Глава 8

– Повышу ещё ставки. Если я не угадаю, у вас вновь будет желание. В таких критических вариациях мой мозг творит чудеса, – хмыкнул Линкольн, подбадривающе вдруг похлопав девушку по плечу, – дерзайте, Саманта. И может быть на Рождество я вам пришлю две фотографии бонусом.

Лукавая улыбка. Сегодня они явно пошли уже вразнос. Атмосфера стала довольно личностно-эротичной. Перед ней сидел Генри Линкольн без футболки, давно забыв уже о ней. Поджав ноги под себя, будто пряча свое тело. Но взгляд… тот был уже не застенчивый. А открытый. Он желал видеть каждую эмоцию на лице собеседницы. От стыда до возбуждения. И если первую уже удалось вызвать, может ему удастся вызвать вторую хоть на мгновенье?

А ведь они совсем не пили, а темы подняли такие, что теперь Сэм и не знала, как потом им работать вместе. Впрочем, прямо сейчас об этом не думалось, думалось о члене Линкольна.

– Простите, – на автомате это или ощутив настроение Генри, сказала Саманта.

Ее совершенно сбили с толку факты о стажёре и собраться теперь было непросто.

– Кхм, хорошо-хорошо. А если угадаете, желание будет у вас. Проверим снова вашу удачу, Генри.

Они любезно давали друг другу некие шансы, сами не зная на что. Будто надеясь, что один из них таки проявит смелость и сделает первый шаг. Но, в то же время, ни о каких шагах и речи быть не могло. Ситуация патовая.

– Поехали. У меня был секс с женщиной, я никогда не практиковала анал, я работала БДСМ госпожой для состоятельных мужчин.

Если бы это был рок концерт, Саманта бы сейчас бросила барабанные палочки или разбила гитару о сцену.

– Дерзайте, Генри, – впилась в яблоко зубами, громко хрустя. Села она напротив Генри, прижав колени к груди и обняв их одной рукой, чтобы пристально наблюдать за лицом парня.

– Нихре… ой, – Генри засмеялся и удивлённо смотрел на девушку. Собственно, даже если ОДНО неправда, то ДВА других варианта и правда факты биографии мисс Хилт. И каждый из низ заставляет удивиться. Это вам не засветить лицо в порно. Тут совсем другой уровень. Так что будет очень сложно.

Но она тут предложила в ответ желание… и мысли явно потекли в голове бурным потоком. Надо подумать. Надо победить. Зачем? Да просто. Потому что можно ведь, если подумать хорошенько.

– Ахаха!– Саманте понравилась реакция Генри, она закричала головой,– я уже слышу скрип мозгов! И да, я тоже могу удивлять.

Теперь интересно послушать доводы Генри, главное не засмущаться самой.

– Ну первое возможно. Один раз, как говорится, не пи… ну то есть не сменил сторону, – улыбнулся Линкольн, понимая, что лицо Саманты, конечно же, ничего не выдаст. Надо думать еще.

– Второе интересный вариант, поскольку действительно далеко не все такое практикуют. Третий… если только в случае, как и в моем. Нужны были деньги, поэтому может и приходилось… сложно! – честно проговорил Генри, скрип мозгов которого уже даже был слышан.

– Рискую проиграть это уж точно. И как минимум получить по голове или ещё хуже… но ложь – второе. Я… Я думаю так, – произнёс тихо Генри, уже покрасневший от мыслительного процесса и стыда, как само яблоко, что сейчас съедалось Хилт.

Почему он так решил? Логичнее было бы сказать третье, пожалуй. Но что-то в голове почему-то зацепилось за вариант, что в жизни всякое могло быть у Саманты. Без осуждения, конечно же. Уж если ему приходилось всякое делать, то почему и ей не могло так… собственно, логика была странной, опять полагается на удачу.

Но, словно по волшебству мистер Линкольн стал рассуждать очень скомкано, больше отдаваясь своим мыслям и внутреннему монологу. Сэм очень хотелось сейчас забраться в его голову и подглянуть за мыслями. Однако, когда парень заговорил, когда озвучил вердикт, Саманта молча взяла бутылку воды и, намочив ладошку, потерла шею и за ушами, освежаясь.

– Если что, бейте вот сюда, – с улыбкой сказал Линкольн, похлопав себя по макушке, – чувствую, угадай я или нет, все равно должен получить за мысли о том, что представил вас в латексном костюме…

О как. Откровенная фраза, которая явно была лишней в любом случае. Но черт… ей бы пошло, правда. Настолько, что Генри даже заерзал на месте, проклиная себя за богатую фантазию.

– Хорошо, – в следующий миг влажная ладошка шлепнула Генри в лоб, – это вам за похабные мысли, мистер Линкольн. Вы заслужили желание. Я действительно имела секс с женщиной, но мне не понравилось. Случайная связь, подцепила ее в баре. Я была госпожой, да. В мои обязанности входило шлёпать клиентов по заднице, и это не принесло мне удовольствия. Но деньги не пахнут, как говорят. Если бы вы не сознались на счёт роли в порно, я бы едва ли в призналась в таком. Поразительно, вы везучий, Генри.

Генри спокойно ждал вердикта, и лёгкий толчок в лоб принял с достоинством, даже по-своему им насладившись. Все было по делу, даже внезапное изменение в обращении. Но… когда Саманта все рассказала, первым делом Линкольн вскочил и чуть ли не закричал в голос «да!», еле сдержался, бесшумно дергая руками в каком-то победном жесте.

Она подняла голову, ошарашенно глядя на Линкольна, что подскочил на ноги, радуясь победе, как мальчишка. Она сперва подумала, что ее оплеуха произвела такой эффект и обидела парня, но эти эмоции заразительны. Сама Сэм улыбнулась, поведя плечами.

– Страйк!

Теперь она, как на ладони. Не во всем, конечно, но в кое-чем. Ни перед одним коллегой она так не открывалась. Лишь бы это не сказалось негативно в последствие.

– Вот это да! – Засмеялся Генри, садясь обратно. Его лицо буквально светилось от счастья после услышанных за сегодня откровений. Он был явно впечатлен тем, что узнал о Саманте. Многое требовало теперь осмысления и решения для себя, но пока он как ребёнок радовался, отодвигая серьёзные мысли подальше.

Смеётся. Ей и правда весело с ним. И даже после всего услышанного Генри не собирается бежать, он не смотрит на нее свысока, хоть и подскочил на ноги. Это подкупает. Жаль, что не все мужчины такие.

– А мне надо сразу озвучить желание, или я могу теперь его оставить на какое-то время? – наконец он взял себя в руки и прокашлялся даже, смотря внимательно в глаза девушке и ожидая решения.

Мысли крутились всякие. Закрученный фантазиями мозг давал одну идею за другой… но все они были заслонены все равно той, что давно назрела в голове. Потому и оставалось узнать о сроках.

– Ммм… – Саманта задумалась ненадолго, а потом полезла в сумочку. Она достала маленький блокнот на спиральках и ручку. Выдернув листочек, написала что-то на нем, и протянула Генри с улыбкой.

Листок гласил: бессрочный талон на отсроченное желание. Выдан Генри Линкольну. Даёт право на одно желание, выигранное у Саманты Холт в игру "Правда-ложь" в любой угодный момент. Дата, подпись.

Генри с интересом смотрел, что там пишет Саманта, а получив листок на руки, глупо улыбался, пряча свой выигранный вексель в карман своих карго.

– Только не потеряйте. Он действителен только при предъявлении!

– Лет через десять, когда вы станете исполнительным директором, я принесу этот талончик. – хмыкнул Линкольн, подняв голову и посмотрев на солнце. В беседах и веселье они провели добрую часть дня. Да и телефон Хилт уже трезвонил много раз. Да что уж, даже его тихий мобильник пару раз пиликал. Даже он кому-то уже потребовался.

– Я запомню, мистер Линкольн! Приятно, что через десять лет вы обо мне вспомните.

Этот день был поистине чудесным. Саманта не отвлекалась на телефон – отвечать на входящие звонки не хотелось – но хотелось подольше задержаться в этом уютном мирке их свидания. Именно свидания, у Сэм не было сомнений в этом. И то, как они лениво сворачивали лагерь, и то, как плелись назад, вспоминая случаи из жизни, делясь историями из прошлого. Генри снова заботливо кутал Саманту в свою куртку, короновал шлемом и мчал по шоссе назад, в серый мир бетонных джунглей. Она обнимала парня крепче, прижавшись щекой к его плечу. Хотелось сохранить каждую даже самую незначительную мелочь в памяти.

Поэтому парочка понемногу стала собираться. Обратная дорога на мотоцикле в этот раз прошла без высоких скоростей из-за обилия машин и усталости самого Генри. Уж что-что, а о безопасности он знал. Не лихачил тогда, когда это не имело смысла никакого.

У дома Саманты Генри помог ей снять всё то, что временно одолжил. И куртку тоже. Он хотел подарить её Саманте, но подумал, а на кой она начальнице. Сладковатый аромат женских духов плотно въелся в старую кожу, и останется с Генри на какое-то время, как напоминание о свидании с мисс Хилт. Генри невольно улыбнулся. Ещё ненадолго она задержится с ним хотя бы так…

– Спасибо за прекрасное свидание, – улыбнулся Генри. Да, он считал это свиданием. Конечно же дружеским и не более. Хотя темы, которые они подняли, далеко не все и знали даже из тех, кто давно знаком с ним. Так что… может и не такой уж и дружеский тут момент был? Но Линкольн не собирался сдуру форсировать события. Он крепко запомнил слова Саманты о любви и доверии. И поэтому сначала должен был заслужить право даже думать о чем-то большем.

– Сэм… – Линкольн задержал начальницу, которая собиралась уходить. Вздохнул и все-таки продолжил.

– Не переживайте только о том, что наш прелестный уикенд как-то скажется плохо на работе. Вы прекрасный начальник, так теперь я знаю, что и человек вы интересный… мне будет приятно с вами дальше работать.

Генри чуть улыбнулся, замолчав. В принципе ничего он больше сказать и не хотел. Саманта могла увидеть, что блеск его глаз изменился. Он смотрел не столько с восхищением и интересом, сколько уже с… желанием. Не пошлым, а скорее романтичным. Ему хотелось обнять её. Взять за руки. Прикоснуться. Но он этого не делает, уважая её границы. Просто улыбается.

Когда же мотоцикл остановился во дворе дома мисс Хилт, она ощущала какую-то грусть от предстоящего расставания.

– Вам спасибо, Генри. И за телефон, и за стол, и за этот побег от действительности. Все было чудесно!

Хотелось ещё что-то сказать, что-то сделать, но будет уже лишним и неуместным. Коко Шанель говорила, что когда надеваешь аксессуары, нужно снять в самом конце то, что надела последним. Так вот и тут стоит отбросить то, что хотелось на последок.

Саманта уже пошла неторопливо к лобби, когда Генри окликнул ее глянув через плечо, мисс Хилт улыбнулась. Эти слова, этот взгляд Линкольна были слишком милыми. К черту советы Шанель!

Развернулась, Сэм подошла к парню вплотную и, взяв его за ворот куртки, притянула к себе, поцеловав в щеку. Мягкие губы упруго толкнули Генри в щеку. Его обдал аромат фруктов, духов и кожи, пропитанной солнцем.

Она задержалась так чуть дольше, чем следовало, отстранилась, заглянув в глаза, прежде чем отпрянуть полностью, не говоря ни слова, и упорхнуть, как бабочка.

И что все это значит? Мисс Хилт плевать. Она взрослая женщина, может себе позволить. Сердце колотиться, как бешеное! И почему она чувствует себя такой счастливой?

Генри был слишком поражён действиями девушки, что ничего не смог сказать или сделать, прежде чем Хилт скрылась за дверьми. Он неловко потёр свою щеку, которая горела от румянца и лёгкого тепла женских губ.

Не, это просто дружеский поцелуй и не более. Так сказать, благодарность. Но почему же такой невинный поцелуй вызывал чувства и мысли сильнее, нежели самый крепкий и страстный поцелуй в губы?

Генри не сразу поехал домой. Все же про рубашки он не шутил, потому сначала в торговый центр. Благо холостяку долго там ходить не было смысла, и вечером парень уже сидел на своём любимом диване, крутя в руках телефон.

Адское желание написать Саманте было сейчас таким сильным, что с трудом сдерживалось логикой и какой-никакой субординацией. Да, сегодня ещё суббота, можно ещё ненадолго напомнить о прекрасном дне какой-нибудь лёгкой глупостью в виде фразочки благодарности. Можно… но не будет ли это навязыванием? Может мисс Хилт хочет отдохнуть уже в данном случае.

Не помогла даже спонтанная тренировка. Забив мышцы до приятной боли и приняв ледяной душ, Генри все же вновь оказался на диване, думая о Хилт.

Её звонкий смех, прелестная улыбка… Как ему хотелось каждой своей фразой пытаться вновь их вызвать. Симптомы вполне понятные – она ему нравится. И, будучи и правда романтичной душой, он понимал все то, что может происходить с ним дальше.

Но вряд ли это нужно самой Хилт. Кто она, и кто он? В лучшем случае их бы ждал случайный секс, наверное, по пьяни, таковы уж традиции славных "белых воротничков". Впрочем, даже это было бы невероятно на самом деле.

«Саманта, она… другая. Она как…»

мысли путались, так что Линкольн не заметил, как нажал на кнопку вызова.

Сам ведь поставил режим вибрации, поскольку ему редко звонили, чаще писали. По лёгкой вибрации он и узнавал о входящих сообщениях. Вот и вызов он ощутил уже поздно, когда прошло минимум гудка три-четыре. Если на первом бы сбросил, потом можно было сказать, что ошибся. А тут…

Твою мать! Линкольн смотрел на свой телефон и искренне ждал… ответа. Лихорадочно думал о том, что скажет Саманте. И зачем он вообще взял этот чёртов телефон в руки?!