Глава X

– Охренеть, – коротко выразил Эранор весь спектр тех эмоций, которые бушевали внутри. Сердце будто упало в желудок, он так же зажмурил глаза от ветра, когда Вирал отрывался от земли, поднимая их с принцессой в небо. Эрн молчал, пока Вирал не сбавил обороты, летя теперь плавно и позволяя собраться с мыслями.

Мужчина немного привстал, будто высоты было недостаточно, чтобы осмотреть все внизу. Он видел бескрайней ледяной океан и туман, который скрывал плавучий остров. Он видел, как крепость превратилась в маленькую точку, и как несколько таких точек были разбросаны на белом полотне, деревни и поселения. Он видел, вершины горного хребта, вдоль которого расположена граница Севера с Западом. Он был в тех горах, и они казались такими крошечными сейчас.

– В Мимур, – Эранор говорит тихо, но Грейс вполне могла его услышать. Сердце вернулось на место, но билось как бешенное, звеня в ушах, настолько, что Эранор пропускает вопрос про Черный Орден. Да плевать на какой-то там Черный Орден, когда под ними такое завораживающее зрелище. Вот о нем-то принц высказался с восторгом.

– Я никогда не думал, что Фирнен такой большой. Только взгляни на это, я родился в этом месте, я исследовал горы и леса с малых лет, я знаю все берега своей страны, но никогда, еще никогда я не видел его таким. Грейс, как два человека могут управлять чем-то столь огромным и делать это хорошо?

Грейс чувствовала восторг принца, он вызывал у нее улыбку. Даже более того, она ощущала, что Вирал улыбается тоже. Ему приятно радовать двоих людишек, восседающих на его шее. Нравится делиться частью того мира, в котором он привык жить. Впрочем, сама виверна давно не летала над заснеженными землями Севера так свободно и открыто. А все-таки, ему нравился Фирнен, блестящий, суровый, завораживающий.

– Осторожно! – предупредила Грейс, чувствуя, что принц привстает. Даже инстинктивно завела руку за спину, хватая Эранора за штанину, но едва ли он мог это ощутить или заметить.

– «Оставь его! Если свалится – я поймаю», – успокаивает принцессу голос в сознании и пальцы, стискивающие ткань, медленно разжимаются. В самом деле, опасно было на земле, но воздух – стихия Вирала. Здесь он господин.

Эранор был очарован полетом, что даже не заметил жеста Грейс и ее проявления тревоги. Он не думал о падении. Точнее, совершенно за это не переживал. Грейс уже видела, как он создавал крылья, лететь он на них не сможет, а вот парить вполне, и в промерзлом воздухе ему сделать это легче, чем тогда, когда прыгал с окна замка Грейс. Может даже отделается синяками, а не переломами. Так что, даже Вирал ему здесь не нужен, Эрн был живучим.

– Грейс, как два человека могут управлять чем-то столь огромным и делать это хорошо?

– Ооо..Эрн, – Грейс никогда не слышала от принца слов сомнения, ни разу. Он всегда был решителен и легок на подъем. Война сделала его приспособляемым, однако, он человек. Человек, которого могут обуревать чувства тревоги и страха.

В 70% случаях, Эранор пребывает в сомнениях на счет того, что делать, когда Фирнен упадет на его плечи вместе с короной и черной церемониальной мантией короля. Сейчас он принц, и как говорят люди, вполне успешный, он часто слышит, что станет хорошим королем, но ведь не узнаешь, пока не проверишь. Он уже правит, частично, отец справляется скверно. Но это совсем другое. Сейчас он не отвечает за последствия своего правления, люди будут думать, что косячит Хрон. Он знает, как делать правильно, он будет хорошим королем, тут сомнений быть не может, однако принц постоянно думает над тем, как сделать еще лучше.

– Бояться – это нормально, – Грейс знала это даже очень хорошо, – Север— твоя Родина. В том-то и дело. Ты отлично свои земли знаешь и знаешь живущих здесь людей. Уверена, ты и один бы справился отлично, как справлялись все, кто был до тебя. Но, ни один король на престоле не был одинок. Мы же будем вместе. Помнишь, – она положила руку поверх руки принца, – я тебя ни за что не оставлю с этой ношей один на один. А нас не оставят те, кто в тебя верит! Рядом Уильям, Магрит, Ёрдис и все-все, кого мы знаем, кого ты знаешь. А ты, – она мягко сжала предплечье Эранора, – будешь отличным королем.

Слова Грейс не отвечали на вопрос, но, по крайней мере, давали почву под ногами даже здесь, на такой высоте над землей. Он склонился, чтобы прижаться губами к ушку принцессы, голос его рокотал, дыхание опаляло нежную кожу и раковину, и не трудно догадаться, что принц усмехается.

Утешили ли её слова принца или нет, Грейс не знала – не могла видеть его лицо, но говорила она искренне. Заснеженная пустошь растилась пушистым, блестящим на солнце ковром. Уже распогодилось и просторы Фирнена явились во всем своем великолепии. Вскоре он сменился лесом, густым, темным. Верхушки елей, точно черные копья попирали небо, и, казалось, достигнут виверны и всадников, но это лишь иллюзия.

– У тебя нет выбора, моя королева. Теперь ты принадлежишь только мне, и никуда не денешься, – Эрн ощутимо сжал талию принцессы пальцами, и тут же ослабил хватку. Сложилось так, что у Фирнена больше шансов умереть, как королевству, чем у Грейс сбежать от Эранора. Не отпустит. Найдет. Вернет. Привяжет к себе. Не важно. Сделает что угодно, лишь бы его женщина была всегда рядом. Он и не знал, что может быть таким жадным.

– Иди сюда. – Эрн раскрывает плащ и обхватывает плечи Грейс руками, укутывая ее в свою одежду, при этом он не мешал ей держаться за Вирала, но также давал опору в виде своего торса, прижавшись совсем близко.

Руки любимого обхватили хрупкие плечи, теплый плащ поймал в плен маленькую фигурку. Ей нравилось чувствовать опору в принце, так же хотелось поддерживать и его.

Наверное, никогда принцесса не привыкнет к проявлениям нежности своего жениха. Каждый раз, когда Эранор говорил о своих чувствах, сердце Грейс замирало. Наверное, пройдет сто лет, а она будет все так же реагировать на прикосновения сурового северянина, все так же смущенно опускать глаза, улыбаясь. Сейчас он не видит её лица, но вполне может представить выражение, которое видел не раз прежде, оставаясь наедине с Грейс.

– Утро выдалось сумбурным. Но мне это даже нравится! – Засмеялась Грейс. Впрочем, сумбурным был и минувший вечер тоже. Рядом с Эранором жизнь всегда играла яркими красками. Принцесса была благодарна своему жениху за это, и пока принц созерцал красоты своих владений с высоты птичьего полета, Вирал любовался картинками прожитых мгновений Грейс в компании принца. Она вспоминала – он проживал.

– «Возможно, я был неправ на его счет», – вдруг признает виверна. Он понимает, что отношения Грейс и Эранора совершенно не такие, какие были у Рэйгара и Лили. Между ними нет таких преград больше, да и война окончена. У этой любви есть шанс на жизнь.

Да уж, утро выдалось, правда, интересным. За такое короткое время это уже третья погоня за Грейс.

Первая была, когда Эрн ввязался в драку с гулякой-моряком в Эритрее, тогда бежали они вместе с Хауфо.

Вторая была серьезной, побег из Эритреи. Ну, и эта, третья, утром.

Кажется, это уже вошло в привычку, но что-то многовато за месяц. Правда, с компанией Эранора такое происходит часто. Дело в том, что Уил был слишком азартным человеком и, если он начинает выигрывать, ничего уже его не остановит. Только полный крах противников.

– Эранор, – спросила Грейс, приподнимая голову, – нам обязательно нужно переманить Эрию на свою сторону…

Принцесса рассказала все, что увидела и узнала в племенах, куда приносил её Вирал. О связи туземки Лили и её прадеда. О разрыве связи с Виралом и последствиях.

– Разве ты не выходил с ней на связь больше?

Эранор цокнул языком и закатил глаза, состроив лицо великомученика, стоило принцессе упомянуть Эрию. Вот о ком, а о ней говорить не хотелось, поэтому он промолчал, и хорошо, ведь Грейс поделилась всеми своими приключениями.

– Эй, ну что за реакция? – усмехнулась Грейс на звук цокающего языка. Она еще ничего не знала о том, что случилось в последнюю встречу Эрии и Эранора. Но рассказывала всю подноготную без утайки. К слову, она не ревновала своего жениха к магу огня, она ему верила.

– Знал бы, одну не отпустил, – только и сказал Эранор, и поднял руку, чтобы потереть переносицу, будто собирался с мыслями. Что удивительно, такой маленький человек, как дед Грейс оказался столь великим. Но, кажется, правнучка его превзошла. Вот как бывает, один наломал дров и умер, а потомкам разгребать все это.

– Ну что вы, милорд! – с осуждением в голове и улыбкой отвечает Грейс, – я ведь уже взрослая девочка. Да и к тому же, я не одна была, со мной был Вирал, – принцесса была под надежной защитой, но ей стоило увидеть все самой, проникнуться и понять. Было в этом что-то личное и грустное.

Что же касается полета Грейс и Вирала не пойми куда и неизвестно к кому, то Эрн понимал, что принцесса была в безопасности. Вернулась и славно. Однако он не настолько доверят змею, чтобы позволить подобное еще раз, правда, вслух этого не сказал. По крайней мере, сейчас, когда Грейс еще не подготовлена к бою, ее нужно оберегать. Вирал, конечно, сделает все, чтобы защитить свой сосуд от смерти, но Грейс все равно может получить серьезные ранения. Принцу не хотелось, чтобы Грейс было больно.

– Позавчера выходил. Не знаю, каким образом, но я попал в ее сон, – Эранор рассказал о сне, не постеснялся, в деталях. Рассказал о том, что столкнулся с непонятной магией, которая заставила его замереть на месте поневоле. Рассказал, что достала его из сна Хауфо, порвав связь и лишив их возможности общаться. Рассказал так же о сове, которая уже сидела на балконе бывших покоев Грейс и ждала, когда ее заметят. О письме и его содержимом.

– Меня сильно напрягает то, что у нее ко мне симпатия. Не хочу, чтобы это стало проблемой. Надеюсь, у нее хватит мозгов держать эти чувства при себе, потому что ласково отказать я вряд ли сумею.

А ведь если Эрия согласится, она станет его ученицей. Еще одна ежедневная головная боль.

– В сон? Вот это да…

Выслушав историю Эранора, Грейс все же, ощутила укол ревности. Как смеет эта девка касаться её жениха?! Но, с другой стороны, это ведь был её сон… всего лишь сон, магия которого чуть не поглотила сознание Эранора. А маги – опасные создания, все же.

– Вот как…с одной стороны я жутко злюсь, сейчас лопну! —бормочет Грейс, а с другой – совершенно не удивительно. Ты красивый, привлекательный мужчина, – рука принцессы накрыла руку Эранора под плащом и мягко сжала, – делиться я не буду, но и молнии метать тоже. Как ты уже понял, на долю Эрии выпало немало. Она, несомненно, дочь Рэйгара и Лили из племени с севера Фирнена. Видимо, мать шла на Юг, когда Рэйгар не вернулся, чтобы воссоединиться с ним, сказать о рождении ребенка. Но, видимо, добралась лишь до Ровены. Там умерла, при каких-то странных обстоятельствах, раскрыла секрет появления на свет дочери и взяла обещание заботиться о ней. Слово сдержали, Эрия —значит «принцесса». Очевидно, что обращались с ней на должном уровне, раз де Ласс зовет её сестрой. Эрия должна была стать пешкой в мятеже, но, очевидно, у нее свои мотивы. Какого вообще ей было все эти годы… знаешь, хочется помочь…

Просить Эранора быть мягче противоречит здравому смыслу, вдруг «сестрица» не так все поймет. А вообще на сердце Грейс было неспокойно.

Принц вскидывает брови в удивлении, услышав о злости Грейс. Почему же? Это ревность породила такое чувство, или беспокойство? Эрну же просто не хотелось разбираться с чужими чувствами, когда в своих полный бардак. Из-за этого Эрия сейчас была большей проблемой, чем прежде. Жалости к ней он не испытывал никакой, даже выслушав объяснения Грейс. У каждого свое за плечами: у кого6то настолько травмирующее, что жить дальше трудно, у других мелочь, раздутая до вселенских масштабов. И, как бы грустно ни звучало, и с тем, и с другим человек должен справляться сам. Проявлять жалость нельзя и ставить себя на чужое место тоже. Помогать ей так же не особо хотелось, но так будет лучше, чем убивать, чего Эрн до сих пор не хочет. Жалко терять таких талантливых людей.

– Хорошо, что Хауфо вмешалась. Ментальная магия у любого мага есть в рамках его сна. Мне Вирал рассказал. Так что ты мог быть поглощен и порабощен, – тяжело вздохнула, – она не со зла, да и все обошлось. Письмо, наверное, должно быть доставлено. Если Эрия согласиться на твой договор, то, по сути, мы победили. Однако. Едва ли она его подпишет, не объяснившись с тобой… Вот ту дилемма.

– А мне кажется, подпишет. Сама подумай, что ей делать с лордом? Ни перспектив, ни толку. Мелкие, жадные и жалкие амбиции. Ну, получил он трон, а что дальше? Знаешь, самое простое, это сесть на трон, там особо даже головой думать не надо. Он не продумал, что будет дальше. Совершенно. Натравил на себя Фирнен, Запад оборвал с Эритреей все торговые отношения и не вступает в переговоры, так еще и Востоку досталось, союзнику лорда. Такой себе союзник оказался. Так же мы не будем прятать Вирала. Скажем, что это дракон, люди разницы не заметят.

Весть разлетится, и тогда этому дураку ничего не останется, как умолять о переговорах. Еще и Эрия перейдет на нашу сторону. Кстати, на счет нее. Может, девка толковая и не такая уж плохая, как кажется. Если раскрыть ее происхождение, она станет отличным мостом между Эритреей и Фирненом. Сейчас мы решаем, кто займет трон Эритреи, и вряд ли это будет твой отец. Не так, Грейс, это точно будет не твой отец. Элеманх сказал, что делал бы все по-другому, вериться в это с трудом.

– Да уж, едва ли мой отец, – тут Грейс была полностью солидарна. Да и сам Элеманх, переживший с трудом покушение, вряд ли станет хорохориться и выпячивать грудь. Он уже стар… да и яд его подкосил так, что со стороны кажется, будто теперь Хокк старее даже покойного Рэйгара, который приходился Грейс прадедом.

– Смотря, что ты вкладываешь в понятие «мост». Что-то мне подсказывает, что даже если Эрия и подпишет пакт, едва ли станет проводником или послом мира или твоей десницей на Юге. Можешь обвинять меня в пессимизме, – Грейс вздохнула. Все же, ей казалось, что Эрия станет тянуться к принцу, что это будет именно так. Впрочем, её волнения – лишь накручивание себя самой, не более, – впрочем, не важно. Нам действительно нужно просто сделать все так, как будет лучше.

В целом принцесса разделяла чаяния Эранора о том, что для того, чтобы в Эритрее случились глобальные перемены, удачнее времени не найти. Но вот кто будет править – хороший вопрос, который останется открытым.

Тем более переворот, пускай время и ужасное, но подходящее, чтобы сделать шаг вперед, уйти от прежних традиций и внедрить новые. Сменить законы. Как бы это ни было грустно, но сейчас у Эритреи больше шансов выбраться из тени на свет чем когда-либо. Нам просто нужно сделать все правильно.

Вот уж чего, а обвинять Грейс в чем-то, тем более в пессимизме он не собирался. Напротив, он глубоко задумался над ее словами. Эрия была крайне ненадежным человеком, особенно если она подпишет контракт. Предавший однажды, обязательно сделает это второй раз, если не его, так Грейс или Эритрею. Но и из детей Элеманха некого выбирать. Эсфея…да Эрн скорее позволит всей Эритрее сгинуть в огне феникса Эрии, чем позволить этой ветреной девице занять престол. Не пройдет и полгода, как Эритрея превратится в один большой бордель. Грейс не суждено стать королевой Эритреи, ей уготована другая роль. Про младшую и говорить не стоит, нет времени ждать, когда она вырастет, да и влияние матери и старшей сестры слишком сильно укоренилось в девочке, так что тоже дохлый номер. Из кровных, получается, остается только Эрия. Какой же сложный выбор, Эрн даже не знал, куда двигаться. Трон есть, почти пустой, а усадить на него некого.

Эрн чуть отодвинулся от Грейс, чтобы, не прекращая ее обнимать, уложить подбородок на светлую макушку, прикрывая глаза от ветра. Надо бы Виралу седло, чешуя больно впивалась в ноги даже через одежду.

– Виверрррны —не дрррраконы… – свредничал Вирал, Грейс похлопала его по шее, как обычно хлопают лошадей и усмехнулась.

Возмущение Вирала немного удивило Эранора, он сначала потупил взгляд, а после прикусил щеку изнутри, чтобы не засмеяться. Хауфо тоже возмущается, когда ее по ошибке называют рысью или еще как-то. Она снежная кошка, барс или ирбис. Это единственное, на что она соглашается. Но у Эранора все просто, чаще всего он в издевательство зовет ее крысой. Там конечно возмущений больше, чем от рыси. У зверей видимо это семейное.

Повисла тишина, которую прерывал лишь встречный поток ветра, свистя под мощными крыльями виверны. Они рассекали небеса, точно острие меча, поднимая такую массивную тушу и двух всадников в воздух, что дух захватывало. Впрочем, Грейс уже привыкала. Она расслабилась, чувствуя затылком давление подбородка Эранора, мысленно надеясь убавить его усталость.

– Эрия отправила мою сову обратно. Скоро получим ответ, – Эранор почувствовал, что сгусток его магии возвращается, и прибавил ему немного скорости, хотя сил надолго не хватит. Он ведь потратил очень много магии на пепел.

—А?– слова принца отвлекли её от раздумий, – замечательно. Время делать ставки – подписала она или нет! Я не такой азартный человек, как наш общий знакомец, однако…кхм. Если она подписала, я буду весьма удивлена.

Постепенно ландшафт местности менялся. Снежные равнины все чаще и сменяли леса и вот уже вскоре синеватые пятна хвойников в белой шубе стали напоминать океан. Цепи хребтов, припорошенных снегом, тянулись, обрамляя лес бусами из острых и не очень пиков. Стало чуть теплее, значит, поменялся климатический и часовой пояс. Грейс уже тоже подумала, что седло не помешало бы. У нее ужасно затекли ноги без стремян.

***

Тем временем в Эритрее уже день клонился к вечеру. Эрия сидела на постели и расчесывала свои длинные волосы с задумчивым видом. Феник все так же сидел на спинке стула, мерцая в сумраке спальни Грейс.

– «Ну, что ты надумала?»

– Все еще не знаю, как поступить! Связь разорвана, я не могу объясниться… как мне заключать контракт с тем, кто отверг меня во сне. Я уверена, это был Эранор реальный. Теперь он знает о моих чувствах…

– «Он тебе на них не ответит».

– Знаю, но…мне бы хотелось объясниться. Можем ли мы найти компромисс?..

– «Там!»

Феникс вытянул шею в сторону окна. Эрия встала на ноги и напряглась. Вдалеке появилась точка, она двигалась, приближалась.

– Что это такое? – рука Эрии загорелась пламенем. Она будто была готова метнуть огненный шар.

– «Враждебности не ощущаю», – предупредил Всполох, – «но чувствую магию северянина».

В самом деле, ледяная сова стала отлично различима, лишь тогда принцесса опустила руку и расслабилась. Это послание! Как только магическое создание приземлилось на перила балкона, Эрия осторожно взяла письмо, дивясь искусному волшебству.

– Да, это от Эранора!

– «Что он пишет?» – любопытный феникс перелетел со спинки стула на плечо девушки.

– Мм… – она прочитала письмо дважды и тут же его сожгла в ладони. Остался контракт. На него Эрия пристально смотрела.

– Я не могу подписать его сейчас… хочу, но…

– «Будь искренна! Напиши ответ сначала».

Сев за письмо, Эрия вывела на бумаге красивым, аккуратным почерком:

«Я понимаю, Эранор. Зеркало я сохраню. Письмо в три дня будет в Фирнене, в тот же день и свяжемся через зеркало. Я приглашу к переговорам де Ласса, а ты принцессу Грейс».

Договор лежал на столе.

– Должна ли я довериться ему?

– «Так ты показала бы свою лояльность».