выходит, истина – фантом.
Что толку знать о ней потом,
Когда пробьёт прощанья час?
 
 
Мне истина нужна сейчас!
 

Невесёлые ассоциации

 
Я скажу вам откровенно,
Слишком уж помпезна Вена.
А вот праздника в ней нет.
Без души она наверно.
 
 
Серость царской «красоты».
Идеальные кусты.
Чувствую себя как пленный
В королевстве пустоты.
 
 
Холод замков и дворцов,
При отсутствии жильцов,
Не согреет Караваджо
С перекошенным лицом.
 
 
И Бернини не поможет,
Мрамор с памятником схожий:
Взгляд навечно мёртвых глаз,
Белизна холодной кожи…
 
 
Тягостней всего на свете
Посещать музеи эти.
Пышность на крови и лжи,
Да отсутствие души.
 

Исповедь на закате

 
Я целый день никак понять не мог,
Что мне сосредоточиться мешает.
Наверно Тот, кто всё за всех решает
Ответ засунул в ящик под замок.
 
 
А объяснить в чём дело не спешит.
Он может подождать и год, и десять.
Я не могу! Меня пассивность бесит.
Не вечно в теле пребывание души!
 
 
Поэтому спешу. Хочу успеть
И написать, и рассказать о главном,
О понятом, и просто о забавном.
Мне намекнули: «Можешь даже спеть.
 
 
А что не так? Сегодня все поют.
Есть даже хор – одни глухонемые.
У них и в подтанцовке лишь хромые.
Эстрада нынче всякому приют».
 
 
Да только я вот так вот не хочу.
Претит мне, господа, звучать фальшиво.
Фальшивое всё априори лживо.
Врать не по мне. Я лучше помолчу.
 

Прослушивание. Этюд

 
«Хочу Вам почитать своих стихов.
Я думаю, Маэстро, вы не против» —
Сказало платье с декольте из снов
И вытачкой, скрывающей животик.
Не отрывая от фигуры взгляд,
Пленённый дымкой розовых колготок,
Я произнёс: «Читайте всё подряд!».
Едва сдержав внезапную икоту,
Под водопадом «филигранных» рифм
Промок Амур от крыльев и до лука.
Я понял почему пал Древний Рим:
Всё от навязчивой волны пустого звука.
Поток сознания тянул меня на дно.
Вязанки слов лишили напрочь воли.
А в голове вертелось лишь одно:
«Бывает хуже. Чем ты не доволен?»
И тупо ковыряя взглядом пол,
Кивая с пониманием, мол «Круто»,
Я вглубь себя, закрыв глаза, ушёл
И даже задремал на полминуты.
Очнувшись от возникшей тишины
И виновато почесав за ухом,
Я огласил вердикт: «Стихи сильны.
Жаль только, что они лишают слуха».
 

Послесловие

 
«А потешаться над убогим – грех» —
Сказал Хайям и раскусил орех,
Но зёрнышка внутри не обнаружив,
С нравоучений перешёл на смех.
Смеялся он над глупостью людской,
Над злой старухой в чёрном и с клюкой,
Над мудростью, что на изюм похожа,
Над ручейком, мечтавшем стать рекой.
Потом внезапно малость загрустил.
Я, уловив момент, его спросил:
«Над кем смеяться можно бесконечно?»
«Есть кое-кто. Смешит меня он вечно,
Глупец, в которого себя я превратил».
 

Завершая мысль Хайяма

 
Некто мудрый внушал задремавшему мне:
«Просыпайся, счастливым не станешь во сне».
Открываю глаза, а оно, это счастье,
Прихватив мудреца, скрылось в мире теней.
Хоть мудрец и умён, но мужчина и он.
И в фантазии, так же как я, погружён.
Да, ему, безусловно, известно,
Что «реальным» желание делает сон!
 
 
Созерцая мечту, мы счастливее, чем
Падишах, получивший в наследство гарем.
Даже царь Соломон позавидовать может!
Так ответь же, мудрец: «Просыпаться зачем?»
 

Не по-хозяйски это

 
Да, мы несовершенны и должны
Треть жизни тратить на покой и сны.
Создатель явно допустил ошибку.
Возможно в этом нет Его вины,
Но про бессмертие забыл Господь похоже.
Не по-хозяйски, Всемогущий Боже,
Треть века тратить на покой и сны.
 

Хорошо!

 
Одесса, пляж. Сегодня в пять утра
Явилось мне желанье искупаться.
Тоска – в архивах день и ночь копаться.
Должна быть и для отдыха пора.
Вот он, песок, нетоптаный толпой.
Три борозды, как будто на границе.
Облезлый кот на лавочке ютится,
И ни души. Лишь чайки да прибой.
Одесса спит, уставши от вчера.
Такого много было веселиться,
Что думаю, ей как младенцу спится.
Да, утомительны в Одессе вечера!
Зато на пляже утром вери гуд!
И я такой, похожий на туриста,
В козырных плавках долларов за триста
Балдею на пустынном берегу.
Дарю стихи задиристой волне,
Купая в пенном море свою душу.
Нет большей радости, чем просто
бить баклуши.
Особенно при звёздах и луне.
 

«Утверждает моя мама…»

 
Утверждает моя мама:
«Ты, сынок, мудрей Хайяма».
«А ещё – наглей Остапа» —
Под шумок добавил папа.
Рассмеялась громко дочь,
Повторив меня точь-в-точь.
Внуки тоже на хи-хи
Приняли мои стихи.
Промолчал лишь друг мой Бадя.
С русским он совсем не ладит.
Да редактор из Москвы
Стал на «ты», а был на «вы».
Как же труден путь поэта.
Хорошо, не бьют за это.
 

Поздравляю!

 
С днём рожденья моим поздравляю я всех!
Пусть всегда с вами будут: веселье и смех,
Вдохновенье, здоровье, свобода, удача!
А ещё, непременно, любовь и успех!
Поздравляю вас с главным событием дня:
День рожденья сегодня, друзья, у меня!
 

Моему другу

 
Подумать только! Пронеслось полвека
С той самой даты, как мой друг гвоздём
Состряпал пасквиль «Лопоухий Жека»
Под проливным октябрьским дождем.
Мы были абсолютно беззаботны
И радовались всякой ерунде.
И ждали с нетерпением субботу,
Чтоб «растворить» себя в морской воде.
И не боясь дождя и непогоды,
Ныряли с волнорезов в никуда.
Как быстро пролетели эти годы.
Они исчезли, как в песке вода.
Жаль, это время не вернуть обратно.
И как бы дальше не сложилась жизнь,
Мы будем те же самые ребята,
Которым в радость целый век дружить.